Турция меняет отношение к византийскому наследию

Турция меняет отношение к византийскому наследию

Турция меняет отношение к византийскому наследию

Эпоха греко-турецкого сотрудничества начинается с беспрецедентного в истории страны открытия двух научно-исследовательских центров. Первым совместным проектом стали обмер и фотографирование разрушенных византийских памятников, а также изучение архитектуры собора Святой Софии

В рамках проекта по документации сохранившихся в Стамбуле построек византийских времен исследователи сделали 250 высококачественных фотографий собора Святой Софии — величественного христианского храма VI в., позднее превращенного в мечеть, а в ХХ в. ставшего музеем / Фото mopictures/flickr.com

Недавно в Стамбуле открылось сразу два научно-исследовательских центра, занимающихся византийским наследием. Это уникальное в истории Турции событие стало поворотным в традиционно осторожном изучении собственного неоднозначного прошлого. Новые институции должны помочь стране наладить работу по изучению искусства, археологии и тысячелетней истории Византии.

Тема византийского наследия до сих пор остается горячей, вызывая серьезные дискуссии. Так, турецкие националисты воспринимают 11 веков византийского владычества, завершившегося в 1453 году османским завоеванием Константинополя, как чуждую им «историю греков». Под влиянием мусульман из AKP, партии нынешнего президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана, вопрос о наследии христианской Византии по-прежнему остается острым, неоднозначным.

Центр позднеантичных и византийских исследований Gabam открыт при Университете «Коч», финансируемом из частных источников. Gabam возглавляет известный турецкий искусствовед Энгин Акюрек. В центре, который занимается вопросами искусствоведения и археологии, предусмотрены две полные академические ставки, две ставки в постдокторантуре и четыре в докторантуре (одна из них для исследователей из Греции).

Через стамбульский Фонд Вехби Коча и афинский Фонд Ставроса Ниархоса поддержку центру оказывают богатейшие династии промышленников Греции и Турции. Еще в 1993 году усилиями Фонда Вехби Коча был основан Университет «Коч», а в грядущем сентябре при участии этого фонда в Стамбуле откроется Музей современного искусства «Коч» с большой и интересной коллекцией местных художников. Поддержка Gabam греческим фондом стала результатом переговоров, тянувшихся два года. «До сегодняшнего дня не существовало прецедентов плодотворного сотрудничества ученых двух стран, — говорит Акюрек. — Gabam — совместная инициатива греческих и турецких институций, которая, уверен, будет расширяться: уже сейчас мы планируем ряд совместных масштабных проектов».

Например, центр уже запустил фотопроект, документирующий сохранившиеся византийские постройки Стамбула. Команда фотографов в мельчайших деталях отсняла семь объектов, в том числе сделала 250 высококачественных фотографий знаменитого собора Святой Софии, величественного христианского храма VI века, позднее превращенного в мечеть, а теперь (с начала ХХ века) функционирующего в качестве одного из самых популярных музеев страны и мира.

Но фотографированием и обмерами строений дело не ограничивается. Gabam располагает €100 тыс. на финансирование археологических раскопок. «В нашей стране по-прежнему существуют сотни неизученных византийских объектов и тысячи архитектурных руин, не задокументированных должным образом, продолжающих разрушаться», — рассказывает Акюрек.
Также недавно свой Научно-практический центр византийских исследований открыл государственный Босфорский университет. Возглавляющая центр искусствовед Невра Нечипоглу уверена, что он будет «ускорять и поддерживать» исследования византийского наследия. Уже 20 лет греческий Фонд Онассиса помогает Босфорскому университету, а один из его стипендиатов в области истории искусства входит в совет директоров центра.

Турция активно поворачивается к своему прошлому. В 1940-х годах в Турции читался всего один курс по истории византийского искусства (в самом большом в стране Стамбульском университете). Сегодня этот предмет можно изучать в любых учебных заведениях по всей стране.

Турция: Разбалованные дети Европы должны забыть о византийской мечте

Правительства Греции и Турции обмениваются жёсткими заявлениями в связи с проведением 24 июля пятничной молитвы в соборе Святой Софии (Айя-София) в Стамбуле, который по решению турецких властей стал мечетью. В момент, когда президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган принимал участие в первом за 86 лет намазе в Айя-Софии, в Греции звенели колокола, а демонстранты жгли турецкий флаг.

В минувшую субботу Министерство иностранных дел Турции выступило с жёстким заявлением в связи с пятничными акциями протеста в Греции.

Таким образом, представитель МИД Турции намекнул на падение Константинополя в 1453 году, когда столица Византийской империи была захвачена турками-османами. После этого Айя-София — построенный в VI веке памятник византийской архитектуры — была обращена в мечеть. В 1935 году она стала музеем, а в этом месяце власти Турции снова изменили ее статус, и теперь она официально называется «Большая мечеть Айя-София» (тур. Ayasofya-i Kebir Camii).

Против этого решения выступили многие видные общественные деятели и христианские лидеры, в том числе представители Русской православной церкви и папа римский. Однако особенно жёстко высказывались власти Греции, которая имеет традиционно плохие отношения с Турцией, хотя и входит вместе с этой страной в НАТО, отмечает Би-би-си. Премьер-министр Греции Кириакос Мицотакис в пятницу назвал Турцию «источником проблем» и заявил, что решение сделать Айя-Софию мечетью являет собой «оскорбление цивилизации XXI века».

«То, что сегодня происходит (в Стамбуле), — это не демонстрация силы, а доказательство слабости, — сказал глава греческого правительства. — Особенно для нас, православных христиан, Айя-София остается в наших сердцах как никогда раньше. Именно там бьется наше сердце».

Как сообщало EADaily, Турция осудила «провокационные» заявления властей Греции, которые привели к росту антитурецких настроений в этой стране, в том числе к публичному сожжению турецкого флага. Соответствующее заявление 25 июля распространила пресс-служба Министерства иностранных дел Турции. По словам представителя МИД страны Хами Аксоя, греческая сторона вновь продемонстрировала «вражеское отношение к исламу и Турции под предлогом реакции на превращение Айя-Софии в мечеть». При этом в турецком внешнеполитическом ведомстве указали, что Афины являются единственной столицей с Европе, где нет ни одной мечети, а Греция — это «страна, которая закрыла глаза на снесение исторических мечетей».

«Никакая страна не в состоянии учить Турцию по вопросу национального суверенитета. Мечеть Айя-София, как и другие объекты культурного наследия страны, состоят в собственности Турции и под её защитой», — отметил Аксой.

Напомним, Государственный совет (высший административный суд) Турции принял 10 июля решение в рамках обращения правительства страны об изменении статуса собора Святой Софии (Айя-София) в Стамбуле с музея на мечеть. Турецкая судебная инстанция отменила решение от 24 ноября 1934 года относительно преобразования христианского храма из мечети в музей. Тем самым храм вновь будет использоваться в качестве мечети. В тот же день президент Турции Эрдоган подписал указ, позволяющий мусульманам совершать молитву в Айя-Софии, которая отныне носит статус мечети.

29 мая в соборе Святой Софии прочитали суру Корана Аль-Фатх в память об османском завоевании Константинополя (Стамбула) в 1453 году. В столице Греции заявили, что эта акция оскорбляет международное сообщество и бросает вызов религиозным чувствам христиан во всём мире.

Софийский собор — памятник византийского зодчества. Он возводился в 532−537 годах по указанию императора Юстиниана, который решил увековечить славу Константинополя. Император мечтал, чтобы храм не имел равных в мире. После падения Византийской империи в 1453 году собор был переделан в мечеть. В 1935 году, согласно декрету правительства Турции, подписанному основателем современной Турецкой Республики Мустафой Кемалем Ататюрком, собор стал музеем, а с фресок и мозаик были счищены скрывавшие их слои штукатурки. В 1985 году Святая София была включена в список памятников всемирного наследия ЮНЕСКО.

Турция: Разбалованные дети Европы должны забыть о византийской мечте

Правительства Греции и Турции обмениваются жёсткими заявлениями в связи с проведением 24 июля пятничной молитвы в соборе Святой Софии (Айя-София) в Стамбуле, который по решению турецких властей стал мечетью. В момент, когда президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган принимал участие в первом за 86 лет намазе в Айя-Софии, в Греции звенели колокола, а демонстранты жгли турецкий флаг.

Читать еще:  Цвет и композиция. Emilia Gasienica-Setlak

В минувшую субботу Министерство иностранных дел Турции выступило с жёстким заявлением в связи с пятничными акциями протеста в Греции.

«Разбалованные дети Европы не смогли вынести вида верующих, вновь распростёршихся в молитве в Айя-Софии, и опять стали бредить, — сказано в заявлении официального представителя МИД Турции Хами Аксоя. — Отныне Греция должна забыть о византийской мечте, от которой она не может избавиться уже 567 лет, и покончить с исходящим от этой мечты недовольством».

Таким образом, представитель МИД Турции намекнул на падение Константинополя в 1453 году, когда столица Византийской империи была захвачена турками-османами. После этого Айя-София — построенный в VI веке памятник византийской архитектуры — была обращена в мечеть. В 1935 году она стала музеем, а в этом месяце власти Турции снова изменили ее статус, и теперь она официально называется «Большая мечеть Айя-София» (тур. Ayasofya-i Kebir Camii).

Против этого решения выступили многие видные общественные деятели и христианские лидеры, в том числе представители Русской православной церкви и папа римский. Однако особенно жёстко высказывались власти Греции, которая имеет традиционно плохие отношения с Турцией, хотя и входит вместе с этой страной в НАТО, отмечает Би-би-си. Премьер-министр Греции Кириакос Мицотакис в пятницу назвал Турцию «источником проблем» и заявил, что решение сделать Айя-Софию мечетью являет собой «оскорбление цивилизации XXI века».

«То, что сегодня происходит (в Стамбуле), — это не демонстрация силы, а доказательство слабости, — сказал глава греческого правительства. — Особенно для нас, православных христиан, Айя-София остается в наших сердцах как никогда раньше. Именно там бьется наше сердце».

Как сообщалось ранее, Турция осудила «провокационные» заявления властей Греции, которые привели к росту антитурецких настроений в этой стране, в том числе к публичному сожжению турецкого флага. Соответствующее заявление 25 июля распространила пресс-служба Министерства иностранных дел Турции.

По словам представителя МИД страны Хами Аксоя, греческая сторона вновь продемонстрировала «вражеское отношение к исламу и Турции под предлогом реакции на превращение Айя-Софии в мечеть». При этом в турецком внешнеполитическом ведомстве указали, что Афины являются единственной столицей с Европе, где нет ни одной мечети, а Греция — это «страна, которая закрыла глаза на снесение исторических мечетей».

«Никакая страна не в состоянии учить Турцию по вопросу национального суверенитета. Мечеть Айя-София, как и другие объекты культурного наследия страны, состоят в собственности Турции и под её защитой», — отметил Аксой.

Напомним, Государственный совет (высший административный суд) Турции принял 10 июля решение в рамках обращения правительства страны об изменении статуса собора Святой Софии (Айя-София) в Стамбуле с музея на мечеть. Турецкая судебная инстанция отменила решение от 24 ноября 1934 года относительно преобразования христианского храма из мечети в музей. Тем самым храм вновь будет использоваться в качестве мечети. В тот же день президент Турции Эрдоган подписал указ, позволяющий мусульманам совершать молитву в Айя-Софии, которая отныне носит статус мечети.

29 мая в соборе Святой Софии прочитали суру Корана Аль-Фатх в память об османском завоевании Константинополя (Стамбула) в 1453 году. В столице Греции заявили, что эта акция оскорбляет международное сообщество и бросает вызов религиозным чувствам христиан во всём мире.

Софийский собор — памятник византийского зодчества. Он возводился в 532−537 годах по указанию императора Юстиниана, который решил увековечить славу Константинополя. Император мечтал, чтобы храм не имел равных в мире. После падения Византийской империи в 1453 году собор был переделан в мечеть.

В 1935 году, согласно декрету правительства Турции, подписанному основателем современной Турецкой Республики Мустафой Кемалем Ататюрком, собор стал музеем, а с фресок и мозаик были счищены скрывавшие их слои штукатурки. В 1985 году Святая София была включена в список памятников всемирного наследия ЮНЕСКО. Источник

Ветер перемен реет над собором Святой Софии

На протяжении многих столетий Османская империя позиционировала себя как главный защитник мусульман от происков западного колониализма. Но в конечном итоге она пала, как в свое время пал Константинополь, из-за чего некогда главный собор всех православных оказался в руках османских правителей.

Возрождение Турции началось с фигуры, о которой нынешний турецкий президент Тайип Эрдоган вспоминать не любит — фигуры Мустафы Кемаля Ататюрка. Именно он стал главным архитектором нынешней светской Турции, и по его решению собор Святой Софии стал музеем в знак уважения к последователям двух религий — православной и мусульманской.

Помимо прочего, Ататюрк прекрасно понимал, в какую ловушку может загнать турецкое общество погоня за османским величием. И по тем проблемам, которые Турция уже нажила себе в Сирии, Ливии и Ираке, можно с уверенностью говорить, что эти опасения не были напрасными.

Однако, помимо внешних проблем, Эрдоган вынужден решать и проблемы внутренние, что он привык делать с опорой на своих давних сторонников — исламистов. Именно желанием угодить этим сторонникам и показать Европе растущую региональную роль Турции и было продиктовано решение Эрдогана вернуть собору Святой Софии статус мечети, в котором она просуществовала пятьсот лет.

Соединенные Штаты жестко осудили данный шаг, в то время как Москва дипломатично отметила, что данное решение является внутренним делом Турции, в которое она вмешиваться не намерена.

И тем не менее, едва ли стоит бередить дела давно минувших дней, тем более что без помощи России, которая является преимущественно православной, едва ли Турция сможет решить свои недавно нажитые внешнеполитические проблемы, которых так опасался Кемаль Ататюрк.

Кристофер Блэк , эксперт по международному праву и правам человека (Канада)

Турция превращает еще одну христианскую церковь в мечеть

Турция намерена превратить в мечеть очередной христианский объект, входящий в перечень стамбульских памятников Всемирного наследия. Вслед за собором Святой Софии статус музея может утратить Монастырь Хора — Церковь Христа Спасителя в Полях. В Анкаре его преобразование в мечеть объясняют отменой незаконного приказа. При этом решение Турции отчасти перекликается с «антизападным» вектором ее политики, поддержкой неоосманизма и потерей доверия населения со стороны властей.

В Турции заявили о планах превратить еще один важный для христиан объект на территории Стамбула в мечеть. На этот раз речь идет о Монастыре Хора, также известном как Церковь Христа Спасителя в Полях. Как передает греческий телеканал ERT, правительство Турции разместило соответствующий указ в своей официальной газете.

По информации СМИ, решение по церкви в Анкаре приняли еще в прошлом году и теперь собираются скрыть византийские фрески и мозаики на ее территории — так же, как и в соборе Святой Софии, ставшем мечетью по указу президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана в июле.

В ERT отдельно отмечают, что Монастырь Хора является одним из объектов всемирного культурного наследия. Церковь в наибольшей степени сохранила свой первозданный вид после захвата Константинополя турками, на ее территории находятся «уникальные по своей красоте мозаики».

Читать еще:  Справочник художника или как купить колер

При этом профессор европейской политики в университете «Пантеон» Костас Лавдас в эфире телеканала заявил, что действия Анкары носят символических характер. По его мнению, оно вписывается в контекст ревизионистской стратегии Османской империи, которой придерживается турецкое руководство.

  • Монастырь Хора (Музей Карие) в Стамбуле
  • Фасад Монастыря Хора (Музей Карие) в Стамбуле
  • Монастырь Хора (Музей Карие) в Стамбуле
  • Фрагмент росписи в Монастыре Хора в Стамбуле
  • Свод южного купола в Монастыре Хора в Стамбуле
  • Монастырь Хора (Музей Карие) в Стамбуле
  • Мозаичный потолок в Монастыре Хора в Стамбуле
  • Фрагмент мозаики с изображением Св. Павла в Монастыре Хора в Стамбуле
  • Одна из фресок Монастыря Хора в Стамбуле
  • Фрагмент купола Монастыря Хора в Стамбуле

Если говорить об истории монастыря, то он был построен почти 1500 лет назад и является одним из старейших исторических памятников Стамбула. Как и Святая София, он стал мечетью после падения Константинополя в 1453 году: византийские фрески были замазаны штукатуркой, а в храмах начали проходить мусульманские богослужения. Однако по окончанию Второй мировой войны в 1945 году мечеть преобразовали в музей Карие, что нынешнее правительство Турции считает незаконным шагом.

Прецедент с Софией

Монастырь Хора стал уже вторым за это лето важным для христиан объектом, который турецкие власти решили преобразовать в мечеть. Первым стал собор Святой Софии, изменение статуса которого вызвало немало недовольства по всему миру. Главным критиком действий президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана стала Греция, что не удивительно из-за трепетного отношения руководства страны к православным объектам по всему миру. Константинополь, в целом, — больная тема для греков, в республике до сих пор используют именно это название города вместо Стамбула.

Греция попыталась надавить на Турцию при поддержке христианских организаций и ряда других государства, однако в Анкаре призвали не вмешиваться во внутренние дела страны. При этом Эрдоган по Святой Софии сделал важное обещание — доступ для туристов в собор сохранится, проход станет бесплатным, а все христианские фрески и мозаики будут скрываться лишь на время богослужений.

То есть турецкий лидер пообещал, что для людей и тех же христиан ничего не изменится, они так же смогут посещать Святую Софию, как и раньше, когда она официально пребывала в статусе музея. Однако на деле происходит несколько иначе, и обещания Эрдогана отчасти не выполняются.

Как заявил зампредседателя отдела внешних церковных связей (ОВЦС) Московского патриархата протоиерей Николай Балашов, свободного доступа к христианским шедеврам на практике нет.

«Бесценные мозаики остаются закрытыми для обзора в течение всего дня. Женщины имеют ограниченный доступ в помещение храма, обращенного в мечеть, и из доступных им мест увидеть главные культурные достопримечательности древнего собора просто невозможно. Хоры с ценнейшими мозаичными изображениями закрыты для прохода», — написал Балашов в Facebook.

По-видимому, турецкое руководство готово и далее последовательно игнорировать чуждую его пониманию мировую ценность наследия покоренной Византии, демонстрировать человечеству презрительное равнодушие к христианским культурным ценностям, подчеркнул представитель РПЦ, это негативно скажется на межрелигиозных и межнациональных отношениях.

Преобразование Монастыря Хора в мечеть вслед за Святой Софией отчасти подтверждает опасения Балашова, так как статус церкви меняется без всяких вопросов. При этом Эрдоган продолжает утверждать, что Турция защищает объекты культурного наследия христианства. В пример турецкий лидер приводит монастырь Панагия Сумела в провинции Трабазон. Однако этот аргумент блекнет на фоне текущего положения дел вокруг Святой Софии, что, скорее всего, ожидает и Церковь Христа Спасителя в Полях.

Властные причины

Почему турецкие власти активизировались в этом направлении, неизвестно. Безусловно, вопрос статуса того или иного объекта на их территории — это внутренние дело республики, но зачем этот вопрос поднимается именно сейчас, дискутируется в экспертном сообществе.

Если рассматривать текущую ситуацию, то вариантов может быть несколько. Во-первых,

популярной является теория о намеренном курсе Анкары на ухудшение отношений с Западом.

Ситуация с христианскими церквями так или иначе бьет по Европе, в особенности по Греции. Учитывая, что Анкара и Афины в настоящее время активно противостоят друг другу из-за спорных разработок турецкой стороны на континентальном шельфе в Средиземном море — преобразование важных для греков объектов в мечеть может быть дополнительным уколом в сторону Греции.

Как писали СМИ, дело может быть в некой мести за задержку переговоров об интеграции Анкары в Евросоюз, но в последнее время турки сами не слишком активно продвигают эту тему.

Второй момент касается непосредственно Эрдогана и его приверженности так называемому неоосманизму.

Желание президента Турции оказывать влияние на государства, ранее входившие в Османскую империю, прослеживается во внешней политике страны.

В частности, это видно через серьезное вмешательство турецкой стороны в ливийский конфликт и продолжение оккупации греческого Кипра.

В данном случае курс на преобразование христианских храмов-музеев в мечети вполне оправдан, так как в этом статусе они находились в Османской империи. То есть изменения можно рассматривать как возвращение к истокам не только в территориальном плане, но и в духовном.

Последняя теория отчасти связана с предыдущей, она нередко всплывает в турецких СМИ и звучит следующим образом:

преобразование православных христианских объектов помогает президенту и его партии поднимать свой рейтинг.

Тут работает фактор сплочения населения через национальные настроения, учитывая, что имперские амбиции достаточно популярны среди турок. Да и сам Стамбул люди воспринимают в качестве символа превосходства Османской империи над Европой.

Рейтинги у Партии справедливости и развития (ПСР) Эрдогана действительно не лучшие. По июльскому исследованию MAK Consulting, ПСР набирает 30% рейтинга, что на 12% меньше их показателя на парламентских выборах 2018 года. При этом деятельность президента в стране поддерживают только 38% респондентов, что также не добавляет оптимизма.

Однако все это лишь возможные причины, официально власти Турции называют первоначальное преобразование Святой Софии и Монастыря Хора в музеи незаконным. То есть, вернув им статус мечетей, они лишь «исправляют несправедливость».

Скандал с мечетью Святой Софии: Турция вспомнила об имперском величии

Что Эрдоган хотел сказать миру

10 июля государственный совет Турции обнародовал официальное решение, касающееся смены статуса собора Святой Софии: решение совета министров страны от 1934 года, превращающее мечеть Святой Софии в музей, было турецкими судьями единогласно аннулировано. Буквально вслед за этим был опубликован указ президента Эрдогана о передаче Святой Софии в распоряжение управления по делам религии. И, наконец, в 20 часов 53 минуты по всем ТВ-каналам Турции было показано телевизионное обращение Реджепа Тайипа Эрдогана к гражданам страны, сопровождающееся «стихийным» намазом радующихся турецких граждан на площади перед теперь уже бывшим музеем, одномоментно ставшим мечетью Святой Софии.

Время выступления президентом Эрдоганом было выбрано не случайно. Оно многое говорит о мировосприятии и о мотивах турецкого лидера: есть определенная нумерологическая связь 20.53 с 1453 годом — годом захвата Константинополя турками-османами. В Турции взятие Константинополя, как точка конца Византийской империи и как точка отсчета османской имперской государственности, ежегодно 29 мая пышно отмечается с исторической реконструкцией штурма и световым шоу на сохранившихся крепостных стенах города.

Невзирая на то что не сразу после взятия Константинополя, а лишь в 1511 году Святая София была превращена в мечеть, этот православный собор имеет для турок чуть ли не сакральное значение «ключей» не просто от города, даже такого как Константинополь, а от целой империи.

Читать еще:  Существа из цветочного мира. Jacques Guignard

Нашим читателям, привыкшим думать в категориях родственной связи между Византией и Россией, может показаться по меньшей мере странным, но в Турции именно Османская империя воспринимается в качестве не только территориальной, но и цивилизационной правопреемницы Византийской империи. Даже невзирая на различие в вероисповеданиях.

Так что телевизионное обращение Эрдогана было далеко не только про то, что первый намаз будет совершен в мечети Святой Софии 24 июля и доступ в нее будет неограниченным и бесплатным для всех желающих, включая туристов. И даже не про то, что облик Святой Софии не претерпит кардинальных изменений, поскольку собор является объектом мирового культурного наследия, включенным в список UNESCO, а Турция исправно выполняет свои международные обязательства.

Выступление президента Реджепа Тайипа Эрдогана было про свершившуюся многолетнюю мечту мусульман Турции вновь помолиться в месте, являющемся символом начала Османской империи. Это выступление было про многочисленные победы прошлого турок-осман и про нынешнюю победу их потомков, которые наконец исправили допущенную в 1934 году историческую несправедливость и вернулись в сакральное для себя место. Причем вернулись, невзирая на то, что христианский мир выступил против превращения Святой Софии в мечеть либо категорически, как Греция и Кипр, либо, как в случае США, Германии, Франции и России, выразил свою озабоченность принятым руководством страны решением.

Нынешняя смена статуса Святой Софии в выступлении турецкого президента выглядела едва ли не как второе взятие Константинополя и, если такое сравнение уместно, была про «возвращение Святой Софии в родную гавань» спустя несколько десятилетий «свободного плавания» в качестве музея. Ни много ни мало в этом слышалось напоминание про имперское величие Турции.

Конечно же, возвращение Святой Софии статуса мечети — это не про то, что в Стамбуле мусульманам не хватает мечетей для отправления религиозных обрядов. В конце концов, напротив Святой Софии, на площади Султанахмет, есть не менее знаменитая Голубая мечеть. Да и мало ли вообще в Стамбуле мечетей?

Тут дело в другом: президент Реджеп Тайип Эрдоган не только имеет свой взгляд на будущее Турецкой Республики, но и буквально на глазах, своими руками пишет ее историю и вписывает в нее свое имя. А Святая София — это знаковая часть большого плана Эрдогана, который реализуется с 2002 года, когда к власти в Турции пришла его Партия справедливости и развития.

Если изложить предельно компактно этот план, настойчиво реализуемый турецким лидером вот уже почти два десятилетия, то получится следующее.

Прежде всего речь идет о возвращении туркам в полной мере исторической памяти — прочерчивании истории страны не от 1923 года, когда была провозглашена новая Турецкая Республика, а на всю глубину исторического процесса — начиная с первых проникновений турок на территорию Анатолии. Одной из вех, в частности, стала битва при Манцикерте в 1071 году, так же как и взятие Константинополя — ежегодно отмечаемое в Турции событие.

«Административные» границы Турецкой Республики, конечно же, не те, что были у Османской империи. Однако влияние в современном мире реализуется совсем не то что раньше — формальное присоединение стало делом вовсе не обязательным. В конце концов в условиях глобального мира достаточным оказывается осуществлять проекцию политического и экономического влияния на регионы своих интересов. А интересы современной Турции — куда как шире, чем границы Османской империи даже на пике своего могущества.

К традиционному для турок ареалу обитания (Балканы, Северная Африка, Черноморский регион, Кавказ, Ближний Восток), к примеру, следует добавить и Западную Европу, где в силу целого ряда причин в последние десятилетия обильно расселились турки, составляя диаспору численностью в несколько миллионов человек.

Если посмотреть на так называемую карту тюркского мира в турецких школьных учебниках истории (перепечатана в книге автора «Россия — Турция: 500 лет беспокойного соседства»), то тюркский мир, согласно турецкому министерству образования, раскинулся с запада на восток практически по всей территории Евразии.

В 2011 году Эрдоган и Партия справедливости и развития представили турецким гражданам план, согласно которому к 100-летнему юбилею провозглашения Турецкой Республики в 2023 году страна войдет в десятку мировых экономик по объему ВВП. Уже сегодня стало понятно, что плану этому в срок не суждено реализоваться. Да и страна находится не в самом простом экономическом положении по причинам внешнего и внутреннего свойства.

Однако сложно спорить с тем, что потенциал Турецкой Республики — научно-технологический, производственный, кадровый — за последние годы заметно вырос.

Иллюстраций тому множество, и одной из ярчайших является развитие «milli ve yerli», как говорят в Турции, то есть «национального и местного» оборонно-промышленного комплекса.

К примеру, можно указать на турецкие беспилотные летательные аппараты, которые уже вовсю летают под сирийским и ливийским небом. И, мало того, Турция является непосредственной участницей гражданских войн в Сирии и в Ливии. Турция обрела психологическую уверенность в собственных силах, действуя за рубежом в одиночку, не будучи поддержанной Западом / НАТО.

Заметим, что весь прошлый век, с провозглашения Турецкой Республики, страна, проводя свой внешнеполитический курс, пыталась опираться в первую очередь именно на дипломатию, по-восточному умело лавируя между ведущими мировыми игроками. Сегодня это уже не так — турецкое руководство добавило в свой арсенал помимо инструментов мягкой силы еще и силу жесткую и стало охотно к ней прибегать в Сирии, Ливии и, говоря шире, в Средиземноморском и Эгейском регионах.

В определенном смысле можно говорить о том, что при нынешнем турецком руководстве Турцией был преодолен важный психологический рубеж.

И последний шаг руководства Турции по смене статуса Святой Софии, когда принято решение наперекор многим, не последним странам мира и мнениям влиятельных политиков и общественных деятелей, является тому наглядным подтверждением. В немалой степени этот шаг является вызовом, призванным сплотить население Турции вокруг своего лидера, вернувшего им важный «артефакт».

Подчеркнем, что чисто юридически Турция действует в своем полном праве суверенного государства и может использовать любой памятник в стране по своему усмотрению — и никто ей в этом смысле не указ.

Однако случай Святой Софии — все же далеко не рядовой, чтобы наблюдатели оценивали его отстраненно только с формальной, юридической точки зрения и не вспоминали про другие аспекты. Слишком велико значение Святой Софии не только для турок-мусульман, для которых она была мечетью с 1511 по 1934 год, но и для христианского мира, помнящего о почти что тысяче лет, когда Святая София была православным собором.

Сегодня кому уже мечеть, кому все еще музей, а кому изначально и навсегда собор Святой Софии, вместо того чтобы оставаться «нейтральной территорией», несущей в себе следы двух мировых религий, на глазах превращается в яблоко раздора. Российское руководство выражается на счет турецкого решения предельно взвешенно, что понятно как с формальной, юридической точки зрения, так и с учетом взаимных интересов двух наших стран и совместных экономических проектов и политических инициатив — читай, нежелания накалять ситуацию. Однако тут прямо как в старом анекдоте про пропавшие и найденные серебряные ложки: от турецкого решения «осадок остался» и число российско-турецких расхождений во взглядах пополнилось еще одним, причем цивилизационного масштаба.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector