Чувственный реализм. Rafal Olbinski

Чувственный реализм. Rafal Olbinski

Сюрреалистические миры на картинах с причудливыми сюжетами художника-самоучки Рафала Олбински

Получайте на почту один раз в сутки одну самую читаемую статью. Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте.

Рафал Олбински (Rafal Olbinski)(1943 г.р.) — всемирно известный художник из Польши, один из плеяды талантливых современных сюрреалистов, график и дизайнер сцены, один из немногих, кому удается заставить видеть зрителя совершенно обыденные вещи в непривычном ракурсе.

Поляк — по происхождению, американец — по месту жительства, Олбински стал известным художником-иллюстратором, практически не имея специального образования. Свою художественную манеру письма позаимствовал у знаменитого Рене Магрита, приправив ее индивидуальной символикой, художественным авторским видением и фантазией.

Сюрреалист уже давно живет и работает в Соединенных Штатах Америки, но его становление, как художника, началось еще в детские годы в Польше, где Рафал родился и вырос. Он родом из Кельце, и именно там, воспитываясь в театральной среде, (его отец был актером) Рафал пристрастился к рисованию. Первым достижением талантливого мальчика были игральные карты, которые он нарисовал для семьи.

Когда пришло время выбирать профессию, Рафал получил образование на архитектурном отделении Варшавской политехнической школы. Однако по специальности поработать ему так и не пришлось, а свою трудовую деятельность начал в оперном театре художником декораций и реквизита.

И совсем скоро талантливый мастер был приглашен в проект, который круто повернул его жизнь. Создавая эмблемы для различных отечественных отраслей, он очень быстро стал одним из известных молодых художников Польши.

И так сложилось, что в 36-летнем возрасте Рафал эмигрирует в Соединенные Штаты, где ему посчастливилось очень быстро сделать карьеру — и не только в области эмблемы, но и в качестве иллюстратора. Благодаря глубокому символизму его работы, появившиеся на обложках популярных американских изданий, таких как Newsweek, Time, Business Week, Atlantic Monthly, Playboy, Omni, The New York Times, NewYorker, снискали для художника известность в американском обществе.

В 1985 года Рафал Олбински был приглашен преподавателем в престижную Школу Изобразительных искусств в Нью-Йорке. А в начале 1990-х Олбински выполняет на заказ несколько оперных постеров, которые и стали началом его нового проекта, занявшего целое десятилетие его творческой жизни. Ошеломив весь классический мир оперы уникальными постерами, в которых было все — и фантазия автора, и таинство, и игра воображения, уникальная интерпретация и тонкий юмор, Рафал полностью изменил восприятие этого вида искусства публикой. На сегодняшний день его театральные постеры известны всему театральному миру.

Именно в те годы и пришли к польскому художнику признание и слава. А когда одна из его эмблем была признана лучей на фестивале Prix Savignac в Париже в 1994 году, художник стал лауреатом Международного Оскара, и о нем заговорил весь мир.

Уже много лет пишет Рафал Олбински и картины в стиле магического реализма, на которых можно видеть и безграничный полет фантазии, и безупречную технику, делающих мастера одним из выдающихся сюрреалистов современности. Его тщательно подобранные образы и предметы цепляют надолго внимание зрителей, заставляя подолгу «распутывать» загадочные хитросплетения и символику, затмевающую собой ясность изображения.

Одна из важных ролей на полотнах художника отводится для неба, занимающего большую часть полотна. Как правило, оно на картинах Рафала безмятежно-голубое, с плывущими белыми облаками, символизирующее свободу, бесконечность, манящую вселенную.

Своими творениями мастер стремится донести до зрителя также свою мысль, а именно — показать, что человеческое воображение — это волшебный мир, который требует постоянного обновления и вовлечения в иное вселенское измерение, где отражаются страхи и боль, минуты счастья и радости, истинные мечтания и желания.

Читать еще:  Упрощённый стиль, далекий от реализма. Ruth Addinall

И что любопытно, в отличие от многих сюрреалистов, произведения Облински имеют не абстрактный, а ярко выраженный смысл, вполне конкретный, понятный — иногда очень острый и жгучий. По сути, вглядевшись в картинное пространство, присмотревшись к каждому его фрагменту, мы не находим ничего нереального и фантастического — все весьма правдоподобно. Однако сюрреализм, на то он и сюрреализм — хитросплетения реальных форм, предметов, всевозможных символов и образов — это всегда для зрителя головоломка.

Работы Олбински вошли во многие известные коллекции и многочисленные частные собрания коллекционеров Соединенных Штатов, Европы, Азии и Южной Америки, его иллюстрации с завидным постоянством публикуются на страницах самых известных журналов, а оригинальные театральные постеры к оперным спектаклям по-прежнему пользуются большой популярностью.

У каждого человека есть свои странности, и что уж тут говорить о сюрреалистах, которые буквально сотканы из таковых. И думаю, некоторым читателям будет интересно узнать, почему великий сюрреалист Рене Магрит был помешан на шляпах-котелках.

Понравилась статья? Тогда поддержи нас, жми:

Работы польского художника-сюрреалиста Рафала Олбински. (длиннопост)

Кодекс Серафини. Самая странная книга 20 века

На дворе 1978 год. Сандро Пертини избран президентом Италии, а в городе Монца полным ходом идет четырнадцатый этап чемпионата мира по автогонкам Формулы-1. Вскоре, во время аварии в голову гонщика Витторио Брамбилла попадет оторванное колесо от одного из автомобилей и он потеряет сознание, а австралиец Ронни Петерсон получит переломы обеих ног и попадет в больницу, где ему сделают операцию, но на следующий день он все равно скончается.

А в это время в издательство Franco Maria Rizzi в Риме принесут достаточно большой пакет. Там будет лежать огромная стопка странных иллюстраций и текст на неизвестном языке, который никто не сможет прочесть. Структура произведения отчетливо напоминает образцы средневековых религиозных писаний. Этой рукописью будет энциклопедия несуществующего мира, а ее автором итальянский архитектор и промышленный дизайнер Луиджи Серафини.

На создание Кодекса Луиджи натолкнули такие вещи как Рукопись Войнича, история Хорхе Борхеса «Тлён, Укбар, Орбис Терциус» и творчество художника Иеронима Босха. Помимо искусства и литературы на автора повлияла атмосфера Рима конца 70-х годов.

По словам автора, процесс создания книги занял почти три года. Каждый день Луиджи рисовал новые иллюстрации, дополняя их механическими письменами. Вел аскетичных образ жизни, ни с кем не общался, не работал и практически никуда не выбирался из своей квартиры в центре Рима.

«Рим в конце 1970-х был особенным местом, которого больше нет. Жизнь не была дорогой, Феллини ходил домой с киностудии Чинечитта под моими окнами, Де Кирко, казалось, всё ещё писал в своей мастерской недалеко от площади Испании — там жил и я. Атмосфера памятников и античности, церквей, огромных сосен и эвкалиптов и старых вилл не была нарушена очередями туристов, дольчегабаной и ресторанами. Но эта эпоха заканчивалась — заканчивался Рим времен Гранд Тур, начинался Рим времен километровых очередей в Музей Ватикана. Это было ощутимо, город менялся, развивался туризм, бизнес выживал атмосферу, а она пряталась во дворах и в часовнях. И вот каждое окружение, каждая среда — это в конечном итоге пережитый опыт, а тот Рим — это был особый опыт, и этот опыт на меня повлиял.»

Слово SERAPHINIANUS является аббревиатурой от «Strange and Extraordinary Representations of Animals and Plants and Hellish Incarnations of Normal Items from the Annals of Naturalist/Unnaturalist Luigi Serafini» (перевод — Странные и необычные представления животных, растений и адских воплощений нормальных вещей из глубин сознания натуралиста/антинатуралиста Луиджи Серафини).

Читать еще:  Художник и музыкант. Mart Sander

Состоящая из 11 глав, книга поделена на 2 тома.

Первая глава: Флора. Разнообразные растения, деревья фрукты и овощи.

Вторая глава: Многочисленные виды животных.

Третья глава: Существа, обитающие вместе с людьми.

Четвертая глава: Наука.

Пятая глава: Технические возможности.

Шестая глава: Народы и физиология.

Седьмая глава: Ритуалы.

Восьмая глава: Письменность.

Девятая глава: Быт. Пища, прием пищи, одежда.

Десятая глава: Досуг и спорт.

Одиннадцатая глава: Архитектура.

Лингвисты, зараженные СПГС (прим. Синдром поиска глубинного смысла), долгое время пытались расшифровать систему письма Кодекса Серафини, и большая часть их попыток потерпела крах. Лингвист Иван Держански совместно с Аланом Вечслером расшифровали систему счисления на основе нумерации страниц. В книги используется позиционная система счисления по основанию 21.

Только в 2009 году на собрании Общества Библиофилов Оксфордского Университета Луиджи сообщил, что в Кодексе нет никакого скрытого смысла, а письменность создана путем автоматического письма. Основная идея книги, по словам Луиджи, была передача эмоций сравнимых с детскими чувствами, когда ребенок не умеющий читать и писать разглядывает интересную книгу и почти ничего не понимает, но ему все равно нравится содержание.

Автоматическое письмо – процесс письма, при котором пишущий совершает все действия бессознательно.

Не для широких масс

Книга достаточно редкая и не дешевая. Ранние издания 1980-х годов достигают цены от 50 до 200 тысяч рублей. Современное издание стоит ровно 100 евро и печатается исключительно в Италии мелкими тиражами. При печати используется специальная рыхловатая бумага желтоватого цвета, что придает книги атмосферу старинного писания. Права на эту книгу продаются раз в пять лет. В 2016 году их купило украинское издательство Laurus и выпустило книгу на русском языке. Что именно переведено в этой книге не ясно, язык-то вымышленный.

Изумляющий сюрреализм Рафала Ольбиньского

Его озадачивающие образы визуально оглушают, завораживают, заставляют задуматься и распутать символику, затмевающую ясность изображения. Его картины отправляют нас в поэтическое путешествие, изображающее эмоции, которые так трудно изобразить на холсте.

Рафал Ольбиньский (Rafał Olbiński) – польский художник-график, дизайнер сцены и сюрреалистический живописец, родился в Кельце в 1943 году в семье профессионального актёра театра, поэтому с малых лет он интересовался афишами и постерами.

Художественные способности проявились у него рано. Ещё в детстве Рафал нарисовал игральные карты для своей семьи. В 1969 году Ольбиньский закончил архитектурное отделение Варшавской политехнической школы и начал свою деятельность как художник декораций и реквизита, работая над известными классическими оперными постановками.

Работая над проектом «Эмблемы», он нашел свое собственное средство выражения, разработав уникальную смесь символизма, включающую сложные элементы удивления, используя метафоры и сюрреалистические элементы.

В 1981 году он эмигрировал в Соединенные Штаты и очень быстро сделал карьеру не только как известный художник эмблемы, но и как видный иллюстратор. Благодаря удивительно образным работам, появившимся на обложках популярных изданий, таких как Newsweek, Time, Business Week, Atlantic Monthly, Playboy, Omni, The New York Times, NewYorker он стал известен во всем мире, и зарекомендовал себя как высоко востребованный иллюстратор, создавший сотни обложек в США, Германии, Японии, Швейцарии и Франции.

Таинственные, игривые постеры — всегда нетрадиционные, уникальные интерпретации художника, меняющие восприятие этого вида исполнительского искусства.

Поэтический юмор — качество, редко встречающееся в подобных произведениях. Ольбиньский несомненно обладает этим даром. Он стремится показать, что наше воображение — это волшебный мир, требующий постоянного обновления, вовлекает нас в иную изумительную вселенную, чтобы мы могли видеть отражения своих истинных мечтаний.

Читать еще:  Украинский живописец-монументалист. Михаил Кириленко

В начале 1990-х он получает заказы на несколько оперных постеров. Это явилось началом целого десятилетия работы над проектом, ошеломившим своими результатами и охватившим весь классический мир оперы.

Любимые художники. Рафал Олбински. Часть 1

Рафал Олбински (Rafal Olbinski) — известный польский художник-сюрреалист.
Живёт и работает в США.

Рафал родился в 1945 году в польском городе Кельце и вырос в театральной атмосфере, поскольку его отец был актером. Талант к рисунку был замечен у Рафала в довольно раннем возрасте, когда он, будучи маленьким ребёнком, нарисовал игральные карты для своей семьи.

В 1969 году Олбински закончил архитектурное отделение Варшавской политехнической школы и начал свою деятельность как художник декораций и реквизита, работая над известными классическими оперными постановками.

В 1981 году Рафал эмигрировал в Соединенные Штаты, где сразу зарекомендовал себя как выдающийся художник, иллюстратор и дизайнер. В 1985 году он стал профессором в знаменитой Школе Изобразительных искусств в Нью-Йорке, где преподает до сих пор.

Безграничное воображение и безупречная техника делают художника одним из известнейших сюрреалистов современности. Его тщательно выполненные, и озадачивающие образы заставляют нас задерживаться у его картин дольше, чем мы планировали, чтобы попытаться распутать символику, затмевающую собой ясность изображения.

Работы Олбински, визуально оглушающие, пленяющие, заставляющие думать, снискали мировое признание, были приобретены и вошли во многие известные коллекции, включая: Библиотеку Конгресса в Вашингтоне, Фонд Карнеги в Нью-Йорке, Корпорацию Searle, Browne and Co, Нью-Йоркский Национальный Клуб Искусств, так же, как и многочисленные частные собрания в Соединенных Штатах, Европе, Азии и Южной Америке

Первую свою подборку картин и постеров этого потрясающего мастера сюрреализма я хотела бы начать с моего любимого сказочного персонажа на картине Олбински, которую я в свое время взяла себе в качестве аватарки — это Русалочка. Из всех русалочек, которых я видела на картинах разных художников, именно эта мне почему-то наиболее близка и дорога.

Waiting for Ulysses

Забавно, что мое видение этой картины было разным в разное время.

Вначале, увидев эту картину в первый раз, мне показалось, что художник хотел подчеркнуть, какая чистая, прозрачная и незамутненная душа у Русалочки. Ведь сквозь нее видны и небо, и звезды, и парусник. Она ничего собой не заслоняет.

Со временем я стала воспринимать эту картину по-другому: и небо, и луна, и звезды существуют ведь только внутри Русалочки. Это не ЗА ней, а ВНУТРИ нее находится вся эта красота — красота ее внутреннего мира!

А сегодня, когда я искала названия для этих картин и увидела, как назвал эту работу сам художник, я рискнула предположить, ЧТО именно он имел в виду на самом деле. Раз речь идет об ожидании (Waiting for Ulysses), то скорее всего, вся идея заключается в ожидании любви. а звезды, луна и корабль — это символы той самой ночи, когда Русалочка впервые увидит принца.

Несмотря на то, что это три совершенно разных взгляда на картину — они все одинаково интересны и близки для меня.

Есть, правда, еще и четвертая версия. наиболее правдоподобная, к сожалению. которой я бы предпочла любую другую. В переводе с латыни Ulysses — это Одиссей. И вполне вероятно, что Русалочка — она же Сирена — сидит на камне вовсе не в ожидании любви. Она сидит в ожидании своей очередной жертвы.

Кто знает, может быть со временем я взгляну на эту картину еще под каким-нибудь новым углом.

Innocence of courteous intentions

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector