Символические и сюрреалистические картины. John Burden

Символические и сюрреалистические картины. John Burden

Как провокация и части тела помогли французу стать легендой фотографии

В Центре фотографии имени братьев Люмьер открылась выставка одного из самых влиятельных фотографов ХХ века Ги Бурдена. Ученик такого классика, как Ман Рэй, француз начал свою карьеру в 1950-х — и за следующие три десятилетия произвел настоящую революцию в съемке моды, рекламы и коммерческой фотографии.

Его снимки хранятся в коллекциях институций уровня Музея Виктории и Альберта в Лондоне и MoMA в Нью-Йорке — и на выставке в Москве представлено более 50 самых знаменитых его работ. Выставка «Ги Бурден. Следуй за мной» идет в московском Центре фотографии имени братьев Люмьер до 17 мая.

Родившийся в 1928-м Ги Бурден обучился фотографии, когда в конце 1940-х служил во французских ВВС. В начале следующего десятилетия он, увлеченный сюрреализмом, по легенде, неоднократно обивал пороги студии классика этого течения в фотографии Ман Рэя — и неоднократно получал от ворот поворот, пока в какой-то момент тот все же не впустил настойчивого молодого человека в свою мастерскую, а затем и вовсе не взял над ним шефство.

Влияние Ман Рэя, ветерана нескольких революционных для искусства ХХ века течений — от дадаизма до сюрреализма — Бурден пронес с собой через всю карьеру в фотографии. Причем проявлялось оно не только и не столько в манере выстраивать пространство кадра или нарратив для серии снимков, но и в самом подходе к своей работе: классик предоставил Бурдену личный пример абсолютной творческой свободы, которой фотограф отказывался поступаться даже на многочисленных коммерческих проектах.

Свою первую съемку для Vogue Бурден провел еще в 1950-х — шокировав публику фотографиями моделей в антураже парижского мясного рынка. В редакцию немедленно посыпались письма возмущенных обывателей — что не помешало сотрудничеству журнала и Бурдена продлиться еще более трех десятилетий.

Модель Николь Мейер так рассказывала об этом снимке, являющемся одним из самых известных в портфолио Бурдена:

Фирменный стиль Бурдена — гипертрофированно яркие, драматически, почти театрально срежиссированные снимки моделей, а нередко и одних лишь частей их тела, как будто отделенных от своих обладательниц, — надолго пережил и рекламные кампании, и журналы, для которых они производились.

Бурден в своем творчестве наследовал не только работам других фотографов, но и литературой, кинематографом, классическим и современным искусством. Среди самых очевидных источников его вдохновения — фильмы Луиса Бунюэля и Альфреда Хичкока, картины Рене Магритта или, как на этом снимке, Эдварда Хоппера.

Бурден одним из первых работающих с рекламой фэшн-фотографов отказался от идеи чистой репрезентации продукта — предпочитая ей нарративные, подразумевающие историю, сюжет и атмосферу кадры.

Для некоторых из самых известных своих кадров — на которых женские ноги присутствуют отдельно от тела, что современный зритель может счесть эффектом, достигнутым в постпродакшне, — Бурден отпиливал ноги у манекенов, затем помещая их в уже продуманное пространство кадра.

Фотографии Бурдена почти всегда рассказывают историю — пусть часто и отрывочную и даже трагическую в своей фрагментарности. Подобно многим фотографам своего времени, он обожал фильмы Хичкока — и особенно его концепт «макгаффина», неживого, нередко остающегося необъясненным объекта, вокруг которого крутится сюжет.

Несмотря на то что обувь часто оказывается последним, что замечаешь на многочисленных снимках Бурдена для рекламы бренда Charles Jourdan, с которым он сотрудничал с 1960-х и который предоставил ему полную творческую свободу, в самой компании считают, что именно его работа принесла Charles Jourdan известность и продажи. Влияние фотографий Бурдена для Charles Jourdan легко разглядеть и в рекламе Christian Louboutin.

Бурдена, как и его коллег того же времени, таких как Хельмут Ньютон, нередко обвиняли в мизогинии — он, впрочем, стремился вовсе не к тому, чтобы эксплуатировать реальную женскую красоту, а к тому, чтобы в своих кадрах исследовать мрачную изнанку реальности, показывать, как разворот в модном журнале может служить иногда отражением мечты, а иногда — кошмара.

Для съемок этой рекламной кампании Шарля Журдана Бурден попросил изготовить гигантский муляж одной из туфель (на что, по легенде, ушло целое дерево) — получившийся же снимок отсылает к текстам любимого фотографом Льюиса Кэрролла, который также был одержим зеркальными отражениями, скрытыми смыслами и идеей опасности фантазии.

«Ги попросил меня, чтобы я стояла как кукла на всеобщем обозрении. Одетая в розовую атласную комбинацию, я стояла совершенно без движения, пока вентилятор дул на шелковую бумагу и приподнимал мой подол… Каждому кадру всегда уделялось много внимания. Это не значило, что спонтанности не существовало.

Ги задавал тон, придумывал декорации и провоцировал реакцию в кадре, что было очень похоже на работу режиссера. Его фотографии на самом деле похожи на кадры из фильма. В них всегда присутствует элемент напряженности, ожидания — так же, как неоконченная история держит вас в ожидании развязки», — рассказывала Николь Майер об истории создания этого кадра.

По-настоящему культовой фигурой в мире не только рекламной фотографии, но и современного искусства Бурдена сделала ретроспективная выставка в музее Виктории и Альберта в 2003 году — при жизни.

Он настойчиво отказывался от того, чтобы представлять свои снимки в галерейном пространстве, предпочитая быстротечный и скоропортящийся медиум рекламного разворота в журнале. Он даже присылал свои снимки редакторам с четкими указаниями насчет того, где именно на полосе они должны быть расположены.

Понравилось? Хотите быть в курсе обновлений? Подписывайтесь на наш Twitter, страницу в Facebook или канал в Telegram.

Самюэль Бурден — о знаменитом отце

28 февраля в Центре фотографии имени братьев Люмьер откроется выставка Ги Бурдена «Следуй за мной». Эта ретроспектива станет для Москвы второй по счету — впервые работы одного из самых провокационных модных фотографов выставлялись в столице больше десяти лет назад — в 2009 году.

Сын Бурдена, Самюэль — именно он распоряжается наследием отца, — обещает, что нынешнее событие будет масштабнее предыдущего: вместо двух десятилетий (работ 1970-х и 1980-х) покажут куда более широкий период — от 1950-х и практически до финала — Бурден скончался в 1991 году. В экспозиции будет более полусотни снимков: от изображений женских ног, которые гуляют сами по себе, до знаменитого кадра, где лицо модели прикрывают несколько рук с выкрашенными ярко-красным ногтями.

Читать еще:  Яркие и позитивные работы. Жанна Кондратенко

The Blueprint поговорил с Самюэлем Бурденом о том, откуда его знаменитый отец брал сюжеты съемок; каким он был человеком и почему так любил снимать женские ноги.

О детстве рядом с Ги Бурденом

«Когда я был маленьким, то часто бывал в студии отца в еврейском квартале Парижа (мать Самюэля умерла, когда ему было 4 года, и с этого момента он жил с Ги. — Прим. The Blueprint). Это было что-то вроде папиной личной «Чинечитты» («Чинечитта» — знаменитая итальянская киностудия, на которой работал в том числе Федерико Феллини. — Прим. The Blueprint). Это была целая вселенная: огромное помещение, где повсюду лежал реквизит. После съемок отец обычно приглашал всю команду в кафе Goldenberg Deli за углом — на шампанское и блины.

Его очень любили все, с кем он работал, особенно модели — Инес де ля Фрессанж, Николь Мейер, Дэйл Хэддон, Сьюзи Кейв. Они до сих пор вспоминают, какое тонкое у папы было чувство юмора и каким близким и родным он всем им казался.

Разумеется, в работе отец был перфекционистом — иначе мы бы с вами сейчас о нем не говорили. Его перфекционизм — одна из причин того, почему и сегодня, спустя почти 30 лет после его смерти, его творчество все еще востребовано.

Был ли он таким же и в обычной жизни? Трудно сказать. Отчасти работа и была его жизнью — он любил ходить в музеи, смотреть на картины. Еще он любил хорошее вино и совсем не умел грамотно обращаться с деньгами. Жили мы как нищая богема: ни разу носа не сунули в магазин модной одежды. В Париже у нас не было лифта, хотя мы жили на шестом этаже, а в коттедж в Нормандии не был проведен телефон. Отец не мечтал стать знаменитостью, но хотел, чтобы его работы оценили — так японский плотник, который строит храм, хочет, чтобы его труд в конце концов увидели люди».

Ги Бурден, Vogue Paris, май 1985

Фотографии Ги Бурдена и стиль фильма «Бегущий по лезвию» в макияже Chanel весна-лето 2018

Ги Бурден,рекламная кампания Charles Jourdan, 1977

О Хичкоке и древнегреческих мифах

«Лично я не считаю сюжеты съемок отца такими уж сложными. Что сложного может быть в модной фотографии? У него было очень много источников вдохновения — и древнегреческие мифы, и живопись прерафаэлитов и сюрреалистов. И конечно, поп-культура: от комиксов до работ Уиджи (американский фотограф периода Великой депрессии, часто снимал сцены ночной жизни Нью-Йорка. — Прим. The Blueprint) до афиш и рекламы 1960–1970-х годов.

Особняком, конечно, стоит кино. Его отец очень любил. Особенно Бастера Китона, Эриха фон Строхейма, Феллини, американские научно-фантастические фильмы 1950–1960-х годов. Работы отца иногда сравнивают с картинами Линча и Хичкока. Но я не совсем согласен. Линч часто пытается обхитрить зрителя — дает ложные зацепки, неожиданно отклоняется от основной сюжетной линии и так далее. Отцу ближе Хичкок. Саспенс, возрастающее напряжение, ощущение, что с минуты на минуту что-то должно произойти».

Ги Бурден, Vogue Paris, октябрь 1977

О женских ногах

«Почему на снимках отца они появляются отдельно от тела? Вы имеете в виду рекламную кампанию, которую он снимал для бренда Charles Jourdan? Это ведь обувной бренд. Как известно, три самых доходных области этой индустрии с миллиардными прибылями — это косметика, одежда и туфли: все, что женщины используют для соблазнения.

Чтобы отснять эту кампанию, мы с отцом и мачехой — она ему ассистировала — месяц ездили по Британии. Никакой спешки. Никакой команды сотрудников. Никаких дедлайнов: полная свобода.

Сложно сказать, есть ли в этом что-то сексистское. На мой взгляд, не более, чем во всей модной индустрии. Я предпочитаю думать, что в целом отец наделял своих героинь силой, как режиссер кино наделяет силой своих персонажей».

Ги Бурден,рекламная кампания Charles Jourdan, осень 1979

Ги Бурден,рекламная кампания Charles Jourdan, весна 1976

О трех знаковых работах отца:

Ги Бурден, Vogue Paris, май 1970

«Идея снимка появилась у отца, когда он делал рекламную кампанию лака для ногтей Revlon. Сперва ему захотелось немного побыть сюрреалистом — уместить как можно больше разных цветов лака в одном кадре. В итоге идея эволюционировала, а кадр с красными ногтями теперь считается одной из визитных карточек Ги Бурдена».

Топ-5 таинственных пейзажей

Что означает совмещение дня и ночи на картинах Магритта? Почему нидерландский художник Иоахим Патинир соединил античные и библейские сюжеты? Зачем Каспар Давид Фридрих изобразил крест в горах? Отвечаем на эти и другие вопросы о пейзажах

1 Иоахим Патинир. «Пейзаж с Хароном, переправляющимся через реку Стикс» (1520–1524)

Жанр пейзажа рождается в эпоху Ренессанса — сначала как часть сюжетных композиций в основном на библейские темы. Первый нидерландский худож­ник, у которого пейзаж приобретает самостоятельное значение, — Иоахим Патинир. Его картина «Пейзаж с Хароном, переправляющимся через реку Стикс» уникальна не только поэтому: в ней соединяются античные мотивы (река Стикс, перевозчик душ Харон, вход в Аид, охраняемый трехглавым Цербером) и христианский сюжет — ад и рай (с ангелами, символическими животными и Фонтаном жизни).

Ладья Харона находится посреди реки и направляется к зрителю. Душа у ног огромной фигуры смотрит на «адскую» сторону: побережье с плодовыми деревьями там выглядит привлекательнее, чем скалы у входа в рай. Тем самым зрителю сообщают: путь в рай тернист, а путь греха соблазнителен. Но мораль­но-этическим поучением смысл картины не ограничи­вается. Обширная пано­рама (так называемый мировой пейзаж Термин применяется к немецкой и нидер­ландской живописи XVI века и обозначает панорамный воображаемый пейзаж, вклю­чающий в себя реки, горы, долины, леса и т. п. , написанный с высокой точки) со мно­жеством занимательных деталей, фантастических скал, вполне убеди­тель­ных животных, кошмарных мелких чудовищ в духе Босха, городом с церковью на заднем плане расширяет значение картины. Это образ огромного мира, включающего в себя и сказочное, и реальное.

Читать еще:  Художник-акварелист. Brent Funderburk

2 Геркулес Сегерс. «Скалистый пейзаж с дорогой и рекой» (между 1615 и 1630 годом)

Голландский офортист и живописец Геркулес Сегерс похож на романтика, хотя родился за два с половиной столетия до появления романтизма. Коммерчески успешным художником Сегерс не был, но его изобретения и эксперименты в гра­вюре уже после его смерти оценили другие мастера — например, сам Рембрандт купил восемь работ Сегерса. Эксперименты Сегерса связаны с цвет­ной печатью, новыми техниками, напоминающими акватинту и резерваж Акватинта, резерваж — разновидности офорта. , использованием японской бумаги и ткани для отпечатков. В гравюре «Скали­стый пейзаж с дорогой и рекой» отсутствуют типичные для Голландии сюжеты (идущие пут­ники, всадники, крестьяне за сельскохозяйст­венными работами и др.), оживляющие ландшафт: здесь нет людей, а маленькие домики затеряны в неуют­ной суровой долине. Масштаб этого мира не понятный, человечес­кий, а космический. Резкое кадрирование Сегерс нередко менял композицию: напри­мер, в первом оттиске пейзаж был панорам­ным, затем художник мог обрезать гравюр­ную доску и сделать новый отпечаток, в ко­тором пейзаж укрупнялся, приближаясь к зрителю. необычно для голландского пейзажа этого времени, а фантастические горы и взгляд сверху встречаются у более ранних нидерландских мастеров (например, у Брейгеля). Структура гор кажет­ся пористой, а светотень — глубокой и мрачноватой. Смешанная техника и ра­бота пятном (а не отдельными штрихами) создает эффект, напоминающий скорее живопись, чем гравюру.

3 Каспар Давид Фридрих. «Крест в горах» (1808)

Картина немецкого романтика Каспара Давида Фридриха кажется мистиче­ской: в отдалении от зри­теля — высокая гора, поросшая ельником; распятие, повернутое к условно изображенным лучам заходящего солнца. Полукруглое завершение напоминает об алтарных картинах; золоченая рама по рисунку самого Фридриха, выполненная Генрихом Кюном, содержит христианскую символику (колосья пшеницы и виноград отсылают к евхаристии, в треуголь­нике изображено Всевидящее око). Зритель может задаться вопросом: что изображено на картине — настоящая Голгофа с умирающим на кресте Христом или скульптурное распятие в горах?

Картину Фридрих писал в подарок королю Швеции Густаву IV Адольфу, однако в итоге она досталась графу Францу Антону фон Тун-Гоген­штейну. Невесте графа понравилась одна из работ Фридриха, и Тун-Гоген­штейн уговорил худож­­ника продать ему «Крест в горах». Фридрих согласился, поставив условие: пейзаж следует водрузить на пьедестал, задрапированный темной тканью Именно в таком виде картина была представлена на выставке в мастерской Фридриха в 1808 году до продажи. , и выставить в капелле замка фон Тун-Гогенштейнов Течен Современный Дечин в Чехии. рядом с алтарным образом. Однако заказчик обещания не сдержал: полотно повесили в супружеской спальне.

Соединение пейзажа с религиозной живописью было новаторским: до этого пейзаж относился к низшим жанрам. Немедленно разгорелась полемика в прессе: главным критиком выступил прусский дипломат и художественный критик Базилиус фон Рамдор, противник романтизма, написавший в журнале Zeitung für die elegante Welt, что пейзажная живопись «прокрадывается в цер­кви и пробирается на алтари». В ответ Фридрих объяснил смысл картины: изображенная скульптура символизирует Христа, отражающего свет Бога Отца, которого нет на земле (заходящее солнце). Скала с крестом означает христиан­скую веру, а вечнозеленые ели и плющ — надежду на вечную жизнь. Так впер­вые художник выразил свои религиозные чувства через пейзаж.

4 Фернан Кнопф. «Покинутый город» (1904)

На рисунках бельгийского художника-символиста Фернана Кнопфа по памяти и по фотографиям воспроизведен город его детства — Брюгге (там он провел первые пять лет своей жизни). В «Покинутом городе» домики на площади Вунсдахмаркт соседствуют с подступающей водой. Пустынный город оставлен людьми, с постамента исчезла статуя Ганса Мемлинга — знаменитого худож­ника XV века и местной гордости. Кнопф никогда не возвращался туда, не же­лая видеть изменения города (в начале XX века Брюгге начал превра­щаться в туристический центр). Он хотел запомнить старый Брюгге — тихий опус­тев­ший город, утративший былую славу крупного торгового центра (к XV веку ка­нал Звин занесло песком, и Брюгге потерял выход в Северное море). Этот образ города-призрака, в кото­ром остались лишь воспоминания о славном прошлом, позаимство­ван из пове­сти бельгийского писателя Жоржа Роденбаха «Мертвый Брюгге» (фронтиспис к этому произведению Кнопф иллюстрировал в 1892 го­ду).

В рисунке Кнопфа в город возвращается мо­ре — но не для то­го, чтобы вернуть туда жизнь: теперь это своего рода меланхолический мемориал, фантазия, странный и печальный сон.

5 Рене Магритт. «Империя света» (1950)

Пейзаж сюрреалиста не может не быть странным, и Магритт соединяет в «Им­перии света» дневное небо с открыточ­ными облаками и ночной пейзаж с фона­рем и безлюдной улицей. Этот коллажный принцип — общий для боль­шинства его парадоксальных работ, похожих на интеллек­туаль­ный ребус, с поэтичес­ки­ми названиями, не расшифровывающими смысл. Сам художник говорил, что в картине есть логика, раз на планете в разных полушариях одновременно день и ночь. Магритт вдохновлялся световыми эффек­тами викторианского живо­пис­ца Джона Аткинсона Гримшоу: некоторые из его работ изображали уеди­нен­ные дома или усадьбы с эффек­тами закатного освещения. Название карти­ны придумал бельгийский поэт, друг Магритта Поль Нуже, из чьей поэмы в прозе «Любитель рассвета» был взят образ противостояния ночи и дня Также темы совмещения двух времен суток можно встретить и у Льюиса Кэрролла, и у главы парижских сюрреалистов (с которыми общался Магритт) Андре Бретона. .

Картины с этим сюжетом были настолько популярны у покупателей, что Магритт повторял его вновь и вновь: начиная с 1949 года как минимум 16 раз, и это считая только живопись маслом. Картина сильно повлияла на массовую культуру — от рекламы до фильма ужасов 1973 года «Изгоняющий дьявола».

Современный сюрреализм: 5 художников, которые пленили мир своими живописными иллюзиями

Получайте на почту один раз в сутки одну самую читаемую статью. Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте.

На рубеже ХХ-ХХI столетия последователи великих сюрреалистов по-прежнему волнуют зрителя своими необыкновенными иллюзорными работами, как и много лет назад их волновали сюрреалистические работы Сальвадора Дали, Макса Эрнст, Миро, Фриды Кало, Марка Паркеса, Рене Магрита.

Читать еще:  Яркие, красочные и богатые деталями картины. KCatia Creole

Сюрреализм – от французского surréalisme, буквально «сверх-реализм», «над-реализм» — это уникальная живопись из глубокого подсознания художника, и стиль, в котором живет своя философия, подчиненная неоднозначным ассоциациям и воображениям, возникающим в мозгу человека.

Энергетика сюрреализма зарождается в подсознании мастера и может проявляться во сне, во время гипнотического состояния, в бреду и галлюцинациях. Некоторые художники- сюрреалисты создавали свои творения в состоянии алкогольного опьянения или же под воздействием наркотиков. Но многие осознанно входят в такое состояние, чтобы освободить свой разум от реальности.

Но есть в сюрреализме и хорошо обдуманные и взвешенные сюжеты. Что можно увидеть на примере творчества бельгийского сюрреалиста Рене Магрита. Всем известно, что будучи в творческом поиске, Сальвадор Дали, засыпая, держал ложку над большим медным тазом, которая при падении будила художника. И резко просыпаясь, он как бы вырывал кусочек своего видения из глубокого сна для сюжета будущего полотна.

Современные живописцы сюрреализма также создают свой уникальный мир оптических иллюзий, фантастических снов из глубин своего воображения и призрачный мир мечты, который никого не оставит равнодушным.

В мире красочных снов и древнегреческих мифов художника Войтека Сьюдмака

Войтек Сьюдмак родился в старинном городе Велюни в центре Польши. Образование получил в Академии изящных искусств в Варшаве. Но с 1966 года живет и работает во Франции. Полотна Войтека Сьюдмака являют собой необычную смесь стилей: гиперреализма, фантастического реализма и сюрреализма. Сам же он себя называет — фантастическим гиперреалистом.

Уникальная вселенная, наполненная личной символикой и воображаемыми конструкциями, которые органически объединены в единое целое, магнетически притягивает зрителя и погружает в мир древних богов, красочных снов и древнегреческих мифов.

Cокровища Третьего рейха: картины, которые мы потеряли

В квартире престарелого жителя Мюнхена был обнаружен склад ценнейших произведений европейского авангарда, которые считались уничтоженными в годы войны. «Воздух» решил выяснить, как эта находка изменит историю искусства.

«Мадонна» Микеланджело Буонаротти из церкви Богоматери в Брюгге Фотография: Jean Pol Grandmont В начале 2014 года на экраны выйдет фильм «Охотники за сокровищами» — военный детектив c Джорджем Клуни, Мэттом Деймоном и Кейт Бланшетт. «Monuments men» — так называли членов спецподзразделения, официально носившего название «The Monument, Fine Arts and Archives Division of the
Federal Government»: в последние годы войны оно занималось розыском и спасением произведений искусства, спрятанных нацистами в специальных тайниках. Для этого искусствоведческого спецназа война шла не столько за европейские территории, сколько за европейскую культуру: нацисты не жалели дворцов и храмов на оккупированных территориях, используя их как укрепления или просто уничтожая их бомбежками и артобстрелами, а ценные произведения искусства, которые можно было вывезти, — произведения старых мастеров и предметы роскоши — прятали в тайных хранилищах на территории Германии. Благодаря «monuments men» из тайников была спасена, например, скульптура Микеланджело «Мадонна Брюгге» и «Гентский алтарь» Яна ван Эйка. Но это старое искусство, его нацисты ценили, другой части изъятых ими сокровищ повезло куда меньше — это произведения художников-модернистов, которые в тогдашней Германии имели сомнительную ценность.

«Monuments men» в 1946 году осматривают картину Леонардо да Винчи «Дама с горностаем», перед тем как вернуть ее в Музей Чарторыйских в Кракове

Фотография: Monuments Men Foundation

Экспрессионисты, кубисты, фовисты, сюрреалисты, дадаисты стали врагами рейха еще до войны. В 1936 году по всей Германии массово изымали из галерей и частных собраний произведения авангардного искусства, среди которых оказались работы Оскара Кокошки, Эль Лисицкого, Отто Дикса, Марка Шагала, Эрнста Людвига Кирхнера, Василия Кандинского, Пита Мондриана и других художников, например школы «Баухауза». В 1937 году в Мюнхене открылась выставка под названием «Дегенеративное искусство» (Entartete Kunst), где работы классиков модернизма сопровождались издевательскими подписями. Все выставленные произведения были объявлены плодами больного воображения их авторов, и, соответственно, не могли восприниматься как полноценное искусство.

Подготовка выставки «Дегенеративное искусство»

Фотография: Fotobank / Getty Images

Гитлер и Геббельс на выставке «дегенеративного искусства»

Фотография: Monuments Men Foundation

Открытие, о котором немецкая полиция молчала целых два года, по меркам начала XXI века — все равно как находка гробницы Тутанхамона для века прошлого. Вся история искусства XX века оказалась переписана в один момент: по официальной ее версии, эти картины были уничтожены нацистами; «monuments men», которые могли бы внести в эту версию свои коррективы, не слишком интересовались работами модернистов и предпочитали рисковать жизнью ради полотен Тициана и Рубенса. Даже когда в их руки попадало современное искусство, они не всегда могли оценить его значимость: собрание из 115 картин и 19 рисунков, зарегистрированное на Хильдебранда Гурлитта, британские войска обнаружили в Гамбурге еще в 1945 году. Однако Гурлитт, объявивший себя жертвой нацизма, сумел доказать, что картины были приобретены им законно, и получил их обратно спустя четыре года. Остальная часть коллекции, по его словам, погибла при бомбежке Дрездена. Как выясняется, верить Гурлитту нельзя было ни в чем, кроме его художественного чутья.

Церковь в Эллинге, превращенная нацистами в склад конфискованных произведений искусства

Фотография: Monuments Men Foundation

Солдаты с «Автопортретом» Рембрандта, который был впоследствии возвращен в музей Карлсруэ

Фотография: Monuments Men Foundation

Это событие наверняка войдет в учебники истории, а голливудским сценаристам можно уже садиться за новую работу, тем более что тема гения и злодейства в ее конкретном преломлении — отношениях нацизма с высоким искусством — давно завораживает Голливуд: тут можно вспомнить и самого известного археолога-антифашиста Индиану Джонса, который как раз воевал с Третьим рейхом за культурное наследие, только для него важнейшим из искусств было религиозное; и Питера О’Тула в роли нацистского генерала, одинаково любившего импрессионизм и массовые убийства, в фильме 1967 года «Ночь генералов». Можно начинать кастинг на роль Хильдебранда Гурлитта (погибшего в автокатастрофе в 56-м) — впрочем, возможно, что и у этой истории еще будет свой сиквел.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector