Художница из Полтавы. Екатерина Саевская, продлжение

Художница из Полтавы. Екатерина Саевская, продлжение

Вечные ценности.

Полтавчанка Екатерина Саевская не из числа звезд шоу-бизнеса, политиков или тех, кто «светится» на высоких трибунах или телеэкранах. Но познакомиться с ней считают за честь немало украинцев, а люди, которых она никогда даже не видела, благодарят её за добро, поздравляют, желают всех благ и всячески вдохновляют и дальше заниматься тем, благодаря чему, собственно, и узнали о ней — писать картины.
Картины не простые, — спасительные для жизни. Потому что каждая её картина помогает спасти, сохранить чью-то жизнь, помочь тем, кому сейчас не справиться.

Рисование было её мечтой, но по ряду обстоятельств не стало профессией. Родилась и выросла в Беликах Кобеляцкого района. И хотя видела себя только художницей, но во 2 классе увлеклась книгами про акушерство. Вместо художественного училища родители уговорили-таки поступать в медицинский.
Выучившись на фельдшера-акушера, Екатерина проработала 10 лет в роддоме Полтавы. Но сейчас на жизнь себе зарабатывает, работая в другом месте на типичной для нашего времени должности менеджера. Имеет семью: мужа, который является первым критиком и помощником, и сына-студента, ценителя всего, что творит.
Активно рисовать начала лишь 3 года назад и то исключительно для себя. Называет себя самоучкой, так как реальных учителей не было, — только виртуальные, в частности найденные в соцсети, по работам которых, собственно, и училась. А еще — по книгам, видеоурокам.

Нигде не выставляла своих работ, только раздаривала друзьям. Но прошлым летом ей пришло в голову: могла бы продавать свои картины и перечислять деньги в пользу украинских защитников!

Потом был ряд картин для благотворительных аукционов, а затем начала продавать их сама, через соцсети. Как и с самого начала — для спасения человеческой жизни. Хотя пару раз помочь не удалось. даже какую-то грусть чувствовала, еще работая над соответствующими картинами. Теперь эти картины с любовью хранятся в семьях тех, кто все-таки не выжил .

Она всё так же работает, а после работы, часто даже по ночам и в выходные — — пишет картины, к которым признается, относится с материнской любовью, разговаривая с ними и целуя на прощание.
Мастерской не имеет, работает прямо в однокомнатной квартире, где и живет с мужем. Каждая работа занимает около недели, потом еще несколько дней подсыхает, в то время как Екатерина уже ищет для нее покупателя, одновременно подавая исчерпывающую историю самого раненого, полученную от надежных волонтеров, чтобы все неравнодушные друзья из соцсетей также могли присоединиться к сбору средств. И непременно перепроверяет счета. Поклонники её творчества знают: помощь пойдет по назначению. И охотно покупают картины, половину стоимости которых художница перечисляет на карточки раненых, непременно отчитываясь перед поклонниками в сети, подавая фото соответствующих чеков. А покупатели заранее выстраиваются в очередь, желая совместно с художницей помочь украинским защитникам и получить на память об этом одну из её замечательных работ. И поэтому есть те, кто приобрел уже не одну картину Екатерины Саевской, и собирается это делать и в дальнейшем.

«Нет ничего сильнее нежности и нежнее силы» — это выражение Ральфа Стокмана из числа ее любимых. На картинах Катерины — наполненные нежностью пейзажи и цветы, в которые она просто “влюбляется”. Иногда подсказывают сюжеты и домашние любимцы — пара котов, Тема и Соня, которые готовы на все ради хозяйки.
Выбирая цвет и тональность работ, пытается як можно лучше представить именно того раненого, которому конкретно хочет помочь. Хотя почти никого из них не видела, да и по телефону преимущественно выпадает общаться с их женами или мамами. Но о каждом она пишет, как о хорошем знакомом, вспоминая по имени, обращаясь как к родному.
«Ване желаю терпения и силы. Жить долго и счастливо, несмотря ни на что». «Кириллу желаю поскорее встать на ноги и прожить счастливую жизнь в мирной Украине». Так подсказывает её душа.

И поэтому из-под её кисти в поддержку Руслану Карепцу, с полностью ампутированной рукой, за ногу которого сейчас также идет борьба, родились замечательные ирисы.
Для Назара Барилко, который и раненым сохранил свою замечательную улыбку, а также разведчика Кирилла Золотарева, который прикрыл собой товарищей, — великолепные вариации на тему орхидей.
Для Ивана Кушнерева, который накрыл собой гранату — пышные пионы. Подобные написала и чтобы помочь Игорю Лукьянцу.
А еще картины, которые помогли Роману Луцюку, Эдуарду Сологору, Владимиру Доносу, для поддержки семьи погибшего Максима Сухенко, который до последнего прикрывал огнем своих товарищей. Картины, которые помогли больному гемофилией Михаилу Терещенко . Этот список далеко не полный.

Одни из самых распространенных на ее картинах — пионы. Научилась их рисовать по видео урокам Олега Буйко, который очень высоко оценил успехи названной ученицы. Удивительные капельки росы на густо-розовых лепестках приводят в восторг и поклонников, многие из которых мечтают именно о такой картине и просят Екатерину нарисовать.

—Сейчас пишу и под заказ, — рассказывает художница .— Это гарантирует реализацию, а следовательно и скорую помощь. Мои покупатели сами могут решить, кого именно хотят поддержать. Выбирать трудно. Иногда просто сижу и плачу над выпусками новостей, или читая раздел «Помощь» на сайте телеканала, понимая, как много людей нуждаются в помощи и крупные средства на лечение нужно собрать едва ли не каждому. И тогда начинаю ругать себя за то, что медленно работаю, имея возможность жить в тепле, а в это время кто-то ночует в окопе, кто-то мерзнет, ​​а еще кому-то нечего есть. А сколько детей и стариков нуждаются в помощи

Вместо книги отзывов у нее — страница в соцсети. «Вы удивительный человек, хотя пару дней назад я еще не знала Вашего имени, но не надо много времени, чтобы увидеть и оценить самое главное». «Какая вы умница!» «Вы — свет в темноте для многих людей. Будьте счастливы во всех смыслах! » « Ваши цветы пахнут весной! » «И любовью!» — добавила после этого художница: ведь, признается, и сама будто чувствует их нежный аромат. А под картиной, на которой, как настоящий, шел дождь, прочитала: «Это просто удивительно! Захотелось открыть зонтик».

А еще она пишет стихи, в которых так много эмоций, сравнивая себя в одной из стихов также с цветком — полевым. И на просьбу дать совет читателям отвечает своими собственными строками:

Она и сама светится любовью, отмечая и в своих единомышленниках:
«Творя добро, человек становится не святым, а таким, каким должен был быть. Каждый из моих друзей — маленький огонек. А вместе мы — большой, яркий костер ». Очаг, от которого становится тепло и свет вокруг.

Ольга Гойденко
/Всеукраинская газета «Порадница» №5 от 22.01.2015/

Екатерина Саевская

Произведения

  • Мы все уснули под снотворным— гражданская лирика, 23.08.2009 22:06
  • Мы видим не глазами, а умом— философская лирика, 18.05.2009 22:53
  • Я йду— философская лирика, 18.05.2009 16:57
  • Времени спираль— философская лирика, 09.06.2010 14:00
  • Ангел мой, храни меня— мистика и эзотерика, 27.01.2011 16:33
  • Букетик хризантем— без рубрики, 28.10.2010 12:49
  • Нас как зверей поймали в сети— гражданская лирика, 18.05.2009 23:08
  • Ты знаешь, мое сердце не разбито— любовная лирика, 26.04.2013 10:20
  • Кто я?— философская лирика, 22.08.2009 03:24
  • Растерянная, расстроенная, расстрелянная в упор— без рубрики, 23.08.2009 20:31
  • ***— любовная лирика, 22.02.2013 21:07
  • Нам не известны— философская лирика, 09.04.2009 20:24
  • Нет ничего сильнее нежности— любовная лирика, 16.01.2012 21:58
  • Любовь черпать мы будем вечно— философская лирика, 20.05.2009 17:13
  • Другу— без рубрики, 30.04.2011 12:29
  • Ложь— философская лирика, 09.04.2009 22:08
  • Наедине с душой— философская лирика, 23.07.2009 00:59
  • Роль— философская лирика, 23.08.2010 18:45
  • ***— без рубрики, 27.10.2010 17:58
  • Две стороны— философская лирика, 20.05.2009 20:21
  • Роза ветров— без рубрики, 09.04.2009 19:38
  • Вечер двери открыл, приглашая луну— мистика и эзотерика, 30.06.2012 01:16
  • Команда— без рубрики, 12.07.2009 21:15
  • Жду— любовная лирика, 09.04.2009 20:08
  • Уста к устам— любовная лирика, 10.04.2009 22:07
  • Тревога— без рубрики, 10.04.2009 21:42
  • О нас— любовная лирика, 09.04.2009 21:35
  • Сон во сне— философская лирика, 09.04.2009 21:17
  • Звезда— философская лирика, 10.04.2009 14:13
  • Март не смелою походкой— городская лирика, 02.03.2010 14:54
  • Музыка души— без рубрики, 09.04.2009 23:00
  • Пережитое— философская лирика, 10.04.2009 00:29
  • Весна прощает холод вьюг— любовная лирика, 25.05.2009 12:35
  • Синяя вечность— любовная лирика, 24.05.2009 16:21
  • Счастье— без рубрики, 19.07.2009 23:25
  • Мы просто люди— философская лирика, 19.05.2009 19:51
  • Я обожгу тебя любовным жаром— любовная лирика, 25.07.2009 22:17
  • Сегодня— философская лирика, 10.04.2009 02:21
  • Тропа— философская лирика, 25.05.2009 12:02
  • Четыре дороги— философская лирика, 18.05.2009 19:31
  • Смотрела в даль— философская лирика, 18.05.2009 18:04
  • В тайнике моей души— без рубрики, 06.01.2011 17:03
  • Светлая грусть— любовная лирика, 19.07.2009 21:34
  • Фея— без рубрики, 29.10.2010 22:06
  • Осенняя хандра— без рубрики, 28.10.2010 16:18
  • Он и она— любовная лирика, 09.04.2009 19:04
  • Белая скала— философская лирика, 09.04.2009 17:03
  • Она— без рубрики, 10.04.2009 01:06
  • Баллада на прощанье— любовная лирика, 18.05.2009 14:20
  • Мне б в твои глаза заглянуть— любовная лирика, 10.04.2009 01:45
Читать еще:  Фигуры людей. Danielle Klebes

Избранные авторы:

Портал Стихи.ру предоставляет авторам возможность свободной публикации своих литературных произведений в сети Интернет на основании пользовательского договора. Все авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил публикации и законодательства Российской Федерации. Данные пользователей обрабатываются на основании Политики обработки персональных данных. Вы также можете посмотреть более подробную информацию о портале и связаться с администрацией.

Ежедневная аудитория портала Стихи.ру – порядка 200 тысяч посетителей, которые в общей сумме просматривают более двух миллионов страниц по данным счетчика посещаемости, который расположен справа от этого текста. В каждой графе указано по две цифры: количество просмотров и количество посетителей.

© Все права принадлежат авторам, 2000-2020. Портал работает под эгидой Российского союза писателей. 18+

Светлое пятнышко переместилось правее. Будто заигрывает со мной, подумала она. И брызнула на холст неаполитанской желтой с капелькой красного вперемешку. Красного прекрасного. Словно яблочко наливное. Или роза в бабушкином палисаднике. Да, роза, пожалуй, романтичнее будет.

Улыбнулась, вспомнив о бабуле, и украдкой вверх взглянула. Смотрит, ага. Занавесочку клетчатую отодвинула и смотрит. Улыбается, кажется. Чудесная старушка. И дворик чудесный. Солнечный такой, уютный, умиротворенный. На хозяйку свою похож.

Она вздохнула и окунула кисточку в глубокую зелень. Настолько глубокую, что затянуло, заворожило, дыхание сбило и. лес привиделся, высокий, темный. Как за бабулиной деревней. И тропинка к нему — вдоль сараюшек, заборов танцующих, полей привольных. Тишина. Как здесь, в этом тесном дворике.

Опять вздохнула. Говорят, скоро эти дома сносить будут. Жалко. Красиво тут. Необыкновенно. И старушка такая приветливая. Пирожками вчера угощала, с вишней сахарной. Сок по губам тёк, вкусно, весело! А сегодня — смотрит из своего окошка, улыбается.

Она взяла другую кисточку, потолще. Хорошо, что решила маслом писать, акварелью бы так не вышло. А ведь до отъезда чуть-чуть осталось. Три дня. За три дня этот дворик уютный, и чудесная темная лестница с кривыми ступеньками, и детский мяч, позабытый в углу, и дряхлая будка собачья — будка есть, а хозяина в ней не видно, — перенесутся в другое место и совсем другую жизнь начнут жить. На холсте, что позавчера так старательно папины руки натягивали.

Пятнышко света на этюдник упало. А за ним еще одно. И вот уже горсть рассыпалась, расцветила деревяшку. Она подняла голову — высокое небо улыбалось ей сквозь ветки, от ветерка моргая. Совсем весело стало. Второй день сюда приходит, и уходить не хочется. Но. три дня, всего три дня.

Она провела кончиком языка по губам и старательно линию вывела. А за ней еще одну. Раз, ступенька, два, ступенька. Сколько ног по ней ходило, бегало. Вверх, вниз, останавливаясь на полпути, вишней раскидистой любуясь, соседке шляпой помахивая — доброе утро, Евдокия Федоровна, как здоровьичко нынче, как спалось? А вот и маленькие ножки протопали, пробежали. Баба Дуня, ты мой мяч не видала. Теперь не бегают, не ходят, не встречаются. Только баба Дуня и осталась. И гости — ветер-насмешник, солнце жаркое, да она, художница юная, девочка нескладная. Жердь — смеётся Алёшка, тростинка моя — улыбается папа.

— Жердь она и есть, — пробормотала тихонько. — Тощая, угловатая, длинная, с волосами, будто пакля. И носом, как у мальчишки деревянного. Одним словом — Буратино! Бу! — ля-ля-ля-ляля-ля. Ра.

Тихонько подпевая, к будке собачьей потянулась. Вот тут мазнуть, и здесь, и пошире окошко сделать, чтобы нос влажный и челку мохнатую миру открыть. И пусть только на холсте, пусть не взаправду, ну и что ж! Пусть хоть так — оживет, заиграет, по двору вприпрыжку забегает, затявкает радостно. Она макнула кисточку в белила и по носу черному мазнула. Так-то лучше! Светится от счастья, что домой вернулся! И я бы светилась, — подумала, — в такой-то дом! Вот тебе, Бонька, миску, а в миску — косточку, а сюда водички налью. Жарко, небось? И мне жарко. А шляпу свою я дома оставила. Представляешь? Так спешила к тебе и хозяйке твоей приветливой, что забыла. Ничего, завтра принесу, обещаю!

И к палитре глаза опустила. Что бы такого придумать для пёсика, чем еще порадовать? А нарисую-ка я девочку. Маленькую, пухлую, на щечках — ямочки, курносый нос и. Ой, кто это?

Вздрогнула и чуть с лавки не вскочила. Бонька. Живой. В ногу уткнулся, хвостом машет. Да нет же, нет, вот выдумала, глупая, какой это Бонька? Вот он, с холста на меня глядит.

А и нет никого в будке. Пусто. Миска стоит и косточка нарисованная дремлет, а собаки нет. Ой-ой-ой.

Она замерла и только во все глаза на пса смотрела. Кудрявая челка, нос влажный, черный и точка белая на носу. И хвост тугим колечком от радости подрагивает. Конечно, я бы тоже.. — подумала, — если бы домой вернулась.

Вверх посмотрела, на окошко бабулино. Улыбается. И как будто не удивлена совсем. Вот так история!

Ах, папа, как жаль, что ты не видишь!

Вниз склонилась, мохнатый бок погладила. Теплый. Мягкий. Живой.

У ног улегся и, довольный, заурчал, как мотор у Алёшиной лодки. Ровно, ходко, довольно. А она растерянно на холст посмотрела. Что теперь делать? Дальше, дальше рисуй, — подсказал кто-то. Дальше? Ну что ж. Кисточка черную краску подцепила и, на миг замерев, к окну направилась. Нарисованному. Пусть здесь кот будет лежать. Большой, полосатый, с длиннющими, словно папины удочки, усами. Кот, котик, хитрый ротик. И звать тебя будет Васька!

Читать еще:  Швейцарский художник-сюрреалист. Raffaello Ossola

Засопела, насупилась. Уши треугольниками вывела, хвост пушистый, лапы короткие, острые когти на каждой и.

Голову подняла. Сидит. На окне сидит и на нее смотрит. Глаза разные — поспешила! — и уши торчком. Вот так-так! А бабуля из соседнего окошка совсем разулыбалась.

— Васька, Васька! — зовет.

И фортку за шпингалет — звяк. А кот туда — прыг! И на руки. Улыбаются оба. Счастливые!

Рисуй, говорят, еще рисуй. А что рисовать-то? Она огляделась по сторонам. Вот разве что мячик для Боньки? Полоска красная, полоска синяя, а посередине — горошинки. Опа, готово!

Сонное урчание превратилось в радостный визг. Ага! Вот чего тебе не хватало! Подскочив, пес бросился к веселому мячу и ну его по двору гонять. Как мальчишка. Бегает, а сам на нее поглядывает. Ну, как я его, а?

— Молодец, Бонька, ловкий парень! — кричит она.

А руки уже сами не останавливаются. Кисточка только и бегает — от палитры к холсту и обратно. Надо вам вишни урожай вырастить? Пожалуйста! Розы в палисаднике посадить? Да раз плюнуть! Солнцем белье разноцветное высушить? Мне не жалко!

Смеется старушка, моргает кот, Бонька по двору носится. Весело! Вот и клумбы водой насытились, дом посвежел, стронциановой желтой окрасился, загордился — чем я не солнце? Ах, солнце! Призадумалась и — раз, два три, лучи струнами вниз протянулись, а на струнах — птицы щебечут. Разные. Тут вам и сойки, и воробьи-заморыши, и ласточки длиннохвостые. Ага, и снегирь на краешке сел, примостился. Пузо красное к свету выставил, любуйтесь, мол.

Ах, красавец! — рассмеялась. И солнцу в лицо посмотрела. Яркое! Моргнула, зажмурилась на секунду — ох, ослепило! — и распахнула глаза.

Бабуля рядом стоит. В руках — миска с пирожками, на голове платок клетчатый. Синий.

Ахнула. Как заснула? И по сторонам огляделась. А где же.

— Бабушка Дуня!
— Вот, пирожки тебе принесла. С вишней. Покушай, деточка. Свеженькие, только испекла.
— А я шляпу дома забыла. Вот голову и напекло.
— Да, с нашим солнышком не забалуешь. Поди, к другому совсем привыкла-то.
— К другому, — выдохнула.

И глаза на холст скосила. Чистый. Ни одного мазка, ни одной линии. Папины руки натягивали. Позавчера. Или вчера?

— На сколько же ты погостить приехала, девочка?

Глаза у старушки светлые, будто молоком разведенные. И седина из платка проглядывает.

— Еще три дня, бабушка Дуня. В воскресенье с папой уезжаем.
— Так до воскресенья еще четыре денька-то! — рассмеялась бабка. — Небось, по арифметике тройка, а?
— Как же четыре? — вспыхнула. — Когда четверг сегодня!
— Среда, матушка, среда! Да ты бери пирожок-то, не стесняйся. Мне больше некого угощать. Даже Бонька и тот. — она рукой махнула. — Ну, рисуй, не буду мешать тебе. Косточки старые погрела, да в дом пойду. Рисуй. И. завтра приходи, ждать буду.

Зашаркала, забормотала что-то. Раз, ступенька, два, ступенька. Как здоровьичко, Евдокия Федоровна, как спалось? Баб Дунь, а ты мячик мой не видала.
Ушла.

А она опять на холст взглянула. Белый. Нетронутый.
Вздохнула. И подцепила кисточкой неаполитанскую желтую с капелькой красного вперемешку. Красного прекрасного. Словно яблочко наливное. Или роза в бабушкином палисаднике.

Будут вам розы. И вишни цветущие. И мяч горохово-полосатый. И Васька ленивый, и снегири. И даже Бонька с белым пятнышком на носу. Будет.

ХУДОЖНИЦА КАЛИНОВСКАЯ ЕКАТЕРИНА МИХАЙЛОВНА. В ДЕРЕВНЕ. часть вторая


Тихая заводь


Утро


Дорога на озеро

Деревенская Дорога

Деревенскую дорогу
Прославляли на холстах,
Как бежит от стога к стогу
И теряется в верстах,

Как в пшенице голубеют
Вдоль дороги васильки,
Свежий ветер с речки веет,
Веселятся мотыльки.

Не меняется дорога
Уж, наверно, сотни лет:
То в канавах, то отлога,
То закат, а то рассвет.

Если сухо, если жарко,
От асфальта до избы
Здесь проедет иномарка —
Замелькают вслед снопы…

Умились такой картине.
Но бывает — не судьба:
Дождь настиг посередине —
Дело, стало быть, — труба.

Деревенская дорога —
Две разбитых колеи.
Если дождик, — безнадёга:
понапрасну ждут свои.

По дороге подорожник
В глину втопчут сапоги,
Здесь увязнет внедорожник —
Вот такие пироги!

А обычную машину
Надо трактором тянуть:
Села в грязь и недвижима —
Эй, на помощь, кто-нибудь!

Трактор стащит за минуты,
Только лучше б припасти
Деревенскую валюту.
Есть пол-литра — угости.

А когда зальёшь солярку,
Тракторист везти готов
Аж до дома иномарку
Невезучих рыбаков.

Пешим проще — взяли палки —
По дороге по грибы.
Кстати, трудно без закалки
Целый час считать столбы.

А дорога вьётся змейкой
То по полю, то в кустах,
И, как ноты на линейках,
Ласточки на проводах…

© Copyright: Екатерина Базилевская, 2012


Люпин цветёт


Цветущий люпин. Этюд


Дворик. Этюд


Август

Август месяц в деревне

Как и прежде на тихих улицах
Островками полынь, лебеда,
Из-за облачка солнышко хмурится,
На полях за деревней страда.

Спозаранку хрустальные росы
Легли бисером на стебельки,
За комбайном ложились покосы
Золотистой пшеницы в валки.

Марево томится над полями,
Гул машин — все на один мотив,
А комбайны плыли кораблями
В штиль по морю плодородных нив.

Остывая, зори на закате
Плавились, темнея по краям .
Но теперь девчата в ярких платьях
Не поют в деревне под баян.

© Copyright: Валерий Молоствов, 2015


Жаркий август


Осеннее утро

Осеннее утро

Утром осенним от свежести сладко,
Пахнет землёй и листвой,
Но восхищает их рой беспорядка,
Ночью промытый водой.

И на деревьях живыми гирляндами
Чутко на ветках дрожат,

Солнце взошло над прощальными тайнами,
Сердце чарует и взгляд.

И на душе чуть волнительно, радостно,
Хочется петь и кружить,
Осень пришла золотисто и сказочно
Хочется жить и любить!

© Copyright: Артур Фрайман


Весенний разлив

Весенний разлив

Всюду гладь порыжевшей воды,
Смывшей гнёт от прошедшей зимы,
Полной чашей овраги, озёра
В зеркалах серпантинов узора.
Каждый год наступает вода,
Завоёвывая пространство,
Лодка — лучший по времени транспорт
И ему не страшна глубина.
Всё накрыло: дороги, луга,
И низин заливных берега,
Разлилась водоносная сила,
Понеслась, закусив удила.

Что-то смыла, разрушив мосты
И, отрезав пути к отступленью,
Станет мокрою майскою тенью
Где-то ближе к закату весны.
Каждый год знаем, будет потоп,
Но всего предсказать мы не можем,
Мир природы космически сложен,
Каждый год — будто перый урок.
И, мне кажется, с новой весной
Воды просто смывают плохое,
Унося далеко прожитое,
Как балласт, нам не нужный с тобой .

© Copyright: Шаламов Андрей Владимирович, 2013


На берегу


Весна. Домик в деревне

Грезит мир пробужденьем.

. Грезит мир пробужденьем весенним,
Вдохновляясь лучистым теплом.
Ожидает феерий цветенья.
Упивается каждым ростком.

Только сад не спешит разгореться
Озорными огнями весны.
Не согрето ещё лаской сердце.
Дух досматривает чудо-сны.

. Замер сад. Как ракета в полёте.
То ли движется, то ли стоит.

Читать еще:  Сильные и смелые цвета. Mike Svob

Знаю, ждёт он любви и заботы.
До поры все секреты таит.

Живо всё в нём. Тихонечко дышит
В ожиданьи хмельного тепла.
И послания тайные пишет.
И готово к искрению глаз.

. Всё придёт. В нужный час. Непременно.
Заиграет вновь жизнь. Зазвенит.
Упоительно! И вдохновенно.
Но. Не стоит мечту торопить.

© Copyright: Елена Буторина-Палагута, 2012


Весна в деревне


Весна. Верба цветёт


Цветущий май

Цветущий май

Цветущий Май! Как ты прекрасен.
Повсюду свежая листва.
Цветут берёзы, клёны, ясень.
Черёмуха белым-бела.

В садах нарциссы и тюльпаны,
Петуньи, ландыши цветут.
За ними жёлтые поляны,
Где одуванчики растут.

А на пригорке у забора
Сирень-красавица в цвету.

Её ласкаю нежным взором.
Сирень я с детства так люблю.

Цветут и яблони, и вишни.
Вдыхаю сладкий аромат.
Жужжанье пчёл весёлых слышно.
В душе мелодии звучат…

Природы буйное цветенье
Пленяет дивной красотой.
И птиц заливистое пенье
Так сердце радует весной.

© Copyright: Ирина Счастливцева, 2016


Весна


Когда цвели сады.

Сады цветут!

Сады цветут! И столько в них Любви —
В бушующем, кипящем белоцветьи.
В них серенады свищут соловьи
О скором и безумном лете.

Их аромат волнует и пьянит,
И хочеться закрыть глаза и падать.
И чувства отрывают от земли.
Весна моя! Ты высшая награда!

© Copyright: Ольга Климова, 2008


Одуванчики

Домик в деревне

Домик в деревне. А что еще надо?
Солнышко чтобы светило в окне.
Ветки сирени цветущей в ограде,
Маслом пейзаж на сосновой стене.

Чтоб ветерок колыхал занавески.
Чистая скатерть была на столе,
Крашеный пол чтоб был вымыт до блеска,
Книги на полке, да кот в уголке.

Чтобы петляла от дома тропинка
К маленькой тихой и чистой реке,
Чтобы на солнце сверкала росинка,
Иль стрекоза на моем поплавке.

Домик в деревне. А что еще надо?
Встретить вечерний закат во дворе.
Сердцу усталому в жизни награда
Запах травы листопад в октябре.

© Copyright: Виктор Фортунатов, 2013


Домик в деревне

Екатерина Михайловна Калиновская закончила Академию Художеств (УФ РАЖВиЗ ’04), факультет живописи.
Участница многочисленных выставок, победитель конкурсов живописи.
С 2006 г — Живет и работает в г. Санкт-Петербург.

Работы находятся в частных коллекциях в России и за рубежом : США, Германии, Франции, Норвегии, Финляндии, Англии.

Художница Стрельбицкая рассказала о самоотверженном служении артистов Виктюку

«Они ломали ключицы, колени, плечи»

Умер Роман Виктюк. Ему было 84 года. Да, он долго болел. Об этом знали многие. Но разве так утрату перенести легче? Ничуть. Маэстро создал не просто театр, он сотворил мир вокруг себя и оставил верных последователей. Значительную часть жизни рядом с ним была художница Татьяна Стрельбицкая. Она играла в его спектаклях, визуально воплощала самые смелые замыслы и просто очень любила.

Фото: Из личного архива

— Общение с Романом Григорьевичем — это волшебство, потому что общение с гением всегда такое, — говорит Татьяна Стрельбицкая. — Это как любовь, искра. С тобой просто такое происходит… и понимаешь, что больше себе не принадлежишь. Ты навеки уже его. Я помню, как ночами звонила Роману, признавалась в любви. И он мне звонил и говорил: «Танюня! Танюня! Я тебя тоже». Но дело не в этом… Мы дружили очень много лет, но когда мне говорят: «Прими мои соболезнования» — мне странно такое слышать. Правильнее сказать: «Мир, прими соболезнования! Ты даже не представляешь, кого потерял».

Он был не просто художественным руководителем театра, мастером, гениальным режиссером, эпохой… Это нечто большее. Он — Роман Виктюк. А для меня и для мира — это куда большее.

Когда несколько городов Японии накрыло смертоносное цунами (11 марта 2011 года Японию потрясло девятибалльное землетрясение, вызвавшее цунами, которое называют самым мощным в истории нашей планеты. — И.Н.), оно уничтожило все материальное. Мы тогда встретились с Ромочкой, взялись за руки и говорили о том, какое счастье, что есть театр. Это молитва через человека к человеку в разговоре с Богом.

— А его театр — храм?

— Я думаю, что это место единственное, в котором актеры по-настоящему служили, а не выслуживали свои амбиции, благосостояние, звания. Да простят меня за такие слова. Я никогда не видела такой отдачи театру, как у актеров Романа Виктюка. Сейчас театр осиротел. Это факт. Большую его часть составляли проводники Романа Григорьевича — духовные, энергетические, пластические. Я люблю его и буду любить вечно, потому что это мои крылья, мой ангел.

Фото: Из личного архива

— Вы же знали о его болезни?

— Конечно, я все понимала. Многие знали, что он болеет. Но то, что произошло, это не личное и не частное. Не сухое — вот не стало Романа Виктюка. Я ощущаю как художник, что земля осиротела. Прости меня за пафос. Но это так. Именно благодаря таким, как он, мы становимся людьми, а не просто обывательски крутимся в этой жизни. Роман нас всех выводил в иную сферу. Недаром его театр называется «Дом света». Страшно то, что он пустел, и ничего после него не будет. Боюсь представить, что сейчас происходит с его актерами. Это в других театрах снимаются в сериалах, как-то крутятся, а здесь они служили, ломали ключицы, колени, плечи и работали так, как ни в одном театре. И так в каждом спектакле. Они понимали, что Роман Виктюк не просто режиссер, мастер, худрук. Это проводник. А сейчас куда они разбредутся? Кто их поймает?

— Вы работали с Романом Григорьевичем и как актриса в спектакле «Любовник» и как художник. Каким он был в профессии?

— Мне было очень странно работать, потому что сама я по образованию режиссер. После премьеры даже выходили газетные статьи с заголовками вроде «Первый режиссер, которому она отдалась». В Одессе говорили, что я его жена или что я мужчина, переодетый в женщину. Всякого вздора хватало.

Фото: Из личного архива

Однажды Роман Григорьевич увидел меня за кулисами и сказал по-украински: «Хто це?» То есть «кто это?». Так произошла наша встреча. Потом мне недоброжелатели говорили, что у нас ничего не получится. Но все случилось — и спектакль, и дружба. Я называю это актом любви. Тогда было сложное время. Роман Григорьевич хотел открывать филиал театра в Киеве. Но помешали дефолт, проблемы. А «Любовник» остался жить как-то вопреки.

— Что цепляло в Романе Григорьевиче?

— Наверное, понимание, что он над тобой и при этом втягивает вверх, к себе. Ты не актер в его руках, а соучастник действия, некоей молитвы. Однажды в 8 утра у меня зазвонил телефон: Роман Григорьевич. «Танюня, ты должна нарисовать ложу Маркиза де Сада», — сказал он. Я тут же вскочила с кровати и была готова делать все, что он скажет. Он поведал мне о замысле «Маскарада маркиза де Сада», главная тема которого — вечный конфликт художника с властью. Роман Григорьевич предложил написать портреты врагов маркиза де Сада, которые тот пишет в тюрьме в состоянии, близком к безумию. Но это все я узнала потом. А тогда не спрашивала, ни сколько это будет стоить, ни детали замысла, ничего. Была готова, как солдат. Человек просто говорит: «Хочу тебя». И ты ему: «Я — твоя».

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector