Неоднозначные образы. Francesca G Mcleod

Неоднозначные образы. Francesca G Mcleod

Преступление вечной любви

Во втором круге Ада бесконечный ветер до сих пор носит жертв высоких чувств — Елену Прекрасную и Париса, Клеопатру, Ахилла, а также современников Данте — Франческу с Паоло, убитых ревнивцем. Трагическая история этой пары дошла до наших дней благодаря успеху «Божественной комедии»


Иллюстрация: Владимир Капустин

Донна Франческа, дочь мессера Гвидо да Поленты, самого влиятельного человека в Равенне, то и дело выглядывала в окно, ожидая сватов. Отец девушки возлагал большие надежды на ее брак с сыном могущественного сеньора из Римини, рассчитывая при поддержке новых родственников стать единоличным властителем Равенны. А Франческа гадала про себя, каков жених в обхождении, каковы его манеры и привычки — к примеру, разделяет ли он ее страсть к чтению французских романов о рыцарях и прекрасных дамах. И вот распахнулись ворота, загрохотали копыта по камням мощеного двора. Возглавлял кавалькаду изящный юноша, чья одежда выдавала не только высокое положение, но и умение выбирать портных.

— Вот он, молодой мессер Малатеста, которому суждено стать вашим мужем! — указала на красавца компаньонка донны Франчески, девица бойкая и памятливая, казалось, знавшая в лицо всех аристократов Романьи. Сердце невесты часто забилось: воля могущественных родителей редко совпадала с мечтами дочери на выданье, но Франческе предстояло связать жизнь с человеком, словно сошедшим со страниц любимых романов. Откуда девушке было знать, как жестоко она ошибалась…

Встреча с современницей: прелюбодеяние и двойное убийство

Франческа Малатеста, урожденная да Полента и известная в искусстве как да Римини, — первая грешница, с которой Данте Алигьери разговорился в Аду. Автор поэмы «Божественная комедия», отправив самого себя на «экскурсию» по загробному миру, в ходе нее «перемыл кости» многим известным личностям. Прекрасная итальянка вместе с человеком, ставшим единственной любовью ее жизни, после смерти попала на второй круг преисподней. В нем тех, «кто предал разум власти вожделений», — прелюбодеев и эротоманов — бесконечно носит по кругу ветер. Здесь Елена и Парис, из-за которых началась Троянская война, египетская царица Клеопатра и другие «селебрити» древности, но внимание поэта привлекла современница.


«Паоло и Франческа да Римини». Данте Габриэль Россетти, 1867 год

Флорентиец Данте вряд ли встречал Франческу, однако трагическую гибель высокородной дамы обсуждали во всех знатных семействах Италии. К тому же поэт ко времени создания «Ада» лично знал ее брата Бернардино, с которым в 1289 году сражался бок о бок в битве при Кампальдино.

Беседа Данте с Франческой в «Божественной комедии» содержит минимум сведений о женщине и обстоятельствах ее смерти, не названо даже имя ее спутника: в 1308–1315 годах, когда создавалась первая часть поэмы, потенциальным читателям все еще было очевидно, о ком и о чем речь.

Суть этой истории донесли до наших дней хронисты, а подробности — средневековые комментаторы поэмы Данте: в середине 1280-х годов Джованни Малатеста, сын властителя Римини, убил из ревности красавицу-жену и младшего брата Паоло. «Он застал их за прелюбодеянием, взял меч и проткнул их разом так, что они умерли обнявшись», — писал в 1320-х годах комментатор «Божественной комедии» Якопо делла Лана.

Данте лишь расспрашивает женщину о том, как возникло между ней и ее спутником чувство, приведшее их к прелюбодеянию и к гибели. Поэт слышит трогательный рассказ, как Паоло и Франческа читали наедине французский роман о любви легендарного рыцаря Ланселота к супруге его короля и книга помогла им понять собственные взаимные чувства:

Чуть мы прочли о том, как он лобзаньем
Прильнул к улыбке дорогого рта,
Тот, с кем навек я скована терзаньем,
Поцеловал, дрожа, мои уста*.


«Поцелуй». Огюст Роден, 1888–1898 годы

И вот теперь Франческа с Паоло, убитые без покаяния, осуждены на вечные муки, но и смерть их не разлучила. Мужу Франчески, впрочем, предсказаны мучения на самом нижнем и страшном круге Ада, предназначенном для худших изменников, ведь Джованни Малатеста — убийца ближайших родственников, предавший святость семейных уз.

В защиту Франчески: брачная афера

Самый подробный рассказ об этой трагедии оставил другой классик итальянской литературы, Джованни Боккаччо, в «Комментарии к «Божественной комедии», написанном, вероятно, в 1373 году. Он приводит детали, меняющие «картину преступления».


Герб семьи да Полента, из которой происходила Франческа


Герб семьи Малатеста

Вот и мессер да Полента договорился с семьей Малатеста, чтобы от имени Джанчотто брак с Франческой приехал заключать Паоло, недаром носивший прозвище il Bello, Красивый. Только невесте не сказали о подмене, и романтичная девушка, думая, что именно Паоло предназначили ей в мужья, влюбилась в молодого человека еще до свадьбы.

Боккаччо пишет о событиях почти вековой давности, и в рассказе не все ясно. Так, по его словам, мессер да Полента выбрал Джанчотто в мужья дочери потому, что тот считался наследником Римини, но на самом деле господство семьи Малатеста над городом в те годы еще было под вопросом. Паоло не годился в женихи, поскольку уже состоял в браке с Орабиле Беатриче из рода Гьяджоло. Довольно странно, что Франческа не знала об этом.


Реконструированный в XX веке интерьер «комнаты Франчески» на втором этаже замка Градара

Когда девушку привезли в Римини к настоящему мужу, продолжал Боккаччо, она была глубоко разочарована и оскорблена: «Должно думать, что она, видя себя обманутой, возненавидела его». Но при этом, по словам флорентийца, Франческа «не выкинула из души уже существовавшей любви к Паоло». Сердце этой красавицы нельзя назвать склонным к измене: постоянство в чувствах и привело ее в конце концов в объятия Паоло.

В защиту Джованни: непредумышленное убийство

Все тайное становится явным, и, как пишет Боккаччо вслед за более ранним флорентийским комментатором поэмы Данте, мессеру Джованни, который часто отлучался по делам, о связи Франчески с Паоло донесла прислуга. Разъяренный супруг, неожиданно нагрянув домой, начал ломиться в дверь спальни, откуда его жена в этот момент в панике выпроваживала Малатесту-младшего через другой выход. Франческа впустила мужа в комнату, думая, что Паоло уже скрылся, а молодой человек меж тем зацепился одеждой за железный крюк, торчащий из двери, и не успел высвободиться, когда брат бросился на него с мечом. Женщина кинулась между ними, закрыв собой возлюбленного от удара, а Джованни, как писал Боккаччо, «уже замахнулся рукой с мечом и весь устремился с этим ударом, — и случилось то, чего он не желал бы, так как раньше меч рассек грудь Франчески, чем он приблизился к Паоло». Джованни был потрясен произошедшим, «так как любил жену больше самого себя». Вторым ударом ревнивец зарубил Паоло.


Замок Градара в 30 км от Римини, по одной из версий, место гибели Паоло и Франчески

У Джованни своя драма. И если верить Боккаччо, он не хладнокровный мститель и даже, вероятно, мог бы простить супруге измену, судя по тому, что не хотел ее смерти. Муж, которого дама тихо ненавидела, тоже в каком-то смысле жертва цепи трагических событий, которую запустил, по Боккаччо, действительно безжалостный человек — отец Франчески.

Земное правосудие: неслучившаяся месть

Данте предрек Джованни Малатесте вечные муки во льдах за содеянное, но в земной жизни знатный сеньор не понес наказания за убийство. В 1286 году он снова женился, на Джиневре из Фаэнцы, у них родилось пятеро детей; до самой смерти правил городом Пезаро.

Читать еще:  Они чувствуют себя хорошо. Ora Tamir

Отношения с семьей да Поленты у клана Малатеста после гибели Франчески не испортились: два рода продолжали заключать между собой династические браки. Трагедия влюбленных «аукнулась» в следующем поколении: Уберто, сын Паоло, мечтая отомстить за гибель отца, бежал из Римини и несколько лет сражался в войнах против клана Малатеста в рядах их врагов. Позже, правда, политические амбиции возобладали в его душе над жаждой мести, и Уберто предложил Рамберто Малатеста, сыну Джованни, вместе свергнуть их дядю Пандольфо, чтобы завладеть Римини. Рамберто, однако, был и злопамятен, и расчетлив одновременно, а потому предал и убил беспокойного кузена.

Кто бы ни был виноват в гибели несчастных влюбленных, как пишет дантолог Теодолинда Баролини, «история Франчески сделала ее к первому десятилетию XIV века в центральной Италии культурной иконой, известной примерно как в наши дни покойная принцесса Диана». Однако со временем трагедия постепенно забылась бы, если бы Данте не написал о Франческе и Паоло в «Божественной комедии». Сюжет об их любви заимствовали отуда многие деятели искусства, в частности поэты Джон Китс и Габриэле д’Аннунцио, композиторы Петр Чайковский и Сергей Рахманинов, этим сюжетом вдохновлялся и Огюст Роден — знаменитая скульптура «Поцелуй» сначала называлась «Франческа да Римини».

Как смерть итальянского фотографа положила конец эпохе «героинового шика»

Что такое «героиновый шик»

К началу 90-ых употребление наркотиков перестает быть маргинальным занятием. Согласно исследованию Substance Use & Abuse: Cultural and Historical Perspectives, причиной этого стало значительное снижение цен на героин в это время, и как следствие – рост количества американцев с зависимостью.

Разумеется, массовая культура не могла пройти мимо этого тренда. Теме наркотиков посвящено немало фильмов 90-ых. Самые известные из них: «На игле», «Криминальное чтиво», «Бойцовский клуб» и, конечно, «Джиа» — биографическая драма о манекенщице Джии Мари Каранджи, одной из первых женщин, которая открыто призналась в том, что больна СПИДом (от чего и погибла в 26 лет).

Начало «героинового шика» в моде связывают с фотосессией «Лето любви» фотографа Корин Дэй. На ней 15-летняя Кейт Мосс скачет по пляжу, демонстрируя болезненно худое полуобнаженное тело. Дэй обвинили в пропаганде педофилии и анорексии, а Кейт Мосс получила первую известность.

Через три года их вновь раскритикуют за пропаганду нездоровой худобы после съемок для английского Vogue. Но настоящую популярность «героиновому шику» даст Кельвин Кляйн. В 1992 году скандальный кутюрье выпустил рекламные плакаты с юными полураздетыми Кейт Мосс и рэпером Марки Марком (тебе он, скорее всего, известен как актер Марк Уолберг). Общественность возмутилась откровенностью фотографий, но образ Кейт Мосс положил начало новому тренду – «героиновому шику».

Вызов идеальной жизни и идеальному телу

Кажется, кого удивишь худыми моделями, но «героиновый шик» стал таким заметным явлением в культуре именно из-за появления в глянце. Об этом пишет британский искусствовед и историк моды Ребекка Арнольд в книге «Мода, желание и тревога. Образ и мораль в XX веке».

Как отмечает Арнольд, образы, которые связывали с употреблением наркотиков, были частью более широкого явления – протеста против идеальных тел, навязываемых глянцем тех лет.

Фотографии Кейт Мосс и других моделей «героинового шика» не привлекли бы столько внимания, если бы были опубликованы, к примеру, в популярном в те года журнале о поп-музыке и уличной культуре The Face. Но, появившись на страницах Vogue, в других глянцевых изданиях и крупных рекламных компаниях, где обычно показывали идеальных моделей в идеальной обстановке, они раздражали и будоражили общество. Субтильные подростки с темными кругами под глазами на безжизненных лицах гораздо больше походили на обычных людей, чем на моделей.

Сама эстетика саморазрушения зародилась не в 90-е годы. Еще раньше – в 70-е и 80-е были работы Боба Ричардсона, Нэн Голдин с зарисовками своих друзей-наркоманов, трансвеститов и нью-йоркской богемы 70-ых, снимки Ги Бурдена, где женщины похожи на скучающих одурманенных кукол. По словам Ребекки Арнольд, новая волна фотографов и стилистов 90-ых отличалась от этих фотохудожников тем, что хотела связать моду с молодежной культурой.

Смерть, которая изменила все

«Героиновый шик», очевидно, не мог оставаться просто стилизацией, героин действительно был популярен в светской тусовке того времени. Девочки-модели в свои 14-16 лет получали не только славу, деньги, но и первый опыт употребления наркотиков. К концу 90-ых многие из них – те, кто выживут, — попадут в клинику и потратят немало сил, чтобы восстановить репутацию и карьеру.

Давиде Сорренти пробыл в индустрии совсем недолго, по сути, он даже не был фешн-фотографом, а занимался больше репортажной съемкой. Однако именно с этим именем связывают конец эпохи «героинового шика». Вместе со своим братом Марио Сорренти (сегодня это известный фотограф и режиссер) Давиде стоял у истоков антигламура в фотографии. Его личные, намеренно неряшливые и очень естественные снимки нью-йоркской молодежи, своих друзей и семьи сразу привлекли внимание к творчеству Давиде. Он фотографировал таких моделей, как Мила Йовович, Джейд Берро, Джейми Кинг, публиковался в журналах Detour, Surface, Ray Gun и i-D.

Один из самых известных снимков Давиде Сорренти: Джейми Кинг, лежащая на кровати в разорванной одежде с разбросанными вокруг фотографиями известных людей, пострадавших от наркотиков: Курта Кобейна, Сида Вишеса и Джерри Гарсия.

Как рассказывал о Давиде бывший арт-директор журнала Interview, основанного Энди Уорхолом Ричард Пандиссио:

Однако вряд ли сам Давиде считал, что его жизнь будет долгой. Он с детства страдал редким заболеванием – талласемией, которое требовало постоянных переливаний крови. Возможно, отсюда в творчестве Сорренто взялись меланхоличные образы, отражающие скоротечность его собственного существования.

Он умер в 21 год в квартире своего друга в Манхэттене. Предположительно, от болезни почек, усугубленной приемом наркотиков. Пресса сделала акцент на последнем, написав в заголовках про смерть от передозировки.

Конечно, Давиде был далеко не первым, кто скончался в молодом возрасте от наркотиков, особенно для тех времен. Однако знаковой его смерть сделала мать – Франческа Сорренти. Она начала масштабную кампанию против «гламуризации» наркомании и использования для этого несовершеннолетних моделей. Она говорила с имиджмейкерами и дизайнерами. Обращалась к модным домам, позволявшим моделям-наркоманкам участвовать в показах, к стилистам, которые были готовы принять модель в любом состоянии, лишь бы получить нужный снимок. Она рассказывала на СNN о владельце элитного модельного агентства Джоне Касабланкасе и вынудила его признать, что в его бизнесе действительно есть проблемы с наркотиками.

Через несколько месяцев после смерти Давиде Сорренти в The New York Times вышла статья журналистки Эми Спиндлер с заголовком: «Смерть омрачает героиновый облик моды». В ней она пишет, что смерть Сорренти была похожа «на небольшую бомбу» и вызвала жуткую тишину в модной индустрии.

Кульминацией в борьбе с «героиновым шиком» стало высказывание президента Клинтона, произнесенное в 1997 году, через три месяца после смерти Давиде Сорренти. В нем он осудил использование модой подростков и содействие популяризации героина среди молодого поколения:

Читать еще:  Пейзажи Калифорнии. John Comer

После этого модные дома и дизайнеры стали постепенно отказываться от использования образа «героинового шика» и расторгать сотрудничество с моделями, уличенными в наркомании. В 1999 году Vogue опубликовал на обложке фото Жизель Бюндхен, написав, что она станет символом возвращения на подиумы сексуальных здоровых моделей и конца эры «героинового шика».

15 неоднозначных персон, которые вас, возможно, удивят (15 фото + 1 видео)

Роберт Листон — шотландский хирург-новатор. Листон был известен своим мастерством в эпоху до анестезии, когда скорость имела значение с точки зрения боли и выживания

Листон проводил свои операции молниеносно. Известен случай, когда он за 4 минуты удалил из мошонки пациента 20 килограммовую опухоль, которую тому приходилось возить на тачке.

Ле Петоман (фр. Le Pétomane), настоящее имя Жозеф Пюжоль первый метеорист, записанный на пластинку

Ле Петоман артист эстрады был известен своими феноменальным контролем мышц живота, что позволяло ему управлять испусканием кишечных газов настолько искусно, что он мог играть музыку. Его профессия также известна как «флатулист» или «метеорист».

Уильям Стэнли Ми́ллиган, известный как Билли Миллиган — 24 персоны внутри

Американец, один из самых известных людей с диагнозом «множественная личность» в истории психиатрии. Расщепления личности Миллигана насчитывали 24 полноценных личности, из которых 10 были основными: сам Миллиган (как главная личность), Артур Смит, Рейджен Вадасковинич, Аллен, Томми, Дэвид, Кристин, Кристофер, Адалана и Дэнни. Он был осужден за ограбление и три изнасилования, однако адвокаты вместо тюрьмы отправили его в лечебницу, т.к. он не мог отвечать за действия всех своих личностей.
Билли Миллиган стал первым человеком, оправданным в ходе судебного процесса по причине диагноза «множественной личности».

Хироо Онода — вечный партизан

Хироо Онода — младший лейтенант войсковой разведки японских вооружённых сил, воевавший против союзных войск на филиппинском острове Лубанг во время Второй мировой войны (с 1944 года) и в течение многих лет после этого, отказываясь верить, что война закончилась. Он сдался филиппинским властям только в 1974 году, ведя все эти годы партизанскую войну.

Если б конь имел меня, я б наверно помер

Кеннет Пиньян — инженер авиастроительной компании Боинг, ставший известным благодаря своим забавам с лошадьми. Он снимал свои половые акты на видео и рассылал их в Интернет. Умер от перитонита, образовавшегося в результате разрыва кишки, из-за полового акта с жеребцом на ферме возле американского города Энамкло. И да, это жеребцы имели его, а не он их.

Марсель Пля — первый и единственный чернокожий полинезиец, воевавший в русской армии

Марсель в годы Первой мировой войны служил мотористом-стрелком на одном из бипланов серии «Илья Муромец» в составе Императорского военно-воздушного флота. Кавалер Георгиевских крестов III и IV степени.

Джек Черчилль — рыцарь

Джек Черчилль — подполковник, кавалер орденов «За выдающиеся заслуги» и Военного креста. Известен тем, что во время Второй мировой войны ходил в бой, вооружившись английским длинным луком со стрелами и шотландским палашом. Его любимое высказывание: «Любой офицер, идущий в бой без меча, вооружён неправильно».

Богатый Пьетро-Мира Педрилло

Пьетро-Мира Педрилло — любимый шут императрицы Анны Иоанновны, который благодаря остроумию и находчивости, сделал блестящую карьеру придворного шута. Уехал из России с большим состоянием.

Гарри Поттер не волшебник

Гарри Поттер — рядовой Королевского Вустерширского полка армии Великобритании, чья могила в Рамле (Израиль) стала достопримечательностью после выхода книг Дж. К. Роулинг.

Упырь Лихой (др.-рус. Оупирь Лихыи) — первый известный древнерусский писец, священник XI века, живший в Новгороде

Лина Марсела Медина де Хурадо — самая маленькая мама

Лина Марсела Медина де Хурадо — перуанская женщина, которая стала самой молодой подтвержденной матерью в истории болезни , родила в возрасте пяти лет, семи месяцев и 21 день

Сен-Мартен — «прародитель» всех гастроэнтерологов

В 1822 году канадец Алекси Бидаган по прозвищу Сен-Мартен получил в живот заряд дроби, и у него образовалась желудочная фистула.

Рана была страшной: кожу и мышцы сорвало на площади больше ладони, пятое ребро раздроблено, вместо шестого из обломков выпирало обожжённое лёгкое и желудок. Сквозь дыру в желудке вытекал ещё не переваренный завтрак. Однако пробитая часть желудка «прикипела» к плевре и ране так, что содержимое выходило только наружу. Рана закрылась не совсем. На протяжении многих лет Сен-Мартен стал подопытным для врачей, изучавших пищеварительную систему человека. Благодаря ему стало понятно, как мы перевариваем пищу.
Сен-Мартен прожил долгую жизнь, женившись и родив пятерых детей.

Тарраре — человек-желудок

Тарраре французский шоумен и солдат, известный своими необычными привычками питания.

Он мог съеть невероятное количество еды, включая совершенно несъедобные вещи и предметы и все равно оставаясь голодным. Он глотал пробки, камни, живых животных, целую корзину яблок. Его госпитализировали из-за истощения от голода, хотя до этого он ел еду, предназначенную для 15 человек за один присест, живых кошек, змей, ящериц, щенков и целых, не разжеванных угрей.

Врачи не могли ему помочь ничем — сколько бы его не кормили, он требовал еще и дошел до того, что
вылезал из больницы, чтобы отыскать субпродукты в желобах, кучах мусора и возле мясных лавок, и пытался пить кровь других пациентов в больнице и есть трупы в морге больницы. После того, как его заподозрили в том, что он ест малыша, его выгнали из больницы. Умер от продолжительного приступа экссудативной диареи .

Фрэнк Уайт — человек часы

В Калифорнии в научно-исследовательском центре наблюдали 42-летнего Фрэнка Уайта, у которого никогда не было часов, но он всегда знает точное время, до секунды.
Однажды его отправили в центр, войдя в который, он определил с точностью, что настенные часы спешат на 52 секунды. И оказался прав.

Генетическая трансформация

Транс­формацией называется перенос в определённых условиях любой части наследственной молекулы одного организма в наследственную молекулу другого организма. Другими словами — это переход отрезка ДНК одной клетки в геном другой клетки в функционально активном состоянии.

Процесс трансформации представляет собой естественный процесс, который приводит к изменению наследствен­ности клеток.

Изучение процесса трансформации послужило толчком для открытия трансдукции — процесса перенос генов из одной бактериальной клетки в другую посредством фагов.

Рис. 4. Схематическое изображение опыта Гриффита

История изучения

Опыт Гриффита

Процесс трансформации был открыт в 1928 г. анг­лийским микробиологом Ф. Гриффитом. Этот процесс Гриффит наблюдал на двух видах штаммов пневмококковых бактерий (S и R). Штамм S имел полисахаридную оболочку, поверхность клетки была гладкой, а штамм R не имел полисахаридной оболочки, и поверхность клетки была шероховатой (буква S — от англ. smooth — гладкий, R — от англ. rough — шероховатый). Полисахаридная оболочка штамма S бактерии вызвала пневмококковое заболевание и привела к гибели животных. Штамм R не был возбудителем болезни, поэтому мыши, заражённые этим штаммом, не погибли. При нагревании болезнетворных S-штаммов они погибали, и при введении клеток убитого S-штамма мышам не вызывали заболевания.

При введении мышам убитых нагреванием S-штаммов бактерий вместе с неболезнетворными живыми клетками R-штамма животные погибали. В крови погибших мышей были найдены живые клетки S- штамма бактерий. Сущность этого явления показана на рис. 4. Видно, что какое-то вещество переходит из клеток S-штамма пневмококка в R-штамм и изменяет его наследственность. Под воздействием этого вещества отдельные клетки R-штамма превратились в S-штамм, то есть трансформировались. Гриффит не смог объяснить полученные в опытах результаты.

Читать еще:  Палестино-американский художник и дизайнер. Daliah Ammar

Описание к опыту Гриффита (рис. 4). А — мышь, заражённая патогенной (болезнетворной) пневмококковой бактерией (S-штамм), погибает; Б — мышь, заражённая непатогенной (R-штамм) пневмококковой бактерией, выживает; В — мышь, заражённая патоген­ной бактерией, убитой нагреванием, выживает; Г — при смешивании S- и R-штаммов бактерий и введении этой смеси мыши она погибает. В её крови обнаруживается живой 5-штамм. Это свидетельствует о том, что при введении в организм мыши смеси, состоящей из непатогенного R- и убитого S-штаммов, ген наследственности молекулы S-штамма, вызывающий болезнь, переносится в наследственную молекулу живого R-штамма и придаёт ей свои свойства, т. е. происходит трансформация. Материал с сайта http://wikiwhat.ru

Эксперимент Эвери, Маклеода и Маккарти

Данное явление было объяснено в 1944 г. О. Эвери с сотруд­никами Маклеодом и Маккарти. Для этого они расщепили пневмококковую клетку S-штамма на отдельные фракции, проверили болезнетворную активность каждой фракции. Было установлено, что только при смешивании выделенной из S-штамма молекулы ДНК с R-штаммом непатогенный R-штамм трансформируется в вызывающий болезнь S-штамм (рис. 5). Следовательно, было доказано, что трансформация R-штам­ма в S-штамм зависит от молекулы ДНК.

Позднее были созданы методы трансформации путём смешения в определённых условиях клеток с подлежащими трансформации отдельными хромосомами или отдельными генами.

ЛЮБОВНИК ВИСКОНТИ

Подобно своему соотечественнику и коллеге Пьеру Паоло Пазолини ( https://ygashae-zvezdu.livejournal.com/22777.html ) он был. гхм. поклонником нетрадиционной любви.
В отличие от Пазолини, однако, Висконти обладал осторожностью, имея дело с проверенными партнерами. Создается впечатление, что ему казалось важным внутреннее наполнение человека, а не просто афедрон.
Длительные отношения связывали Висконти с Франко Дзеффирелли.
Встретившись на съемочной площадке фильма «Рокко и его братья» с Аленом Делоном режиссер не на шутку влюбился в красавца.

Но больше всех обязан Висконти Хельмут Бергер, которого он породил и ввел в пантеон вечности.

Еще находясь под впечатлением от Делона, Висконти как-то рисовал его портрет. Портрет вышел странным: вроде Делон, но проступают черты другого человека. Через несколько лет стало ясно, что Висконти пытался уловить ни разу не виденного им до этого Бергера.

Их знакомство состоялось в 1964 году. Начинающего актера-модель привезла на вечеринку Висконти жена Сальвадора Дали, объявив молодца в качестве подарка.
Бергер был юн и прекрасен. Его разница с Висконти составляла 38 лет.
Висконти сделал из красивого, но не более того, актера — суперзвезду.
Обкатав Бергера на экране в эпизоде фильма «Колдунья» он подарил молодому воплощению порока одну из главных ролей в фильме «Гибель богов» (1969).
Там Бергер сыграл полного фашистского ублюдка, который становится виновником самоубийства 12-летней девочки; насилует, а потом травит мать.

Сцена, в которой Бергер в женском платье пародирует песню Марлен Дитрих из «Голубого ангела» вошла в золотой фонд кинематографа.
Впоследствии актер вспоминал:

За роль в «Гибели богов» актера номинировали на «Золотой глобус».

Между тем, у юноши проявлялись не лучшие черты характера, которые он Висконти демонстрировал. Иногда Бергер напоминал возлюбленного Оскара Уайльда Бози ( https://ygashae-zvezdu.livejournal.com/84914.html ), — та же нечувствительность к чужой боли и жажда удовольствий.

Клаудиа Кардинале вспоминала:

Очень некрасиво, прямо по-свински, повел себя Бергер в истории с фильмом Висконти «Смерть в Венеции». Эта экранизация рассказа Томаса Манна повествовала о стареющем сценаристе, пораженном страстью к ангелоподобному мальчику. Бергер для мальчика был бесповоротно стар и Висконти утвердил Бьорна Андресена.
В ответ Бергер распускал в обществе слухи о бездарности нового протеже режиссера и даже преждевременной его смерти (явно выдавая лично желаемое за действительное).

На волне успеха в «Гибели богов» Бергер сыграл Дориана Грея в очередной экранизации романа Уайльда. Засветился у Витторио де Сика в «Саду Фитци — Контини». Но, в принципе, жил ожиданием работы с Лукино.

Пока работы не было молодой человек, энергия которого требовала выхода, счел своей главной задачей шокировать общество.
Он являлся на прием Аристотеля Онассиса голым, щеголял в шлеме из золота,утонул в разных непотребных связях.
Хельмут сам признает позже: «Я беззаботно жил и заплатил за это»

В 1972 Висконти сделал под Бергера фильм «Людвиг» о трагичной судьбе короля Людвига Баварского. Идущая четыре с лишним часа картина удалась благодаря Бергеру. За эту роль он получил премию «Давида ди Донателло».

«Людвиг» вымотал обоих.
Бергер вспоминал:

«Изменений внешности я добивался с помощью грима, но происходили и естественные, физические изменения. По ходу действия я все больше дряхлел, опускался, сходил с ума. Фильм как бы шел по пятам за моим нарастающим безумием. И, наконец, настал день, когда Висконти не смог больше снимать: я сходил с ума слишком быстро, забегая на две сцены вперед. И тогда он сказал мне: «Тормози!», потому что я заучивал свои тексты заранее. И мне пришлось обуздывать себя, как норовистую, закусившую удила лошадь».

Что касаемо Висконти, то у него во время монтажа случился инсульт. Уже хлебнувший жизни тридцатилетний Бергер прекрасно понимал, что значит в его судьбе этот старый человек. Преодолевая сопротивление родственников, которые держа оборону вокруг наследства, не подпускали друга сердца близко, Бергер выбил для Висконти операцию в швейцарской клинике.
Режиссера спасли. Он даже успел сделать для Бергера еще один фильм – «Семейный портрет в интерьере».

Это была последняя удача в жизни Хельмута Бергера.

«Лукино научил меня любить все прекрасное, чувствовать поэзию, музыку, живопись. Он был для меня настоящим отцом. И я боготворил его. Единственное, что нас разделяло — это возраст: у нас были разные привычки, и потому нам случалось часто ссориться. Его, например, приводили в ужас мои вечеринки, и он все твердил мне, что великие актеры должны жить как монахи! А я раздобыл себе вторые ключи и вечером, сделав вид, что иду спать, дожидался, пока в доме все утихнет, и тайком, как вор, удирал к своим приятелям, к своим сверстникам. Висконти, казалось, этого не замечал, но я уверен, что он знал все. »

Но Хельмут не был бы Бергером, если бы после кремации не вдохнул прах Висконти, заявив: «Это посильнее кокаина».

После смерти Висконти он упал в пучины депрессии. В годовщину гибели режиссера пытался отравиться. Врачи откачали.

До сих пор дебатируется вопрос: был ли Бергер хорошим актером?
Безусловно.
Но он был из тех актеров, роли которых делаются на монтажном столе. Ярчайший представитель этого типа Мэрелин Монро. На сцене такие теряются, а на съемочной площадке с ними до черта возни. Их нужно любить, уговаривать, объяснять, свято веря в результат. Тогда получается чудо.
Самые яркие достижения Бергера после смерти Висконти 10 эпизодов сериала «Династия»; эпизод в «Крестном отце 3»; совершенно провальный «Людвиг, 1881», где Бергер попытался войти в одну реку дважды, очередной раз доказав невозможность этого.

Подводя грустный итог, Бергер заметил:

«Когда я в первый раз сказал Лукино Висконти: «Я тебя люблю», — это была ложь. Когда в последний — это была уже никому не нужная правда»

Стоит лишь заметить, что без Висконти и Бергер никому нужен не был…

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector