Немецкая художница. Sabine Rudolph

Немецкая художница. Sabine Rudolph

Немецкая живопись в эпоху ренессанса
VI — Последние могикане

3 — Художники при дворе Рудольфа II

Эта характеристика отчасти объясняет, почему при дворе Рудольфа мы не встречаем ни одного из действительно великих мастеров. Правда, как раз эти же дни последнего десятилетия XVI века и начала XVII отмечены выступлением новых гениев: Караваджо, Эльсгеймера, Аннибале Караччи, Рубенса, Снейдерса, Иорданса, Гальса, Калло и т. д., и т. д. Но это были уже слишком «новые» для стареющего Рудольфа люди, и нельзя удивляться тому, что он их не заметил и не позвал к себе. Император проявил свой действительно достаточно тонкий вкус уже в том, что он с таким рвением собирал произведения старого искусства (вспомним его культ Дюрера), а также и в том, что из художников, более близких к нему по возрасту, он призвал к своему двору мастеров чрезвычайно умелых и изысканных.

Мы уже познакомились с иностранцами, приглашенными Рудольфом. В выборе немецких художников он проявил не меньшую художественную культуру и такт. При его дворе мы встречаем двух лучших мастеров Германии позднего возрождения: Гейнца 59 и Ахена 60 , и, кроме того, ряд менее знаменитых художников: Матиаса Гунделаха, Ганса Гофмана, Иеремиаса Гюнтера, и чехов Симона Гуцкого и Даниила Алексиуса, не считая плеяды миниатюристов, специальностью которых было изготовление роскошно разукрашенных богослужебных книг.

Из двух названных вождей немецкого «серебряного века», как иногда называют эпоху Рудольфа II, Гейнц, превосходный техник и колорист, сумел многое высмотреть у венецианцев. Особенно хороша его нагая «Венера» в Венской галерее — едва ли не лучший «nu» старой немецкой школы, в одно и то же время внимательный этюд с натуры и прекрасная декоративная картина. Менее приятны его сложные композиции, в которых проглядывает чисто германская склонность к запутанности и отсутствует то пламенение гения, за которое мы готовы простить Тинторетто все его грехи. — Ахен, наиболее опасный конкурент Спрангерса, занявший при особе Рудольфа II место его главного арбитра в вопросах художественных приобретений (место, прежде занятое антикваром и живописцем Якопо Страда), — художник менее темпераментный, нежели Гейнц, но и ему нельзя отказать в больших достоинствах. Его техника отличается необычайной выдержкой, а колорит прельщает в некоторых картинах своей серебристостью. В смысле композиции он держится тех же закругленных, выработанных на изучении Пармеджанино, приемов, которые нам уже знакомы из произведений Спрангерса, Гольциуса и Втеваля 61 .

3 — Художники при дворе Рудольфа II

59 Josef Heinz родился в Берне в 1565 г.; с 1591 г. он состоял при дворе Рудольфа II, который и отправил художника в 1594 г. в Италию; умер мастер в 1609 г. в Праге. Из многочисленных произведении Гейнца заслуживают особого внимания: «Распятие», «Диана и Актеон», «Венера и Адонис» 1609 г., «Венера» — все четыре в Венском музее, и «Похищение Прозерпины» в Дрездене. С Гейнца гравировали Килиан и Заделер.

60 Hans von Aachen, или Aken, родился в Кельне в 1552 г. (семья происходит из Аахена); ученик некоего Беринга; завершил свое образование в Италии на изучении Тинторетто, Пармеджанино и Микель Анджело; в 1588 г. вернулся в Кельн, в 1590 г. переселился в Мюнхен, но уже в 1592 г. мы застаем его «камермалером» Рудольфа II в Праге; император постоянно следил за работой своего любимца и дважды посылал его в Италию для покупки художественных произведений; умер Ахен в январе 1615 г. Он был женат на прекрасной дочери композитора Орландо ди Лассо. Характерные картины мастера хранятся в пражском Рудольфинуме, в Шлейсгейме, в Кельнском и Венском музеях.

61 Выключив совершенно Адама Эльсгеймера, о котором мы будем говорит в связи с другими представителями «исторического пейзажа», мы можем оставить без обсуждения творчество прочих представителей немецких школ конца возрождения. Ограничимся здесь одним перечислением наиболее выдающихся среди них. В северной Германии заслуживает внимания семья мюнстерских художников Том-Ринг и среди них Лудгер II-ой автор замечательной «Кухни» в Берлинском музее, очень близкой к произведениям Гемессена и Беклара. В южной Германии мы встречаем базельского мастера Ганса Бока (мастер в 1572 г.) — автора «Самсона» в Базельском музее и «Клеветы» 1611 г. в ратуше; архитектурного живописца Венделя Дитерлейна из Страсбурга автора серии гравюр 1593 г., в которых барокко доходит до крайней вычуры; разностороннего цюрихского художника, живописца и гравера, ученика Тобиаса Штиммера — Кристофа Маурера, или Мурера, (1558-1618 гг.); превосходного нюрнбергского портретиста Лоренца Штрауха (1554-1630 гг.) и мюнхенского живописца Матиаса Кагера (1566-1634 гг.), расписывавшего, между прочим, по эскизам Кандидо роскошный «Золотой зал» в аугсбургской ратуше. Кроме того, заслуживают внимания два франкфуртских художника: учитель Эльсгеймера Филипп Уффенбах из Франкфурта (1566-1639 гг.) и натюрмортист Г. Флегель (1563-1638 гг.), а также скульптор и ювелир Антон Эйзенхойт (род. 1544 г., умер после 1588 г.), нарисовавший ряд превосходных портретов. К сожалению, очень многое в немецкой живописи среднего и позднего ренессанса остается совершенно невыясненным. Так, например, мы не знаем имени автора красивой и затейливой картины Венского музея «История Эсфири», почти целиком состоящей из роскошных памятников архитектуры, выдержанной в глубоких, горячих красках, напоминающих феррарскую школу.

7 главных работ Герхарда Рихтера с выставки в Еврейском музее

«Впервые работы Рихтера я увидел, когда был сокуратором галереи Тейт. Это был 1995 год, и к тому времени Рихтер уже получил свое признание — стал одним из главных художников мира. Я тогда подумал, до чего это выдающийся мастер — не из тех, кто продолжает традицию, но в корне меняет ее. С одной стороны, это удивительно сильный живописец, с другой — ему так много есть что сказать о нашем отношении с окружающим миром, реальности, эмоциях и даже музыке.

Читать еще:  Польский художник. Romuald Mulk Musiolik

Меня очень интересовали две темы его работы: с одной стороны, развитие абстракции, с другой — фотографические картины Рихтера, которые всем известны. Герхард говорил, что реальность невозможно познать, но в нашей голове есть образ реальности, и это философское понятие в некотором смысле стало его путеводной звездой — он работал над этой темой всю жизнь. Мы живем в мире, где доминирует медиа: только подумайте, какими мы помним исторические события, например, 9/11. Многие из нас не видели этого, но помнят картинки из медиа — и наша связь с реальностью становится все более сложной и опосредованной».

Биркенау, 2014. Холст, масло

«Эти картины связаны с самым страшным эпизодом истории XX века. Рихтер смотрел на фотографии лагеря 1944 года — где люди бегут через леса, где происходят ужасные вещи, где мир как будто бы перевернулся. Он задал себе один вопрос: можно ли нарисовать картину по мотивам этих событий? Он взял эти фотографии и создал черно-белые фигуративные рисунки. Но потом понял, что они совершенно не передают смысла того кошмара, который случился. И нарисовал сверху абстрактную композицию. А потом сделал это снова и снова. И форма, которую теперь приняла картина, — это память о Биркенау. Я задал ему вопрос: почему ты сначала попытался нарисовать реалистическую картину? Он мне ответил: чтобы доказать самому себе, что это невозможно. Ни одна картина не может показать реальность Биркенау. Тогда я его спросил, что же означает тот результат, который получился? И он сказал: это беззвучная эмоция. Ни одна картина, ни одна фотография не покажет, что случилось. Это самое близкое из того, что можно сделать, чтобы помнить об этом».

Биркенау, 2015. 93 фрагмента книги «Биркенау». Бумага, цифровая печать

«Он разобрал свою картину на 93 фрагмента, перетасовал их и разложил в новом порядке. Новая композиция показывает то, как работает наша память с прошлым, — она делит его на фрагменты и раскладывает по-новому».

Биркенау, 2014. Фотография. 4 работы

«Не знаю, получится ли у вас понять сразу, но это на самом деле фотографии. Вам кажется, что вы смотрите на настоящие картины, но вы смотрите на самом деле на репродукцию. Зачем было делать это? Рихтер говорит, что есть историческое событие, и на него наслаивается наше восприятие, наша память — уровень за уровнем. В своих работах он двигался от фотографии и репрезентации к абстракции, шаг за шагом. А когда вы смотрите на картины Рихтера, которые он разобрал на части или сфотографировал, и размышляете о них, то заново переосмысливаете его работы — точно так же, как мы сегодня заново осмысливаем события, которые лежат в их основе».

Посещение музея, 2011. Цветная фотография, лак

«У Рихтера есть две любимые темы: картины, основанные на фотографиях, и абстрактные работы. Для большинства художников эти направления противоречат друг другу, ты как будто бы не можешь быть всем: либо ты фигуративный художник, либо абстрактный. А Рихтер знаменит тем, что ему удается совместить все и сразу. Он занимается образом — тем, что напоминает реальность, но ей не соответствует. А вот в этой работе он использует свои собственные фотографии, а надо сказать, что он постоянно фотографирует. Если вы присмотритесь повнимательнее, то увидите, как в этих работах под абстрактными пятнами краски скрывается фотография. Обычно фотографии и живопись художники используют отдельно, но здесь происходит что-то новое: они становятся чем-то единым и целым. А лично у меня от этих работ возникают собственные ассоциации: я вспоминаю тот момент, когда чистое ощущение цвета и формы вдруг приобретает значение — как будто мы смотрели на расплывчатые тона и не могли понять, что это. А потом вдруг что-то щелкает в голове, и образ принимает форму. И вы понимаете, что это, например, человек — или стул. В целом вся выставка — об этом моменте».

Аггада, 2006. Холст, масло

«Это, как мне кажется, самая прекрасная картина на выставке. Еще один реверанс месту, где все происходит, Еврейскому музею. Аггада — текст, который рассказывает историю еврейского народа, а именно про тот момент, когда евреи покинули Египет. Это случилось так давно, что мы даже не можем представить, как это было в действительности, но теперь у нас есть картина, которая рассказывает об этом. Я помню, как Рихтер однажды сказал мне удивительную вещь. Он атеист, но много думает о вещах, которые невозможно познать, — а что это такое на самом деле, как не вера. И вот он говорит мне, что нужно потерять Бога, чтобы обрести веру. А чтобы писать картины, нужно потерять для себя искусство».

Аладдин, 2010. Стекло, акрил

«Все свои знаменитые работы он пишет малярной кистью или валиком, создавая плотную живопись, уровень за уровнем: слои краски как следует проникают друг в друга. А недавно он поступил совершенно наоборот — предоставил краске полную свободу. Вместо масла он выбрал акрил, то есть ту краску, которую непросто удержать на месте, — и позволил ей жить своей жизнью на стекле. А потом зафиксировал результат — покрыл его сверху другим стеклом и тем самым остановил движение краски, как будто бы его заморозил. Он остановил момент и тем самым как будто бы создал фотографию: попытался действовать как камера — как машина, которая не делает суждений, не решает, что рисовать, а просто обладает удивительной способностью останавливать время, когда вы нажимаете на кнопку».

Читать еще:  Нидерландский художник-акварелист. Jan Min

Эльба, 2012. Бумага, художественная печать

«Это самая ранняя работа из тех, что представлены здесь, — 1957 года. Рихтеру тогда было 15 лет. Он учился в художественной школе в Дрездене, чтобы получить традиционное образование в области живописи. И вот однажды он создал серию этих картин, часть из которых достаточно фигуративна, — видите маленькие человеческие фигурки, луну, ландшафт? Но чем дальше он над ними работает, тем более абстрактными они становятся. Мне кажется удивительным, что в самом начале своей карьеры он уже пытался понять то, чем занимался всю дальнейшую жизнь. Как будто бы он родился с этим размышлением о границе фигуративной живописи и абстракции.

XX век выдался в этом смысле очень скучным: художники либо копировали окружающий мир, либо создавали ему альтернативу, абстракцию. А он вобрал в себя все. А та работа, на которую вы смотрите сейчас, — одновременно и самая ранняя, и самая поздняя. Вы не смотрите на реальные рисунки, но на недавно оцифрованные работы. Это маленькая хитрость, с помощью которой, как я думаю, Рихтер хотел сказать, что вы никогда не смотрите на реальность».

У нас секса не было, а у нацистов был: эротические фото Третьего рейха

Как Советский Союз, так и нацистская Германия в 30-х годах ХХ столетия вели серьезную борьбу за нравственность своих граждан. Относительной вседозволенности немцев пришел конец в 1933 году, когда была объявлена борьба за моральный облик нации. Официально были запрещены проституция и порнография, но, при этом, «гайки» так туго как в СССР не закручивали. Культы здорового тела и материнства требовали наглядных примеров и обнаженное тело стало очередным орудием пропаганды нацизма. (Осторожно! Обнаженная натура).

Эротика Третьего рейха тяготела к античности, предлагая публике спортивные обнаженные тела в природной среде или в момент выполнения физических упражнений. Нужно отметить, что немецкие мастера эротического фото тех лет достигли высокого уровня мастерства и создавали отличные работы.

Кроме этого, поощрялся нудизм и существовали целые издательства, такие как Verlag Geist und Schönheit, специализирующиеся на выпуске печатной продукции, посвященной отдыху и спорту без одежды.

Разумеется, каноны красоты в те времена существенно отличались от современных, но, нужно отдать должное фотомоделям, все они были в отличной форме и не демонстрировали никакого «бодипозитива». Также нужно сказать и то, что эротические фото хоть и были орудием воздействия на массы, но не пропагандировали ничего ужасного и бесчеловечного — просто красивые тела, природа, спорт и здоровье.

Чаще всего съемки проводились на природе. Особенно любили фотографы берега водоемов

2.

3.

4. 5.

Горячо любимы мастерами фотосъемки были лучницы — все-таки немцев готовили к войне со всем миром.

6. 7. 8.

Самыми востребованными моделями были профессиональные танцовщицы и гимнастки

Если думаете, что мода на фотосессии в купальниках и без на горнолыжных курортах появилась недавно, то вы ошибаетесь.

12.

С модой на пляжные фото, как мы видим, тоже ничего кардинально нового не произошло

20.

В целом, можно отметить, что все немецкие эротические фото 30-х годов не несут в себе открытого призыва к сексу. Они хоть и очень откровенно демонстрируют обнаженное тело, но не являются ни вульгарными, ни двусмысленными.

Понравилось? Хотите быть в курсе обновлений? Подписывайтесь на наш Twitter, страницу в Facebook или канал в Telegram.

5 фактов о работах Ли Бул

В питерском Манеже открылась выставка «Утопия Спасенная» суперзвезды корейского искусства — художницы Ли Бул. Рассказываем главное, что нужно знать о художнице.

Критики называют работы Ли Бул, главной современной художницы Южной Кореи, гротескными и роскошными. Дочь диссидентов, преследуемых режимом диктатора Пак Чон Хи (известен также как автор «корейского экономического чуда»), Ли с детства привыкла к обыскам в доме и вообще узнала, как выглядит угнетение и что значит быть свободной. Она и сама, возвращаясь из школы, где ее насильно переучивали в правшу, садилась рисовать — левой рукой, не как все. В итоге хрупкость человека и исторические потрясения стали главной темой ее работ — причудливых инсталляций из стекла, тканей и металла. Впрочем, в выборе материала она свободна до крайностей: выставку в нью-йоркском МoМА закрыли раньше времени из-за запаха тухлой рыбы — важной части инсталляции. В ход идут и человеческие волосы, и слепки греческих статуй, и собственное тело — для своих знаменитых перформансов Ли переодевается в монструозные костюмы. Ли Бул — первая и пока единственная из корейских художников достигла большого международного признания, ее роль в развитии перформанса сравнима с ролью Марины Абрамович. Кроме того, Ли была одной из основателей корейской андеграундной арт-группы Museum, влиятельной до сих пор. О красоте, уязвимости и вдохновении The Blueprint рассказала сама художница и куратор ее выставки Сунджун Ким.

Читать еще:  Портреты акрилом. Tina Welz

В 20 лет она хотела изменить мир радикальными перформансами

В важнейшем перформансе «Аборт», обнаженная и подвешенная вниз головой к потолку, она облизывала леденцы и с болью рассуждала об абортах (в тот момент запрещенных в Корее). А те самые монструозные костюмы, напоминающие вывернутого наизнанку человека, — отражали беспокойство, ее и окружающих, вызванное политическими репрессиями в стране. «Сейчас я понимаю, — говорит Ли Бул, — что легко мир не изменится. А когда мне было 20, я думала, что это возможно. Еще теперь я знаю, что мое искусство не дает конкретный ответ на фундаментальные вопросы, которые у меня есть к миру. Если бы я знала все это в 20 лет, была бы я менее фрустрирована тем, что мир нельзя изменить? Не знаю».

ЕЕ РАБОТЫ 1990-Х ИССЛЕДУЮТ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ ТЕЛО: ЕГО КРАСОТУ, ЖИЗНЬ И СМЕРТЬ

Ли Бул полагает, что красота — в неожиданном, недосказанном, неизвестном и не определенном до конца. Ли Бул находит красоту в руинах и разрушении, несовершенстве и уязвимости. Красота в ее произведениях иногда воплощается в трагедии и травме: свежая рыба умирает внутри скульптур, киборгам из ее знаменитой серии, обезличенным и вместе с тем как будто бы женским фигурам, не хватает рук и ног.

В НУЛЕВЫЕ ОНА ОБРАЩАЕТСЯ К АРХИТЕКТУРЕ И УТОПИИ

Willing to be Vulnerable («Желание быть уязвимым») — это название недавней серии инсталляций, которые состоят из связанных друг с другом различных предметов: воздушных шаров, тентов и баннеров; все вместе напоминают о заброшенном цирке. Серия воссоздает модернистское представление о воображаемом будущем, а легкие и воздушные материалы придают этому будущему ощущение неуловимости. Один из элементов этой инсталляции, воздушный шар из металла (Metalized Balloon), напоминает печально известный дирижабль «Гинденбург» (взорвался при посадке в 1937 году. — The Blueprint). Ли Бул долго изучает историю модернизма и его утопий, но в отличие от большинства художников она этим не очарована — ее захватывает, скорее, связь утопичных идей с ее личной памятью и опытом.

В РАБОТАХ ЛИ БУЛ ЕСТЬ ОТСЫЛКИ К СОВЕТСКОМУ АВАНГАРДУ

Ли Бул говорит, что больше всего сейчас ее волнует образование цивилизаций, идеи прекрасного будущего, которые общество без конца пытается претворить в жизнь — и проваливается в своих начинаниях. «Мои работы так или иначе — исследование идей и идеологий, которые лежали в их основе. А утопическая модернистская архитектура начала XX века — важный мотив моей работы. Я прозвучу как старомодный гуманист, но больше всего меня вдохновляет человечество в целом — идеалы, истории, цивилизации, связь будущего и прошлого. Не верю, что можно говорить о будущем, прошлом и настоящем независимо друг от друга. Мы всегда рассматриваем прошлое из настоящего. А настоящее было будущим всего секунду назад».

БОЛЬШЕ ВСЕГО ОНА ИЗВЕСТНА СВОИМИ ОГРОМНЫМИ ИНСТАЛЛЯЦИЯМИ

У нас секса не было, а у нацистов был: эротические фото Третьего рейха

Как Советский Союз, так и нацистская Германия в 30-х годах ХХ столетия вели серьезную борьбу за нравственность своих граждан. Относительной вседозволенности немцев пришел конец в 1933 году, когда была объявлена борьба за моральный облик нации. Официально были запрещены проституция и порнография, но, при этом, «гайки» так туго как в СССР не закручивали. Культы здорового тела и материнства требовали наглядных примеров и обнаженное тело стало очередным орудием пропаганды нацизма. (Осторожно! Обнаженная натура).

Эротика Третьего рейха тяготела к античности, предлагая публике спортивные обнаженные тела в природной среде или в момент выполнения физических упражнений. Нужно отметить, что немецкие мастера эротического фото тех лет достигли высокого уровня мастерства и создавали отличные работы.

Кроме этого, поощрялся нудизм и существовали целые издательства, такие как Verlag Geist und Schönheit, специализирующиеся на выпуске печатной продукции, посвященной отдыху и спорту без одежды.

Разумеется, каноны красоты в те времена существенно отличались от современных, но, нужно отдать должное фотомоделям, все они были в отличной форме и не демонстрировали никакого «бодипозитива». Также нужно сказать и то, что эротические фото хоть и были орудием воздействия на массы, но не пропагандировали ничего ужасного и бесчеловечного — просто красивые тела, природа, спорт и здоровье.

Чаще всего съемки проводились на природе. Особенно любили фотографы берега водоемов

2.

3.

4. 5.

Горячо любимы мастерами фотосъемки были лучницы — все-таки немцев готовили к войне со всем миром.

6. 7. 8.

Самыми востребованными моделями были профессиональные танцовщицы и гимнастки

Если думаете, что мода на фотосессии в купальниках и без на горнолыжных курортах появилась недавно, то вы ошибаетесь.

12.

С модой на пляжные фото, как мы видим, тоже ничего кардинально нового не произошло

20.

В целом, можно отметить, что все немецкие эротические фото 30-х годов не несут в себе открытого призыва к сексу. Они хоть и очень откровенно демонстрируют обнаженное тело, но не являются ни вульгарными, ни двусмысленными.

Понравилось? Хотите быть в курсе обновлений? Подписывайтесь на наш Twitter, страницу в Facebook или канал в Telegram.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector