Невидимая сущность. Melinda Matyas

Невидимая сущность. Melinda Matyas

Метаматериалы и невидимость

Возможно, самым многообещающим в плане невидимости из недавних достижений является экзотический новый материал, известный как «метаматериал»; не исключено, что когда-нибудь он сделает объекты на самом деле невидимыми. Забавно, но когда-то существование метаматериалов также считалось невозможным, поскольку они нарушают законы оптики. Но в 2006 г. исследователи из Университета Дьюка в Дарэме (штат Северная Каролина) и Имперского колледжа в Лондоне успешно опровергли это общепринятое мнение и при помощи метаматериалов сделали объект невидимым для микроволнового излучения. Препятствий на этом пути пока хватает, но впервые в истории у человечества появилась методика, позволяющая делать обычные объекты невидимыми. (Финансировало эти исследования DARPA — Агентство перспективных исследовательских проектов Минобороны США.)

Натан Мирволд, бывший главный технолог фирмы Microsoft, утверждает, что революционные возможности метаматериалов «полностью изменят наш подход к оптике и к почти всем аспектам электроники. Некоторые из метаматериалов способны на такие подвиги, которые несколько десятилетий назад показалось бы чудом».

Что представляют собой метаматериалы? Это вещества, обладающие несуществующими в природе оптическими свойствами. При создании метаматериалов в вещество внедряются крошечные имплантаты, которые вынуждают электромагнитные волны выбирать нестандартные пути. В Университете Дьюка ученые внедрили в медные ленты, уложенные плоскими концентрическими кругами (все это немного напоминает по конструкции конфорку электроплитки), множество крошечных электрических контуров. Результатом стала сложная структура из керамики, тефлона, композитных волокон и металлических компонентов. Крошечные имплантаты, присутствующие в меди, дают возможность отклонять микроволновое излучение и направлять его по заданному пути. Представьте себе, как река обтекает валун. Вода очень быстро оборачивается вокруг камня, поэтому ниже по течению его присутствие никак не сказывается и выявить его невозможно. Точно так же метаматериалы способны непрерывно изменять маршрут микроволн таким образом, чтобы они обтекали, скажем, некий цилиндр и тем самым делали все внутри этого цилиндра невидимым для радиоволн. Если метаматериал сможет к тому же устранить все отражения и тени, то объект станет полностью невидимым для этой формы излучения.

Ученые успешно продемонстрировали этот принцип при помощи устройства, состоящего из десяти колец из стекловолокна, покрытых медными элементами. Медное кольцо внутри устройства было почти невидимым для микроволнового излучения; оно лишь отбрасывало слабую тень.

Необычные свойства метаматериалов базируются на их способности управлять параметром, известным как «показатель преломления». Преломление — свойство света менять направление распространения при прохождении через прозрачный материал. Если опустить руку в воду или просто посмотреть через линзы очков, можно заметить, что вода и стекло отклоняют и искажают ход лучей обычного света.

Причина отклонения светового луча в стекле или воде состоит в том, что при входе в плотный прозрачный материал свет замедляется. Скорость света в идеальном вакууме постоянна, но в стекле или воде свет «протискивается» через скопление триллионов атомов и потому замедляется. (Отношение скорости света в вакууме к скорости света в среде называется показателем преломления. Поскольку свет в любой среде замедляется, показатель преломления всегда больше единицы.) К примеру, показатель преломления для вакуума составляет 1,00; для воздуха—1,0003; для стекла—1,5; для бриллианта — 2,4. Как правило, чем плотнее среда, тем сильнее она отклоняет луч света и тем больше, соответственно, показатель преломления.

Очень наглядной демонстрацией явлений, связанных с преломлением, могут послужить миражи. Если вы, проезжая по шоссе в жаркий день, будете смотреть прямо вперед, на горизонт, то дорога местами покажется вам мерцающей и создаст иллюзию сверкающей водной глади. В пустыне иногда можно увидеть на горизонте очертания далеких городов и гор. Происходит это потому, что нагретый над дорожным полотном или песком пустыни воздух имеет более низкую плотность и, соответственно, более низкий показатель преломления, чем окружающий его обычный, более прохладный воздух; поэтому свет от удаленных объектов может испытать преломление в нагретом слое воздуха и попасть после этого в глаз; при этом у вас возникает иллюзия того, что вы действительно видите удаленные объекты.

Как правило, показатель преломления — величина постоянная. Узкий луч света, проникая в стекло, меняет направление, а затем продолжает двигаться по прямой. Но предположим на мгновение, что мы в состоянии управлять показателем преломления, так чтобы в каждой точке стекла он мог постоянно изменяться заданным образом. Свет, двигаясь в таком новом материале, мог бы произвольным образом менять направление; путь луча в этой среде извивался бы, подобно змее.

Если бы можно было управлять показателем преломления в метаматериале так, чтобы свет огибал некий объект, то объект этот станет невидимым. Для получения такого эффекта показатель преломления в метаматериале должен быть отрицательным, но в любом учебнике оптики сказано, что это невозможно.

(Впервые метаматериалы были теоретически предсказаны в работе советского физика Виктора Веселаго в 1967 г. Именно Веселаго показал, что эти материалы должны обладать такими необычными оптическими свойствами, как отрицательный показатель преломления и обратный эффект Доплера. Метаматериалы представляются настолько странными и даже нелепыми, что первое время их практическая реализация считалась попросту невозможной. Однако в последние несколько лет метаматериалы были-таки получены в лаборатории, что вынудило физиков заняться переписыванием учебников по оптике.)

Исследователям, которые занимаются метаматериалами, постоянно докучают журналисты с вопросом: когда на рынке появятся наконец плащи-невидимки? Ответ можно сформулировать очень просто: не скоро.

Дэвид Смит из Университета Дьюка рассказывает: «Репортеры звонят и умоляют хотя бы назвать срок. Через сколько месяцев или, скажем, лет это произойдет. Они давят, давят и давят, и ты в конце концов не выдерживаешь и говоришь, что лет, может, через пятнадцать. И тут же — газетный заголовок, да? Пятнадцать лет до плаща Гарри Поттера». Вот почему он теперь отказывается называть какие бы то ни было сроки.

Поклонникам Гарри Поттера или «Звездного пути», скорее всего, придется подождать. Хотя настоящий плащ-невидимка уже не противоречит известным законам природы — ас этим в настоящий момент соглашается большинство физиков, — ученым предстоит преодолеть еще много сложных технических препятствий, прежде чем эту технологию можно будет распространить на работу с видимым светом, а не только с микроволновым излучением.

В общем случае размеры внутренних структур, внедренных в метаматериал, должны быть меньше длины волны излучения. К примеру, микроволны могут иметь длину волны порядка 3 см, поэтому если мы хотим, чтобы метаматериал искривлял путь микроволн, мы должны внедрить в него имплантаты размером меньше 3 см. Но чтобы сделать объект невидимым для зеленого света (с длиной волны 500 нм), метаматериал должен иметь внедренные структуры длиной всего около 50 нм. Но нанометры — это уже атомный масштаб, для работы с такими размерами требуются нанотехнологии. (Нанометр — это одна миллиардная часть метра. В одном нанометре может уместиться примерно пять атомов.) Возможно, это ключевая проблема, с которой нам придется столкнуться при создании настоящего плаща-невидимки. Чтобы произвольно искривлять, подобно змее, путь светового луча, нам пришлось бы модифицировать отдельные атомы внутри метаматериала.

Тайна человека-невидимки

Теперь, когда первая волна сенсационных заметок схлынула, можно поговорить об изобретении серьезно. Оно и вправду сенсационное, хотя в его названии нет ничего даже близкого ни к шапке, ни к мантии: «Способ преобразования частоты оптического излучения».

Внешне профессор чем-то похож на типичного литературного героя-ученого, совершающего революционное открытие. Взгляд рассеянный, прическа растрепана, весь углублен в себя, в какие-то размышления. И только слова «свет» или «наночастицы», как пароль, зажигают искры в его почти черных глазах, после чего можно долго слушать рассказ о чудесах квантовой физики. Никаких других увлечений — ни рыбалки, ни охоты, поскольку «в физике столько для меня приятных моментов, что дополнительные увлечения не нужны». Разве что давняя любовь к истории и классической музыке.

— Так, может, и вправду все это выдумки падких на сенсации журналистов, и достижение эффекта невидимости остается уделом сказочников и писателей-фантастов? — спрашиваю Олега Николаевича, предварительно озвучив пароль.

— Отчего же, — возражает Гадомский. — Нет, не выдумки. Мы уже поняли, что принципиально эффект невидимости достижим. Если наночастицы (микроскопические частицы величиной в миллионную долю миллиметра) расположить тонким слоем на расстоянии примерно в один нанометр или даже создать некие толстые слои из наночастиц, «уложенных» строго определенным образом, то между частицами на этом микроскопическом уровне возникает электромагнитное взаимодействие — так называемый ближнепольный резонанс. И появляются совершенно новые, уникальные свойства структуры, потому что она может менять характеристики попадающего на нее света, менять его спектр (цвет), полностью отражать или, наоборот, полностью поглощать. И этими способностями слоя можно, как мы выяснили, эффективно управлять. То есть, например, менять цвет, полностью отражать свет или доводить до нуля отражательную способность слоя. Он будет полностью пропускать свет, никак его не задерживая. А если он ничего не отражает, то, значит, мы не увидим предмета. То есть можно добиться идеальной прозрачности, идеального отражения или поглощения.

Олег Николаевич уверен: возможность делать предметы невидимыми, а главное, управлять этим явлением — уже не фантастика

Правда, если мы хотим сделать предмет невидимым, надо, чтобы он тогда весь состоял из такой наноструктуры. А нам-то ведь надо, чтобы все было просто: накрылся плащом — и никто не видит. Но толку от даже идеально прозрачного плаща мало. Да, покрытие само не будет отражать свет и, следовательно, будет невидимым. Но будет отражать тот предмет, что находится за ним, а значит, он уже не невидимка. Можно сделать так, что «волшебная» пленка будет полностью поглощать свет. Он тоже не будет отражаться, но тогда мы увидим вместо предмета черное пятно. Можно, чтобы она пропускала свет через себя, а затем рассеивала, и тогда мы увидим вместо предмета какое-то расплывчатое, туманное облако. Но чтобы предмет стал невидимым, надо сделать так, чтобы было видно то, что находится за ним. А вот как это сделать, этого пока еще никто не смог придумать.

Читать еще:  Нидерландский художник. Corne Akkers

Впрочем, Олег Николаевич уверен: возможность делать предметы невидимыми, а главное, управлять этим явлением — уже не фантастика.

Пока по поводу невидимости никаких практических результатов нет — все это теория и математика, проверенная на компьютерных моделях. Тем не менее практикой уже доказана верность теории, утверждает профессор. А именно, доказано то, что было давно известно, но необъяснимо: почему формула Френеля, объясняющая условия отражения и преломления света, работает не на всех углах. Есть так называемый угол Брюстера, при котором формула не работает, потому что свет ведет себя иначе. Все об этом знали, но не могли доказать ни математически, ни физически. Теперь, говорит профессор Гадомский, теория, которую он разработал со своими коллегами, полностью объясняет парадоксы формулы Френеля. А значит, теория верна.

Но вообще-то все эти свойства невидимости — не более чем эффекты, обнаруженные Гадомским и его коллегами по пути, в процессе работы над основным направлением. А основное направление, которое и описано в заявке на изобретение, — создание монитора нового поколения. То, что изобрел Олег Николаевич, позволяет создать совершенно необычный монитор. То есть оказывается, что его теория управления светом и цветом, подтвержденная компьютерными моделями, позволяет создать цветной монитор, где каждый пиксель будет иметь возможность менять свой цвет, при этом, утверждает профессор, такие мониторы должны стать на порядок дешевле и технологичнее тех, что существуют сегодня. Подобный монитор уже не боится ни ультрафиолетовых лучей, ни механических воздействий. Он может быть любых размеров, он может быть толщиной с плотную бумагу, и его можно будет сворачивать, например, в рулон и возить с собой как передвижной экран, наподобие тех, что сегодня используют киношники. В экономичности и надежности и есть революционность изобретения. Если учесть, что сегодня продажа дисплеев только одного типа дает производителям в год десятки миллиардов долларов, то изобретение Гадомского, по его мнению, даст во много раз больший экономический эффект, произведя в технологии изготовления дисплеев настоящую техническую революцию.

И если по поводу шапки-невидимки еще надо проводить дополнительные исследования, то к реализации идеи создания дисплеев нового поколения Гадомский со своими коллегами готовы приступить хоть сейчас. Были б только средства на это.

Более полугода он молчал и никому не рассказывал о своем открытии.

— Почему? — спрашиваю я.

— А разве можно о своих открытиях тут же рассказывать всем? — отвечает он вопросом. — В наше время все быстро схватывается. После того как ты объявил об изобретении, в запасе остается примерно год-полтора. В Кембриджском университете, когда они придумали полимерные дисплеи, способные произвести революцию в этом направлении, создатели ушли на три года «на дно», пока не нашли нужного финансирования и не смогли выйти на рынок с конкретными изделиями. Но ульяновский профессор вынужден сообщить о своем изобретении, потому что иначе оно обречено на тихое лежание в столе, так и не воплотившись в реальную жизнь.

— Дело в том, — говорит он, — что у нас в стране пока еще система подбора и поддержки важных изобретений не работает. А современные приборы и устройства уже нельзя делать в гараже или в сарае. Нужно специальное оборудование. Но я не хочу, — говорит профессор, — чтобы с нашей идеей случилось так, как произошло с разработками академиком Алферовым теории гетероструктуры, которыми воспользовались совсем другие люди, заработавшие на этом миллиарды долларов.

Гадомский уверен, что пока в мире ничего подобного нет. Надеется, что если найдутся те, кто поймет перспективы его открытия, то найдутся и средства. Для того чтобы перейти к реальным экспериментам, пока требуется около 150 тысяч долларов в год. Идеальный вариант — если б появилась возможность создать под крылом государства спецлабораторию. «Это позволило бы за год сделать рывок», — говорит Олег Николаевич.

В общем-то желающие использовать его теорию уже есть. Сразу же после первых, пусть даже не очень точных публикаций звонили уже из Южной Кореи. Интересовались возможностями сотрудничества, спрашивали, сколько ему надо средств для продолжения исследований и проведения экспериментов. Предлагали вообще выкупить у него право на дальнейшие исследования.

— Но я не хотел бы работать на другие страны, — говорит профессор. — Почему идеи российских ученых должны приносить доход другим, а не России, где родилась идея?

На днях он получил письмо от группы ученых из Италии (Рим) и США (Пенсильвания), которые сообщают, что они тоже работают над теорией невидимости, изучая свойства нано-структур. И только что опубликовали свою статью об этом. Правда, на полтора года позже Гадомского. И хотя, по словам Гадомского, в своей теории они пока отстают, время поджимает.

Мировые поиски «невидимки»

Университет Токио, который занимается разработкой «оптического камуфляжа», сумел сделать мифический плащ-невидимку реальностью.

Как было продемонстрировано на Nextfest, выставке новых технологий в Сан-Франциско, вполне реально смотреть прямо сквозь человека, одетого в специальный плащ, и видеть очертания предметов за ним. Об этом пишет Independent в материале, перевод которого публикует Inopressa.ru.

В технологии «оптический камуфляж» используются бусины в виде мелких камер и экранов мини-прожекторов. Камеры передают данные на другую сторону плаща, и то, что видно со спины, передается на переднюю часть, и наоборот.

Сущности тонкого мира

Кормим мы их, выбрасывая излишки энергии, которые имеются у нас в наличии, различными способами:
— через лишние слова и действия (оправдания, обсуждения, жалобы, суетливость);
— через лишние эмоции и мысли (беспокойство, планы, переживания, гнев, вина, слишком яркие реакции);
— через вредные привычки (курение, алкоголь и т.п.);
— через зависание в бессмысленных занятиях (мечты, телевизор, Интернет, игры).
По сути, все это вредные привычки, через которые мы так или иначе компенсируем свои травмы, а выброс энергии грех не слопать кому-нибудь.

Сущности тонкого мира подразделяются на несколько классов:
1) Растущие и паразитирующие на человеке, например:
— т.н. бесы, т.е. вирусные программы, заставляющие человека делать лишние движения;
— лярвы, т.е. энергетические образования из энергетических отходов человека, питающиеся различными «удовольствиями» (в т.ч. например, возмущением);
2) Пришлые, лишь питающиеся энергией человека, например:
— примитивные сущности, часто провоцирующие человека на различные эмоции/действия и питающиеся ими: черти (страх, злость), суккубы/инкубы (похоть), «сильфы» (мечты, сны) и т.п.;
— нечеловеческие сознания, подселяющиеся к человеку и изменяющие его сознание с тем, чтобы получать как можно больше энергии от него и от окружающих (подселение может происходить только с согласия человека, который, как правило, просто плохо понимает, что происходит в этот момент; и чем выше энергия у человека, тем более серьезные сущности могут им заинтересоваться, а при невозможности подселиться из-за уровня его осознанности, часто подселяются к его близким — жене или мужу, например, замыливают их сознание и кормятся так).
3) Посторонние, могущие лишь вступать в контакт с человеком (чаще всего не хищные до нашей энергии), например:
— домовые, лешие, дриады, наяды и другие духи природы;
— остатки душ умерших (как правило, астральные оболочки души, которые не распались из-за одержимости бесами или не дающими упокоиться идеями);
— различные развоплощенные (перешедшие в тонкую форму) сознания (могут выдавать реальную информацию или дезу контактерам).

Кроме этого могут быть подключки (как правило, через мелких паразитов) к более глобальным созданиям, собирающим сливки с какой-то местности или со всей планеты. Бытовой вариант — эгрегоры любой организации или группы людей (включая семью) — энергетические образования с элементарной личностью. Оттуда также могут идти инвольтации, т.е. вброс энергии или идеи, провоцирующие человека и окружающих его на крупный и желательно длительный выброс.

В общем и целом, такие вещи растут, как бурьян на огороде, и единственный способ — постоянно выпалывать свое сознание от сорняков, которыми в обилии снабжает окружающая информационная среда. Многие вещи при этом будут иметь корни, которых за всю жизнь многие так и не видят никогда, продолжая те или иные схемы (сущностей) кормить.

Часто букет сущностей растет на некой искаженной схеме сознания самого человека, которая может проявляться или восприниматься, как отдельная сущность, но на деле является застарелым неправильным образом всего существования человека (поэтому их не изгонишь, как реально пришлых). Сюда можно отнести, например, вампиризм.

Читать еще:  Портреты-пейзажи. Jane Lees

Обмен энергией — естественная часть метаболизма человеческого общения, и все хотят заполучить побольше. Это строго говоря, еще не вампиризм, но практически все люди занимаются перетягиванием на себя внимания / времени или провоцирования других на те или иные реакции. Однако отдельные, особо злостные элементы только этим и питаются, приобретая большое искусство в разводке других на энергию. Иногда это происходит грубо (таких вампиров все замечают — тиранов или вечных жалобщиков, например), а кто поумнее — ищет тех, кто сам добровольно отдает энергию, и «дружит» с ними. Однако все они вследствие этого с возрастом они обретают довольно характерный тонкий «запашок», как от помойки (ощущение, что человек «грязный», «подержанный», «страшненький» и т.п.).

Вообще, видов сущностей и способов отбора энергии, не меньше, чем видов деревьев или цветов. Как иметь с ними дело, есть смысл говорить только на практических примерах.
Изгнание подселенных сущностей практикуется почти во всех религиях, но не всякий не со всякой сущностью справится, и этого нельзя делать без сильного запроса человека.
Вообще никаких сущностей из человека удалять без его сильного запроса нельзя, повторюсь, именно потому, что они растут на неправильных образах мышления и, соответственно, действия, которые вначале должны измениться, иначе проблема обязательно вернется и станет еще злей.

В остальном, защититься от разнообразных существ можно только при помощи осознанности, т.к. утечку энергии ощущают практически все, и далее — либо изолироваться от такого человека, либо давать атакующей сущности бой, когда иного выбора нет. Некоторым удается общаться с одержимыми без ущерба для себя, так как тем не за что зацепиться, но, как правило, бесы и подселенные сущности не очень заинтересованы в общении с тем, кого нельзя есть (некоторые все равно будут атаковать постоянно, выжидая момент неосознанности — страх им самим неведом, обратиться в бегство они могут только при непосредственной угрозе, которую очень сложно создать: для этого нужен очень яркий свет Духа и абсолютно несгибаемое намерение, ну и достаточно личной силы).

То есть, способов защиты столько же, сколько видов сущностей, опять-таки, нужно пробовать на практике, но только если подобная проблема стоит — многие никогда с этим не сталкиваются, и лучше им оставаться в неведении: святые отцы пишут, что, если бы человек увидел, что происходит вокруг него в тонком мире, он сошел бы с ума, что иногда и случается, когда полное видение, например, в результате энергетических практик, открывается без соответствующей подготовки сознания и тренировки энергетических тел.

Список литературы по теме:
«Операторы сознания» (видео на Youtube, 12 минут)
«Паразиты сознания» К. Уилсон (художественная книга)
«Роза Мира» Д.Андреев (эзотерическая литература)
«Повесть о тонкой семерке» А. Подводный (эзотерическая литература)
«Селестинские пророчества» Дж. Редфилд (художественно-эзотерическая книга) — содержит информацию о бытовых схемах отбора энергии
«Не оглядываясь» Боровик (статья о схемах отбора внимания / энергии в современном мире)
«Кто питается вашими мечтами» (статья о поглощении энергии души)
«Что такое лярвы и как с ними бороться» (статья)

Почему мамы устают больше, чем папы? Рассказываем, что такое «невидимый труд», и как с ним бороться

Наташа Пиньон из издания Mashable разобралась с историей возникновения понятия «невидимого труда», с проблемами, связанными с ним, и с возможными способами их решения, и вот что у нее получилось.

Допустим, сегодня вечер понедельника. И есть целый букет задач, которые кто-то из вашей семьи должен выполнить: надо приготовить ужин, детям надо помочь с домашней работой, надо записаться к зубному. Если вы — тот человек, который берет на себя все эти дела, вы делаете то, что называется термином «невидимый труд».

Он традиционно ложится на плечи женщин. В США замужние женщины проводят за домашними делами и уходом за ребенком примерно в два раза больше времени, чем американские отцы.

Этот феномен появился далеко не вчера. Еще в 1929 году в эссе «Своя комната» Вирджиния Вульф писала о том, что женщинам требуется больше денег и пространства, чтобы творить. Современные сторонники равномерного распределения невидимого труда приводят те же самые аргументы: невидимый труд настолько основательно лишил женщин времени на себя, что мы никогда не осознаем всей величины этой потери: будь то творческие проекты, от которых женщинам приходится отказываться, или ментальные проблемы, которые возникают, когда у человека даже не остается времени на передышку.

Что такое «невидимый труд», и как его распознать?

Термин «невидимый труд» впервые появился в статье, написанной социологом Арлин Дэниэлс в 1987 году. Там встречается понятие «невидимой работы», которое относится к неоплачиваемой работе, которую никто не замечает, не признает и, вследствии этого, не регулирует.

Согласно своему научному определению, невидимый труд оказывает влияние на самые разные маргинализированные группы. Точнее, люди, занимающиеся невидимым трудом, автоматически попадают в маргинализированные группы, просто потому, что их работу никто не замечает, не оплачивает и не признает.

В последние годы понятие «невидимый труд» стали часто использовать для описания деятельности по ведению домашнего хозяйства и уходу за детьми, которой занимаются женщины — как правило, в цисгендерных гетеросексуальных семьях. Все эти дела — это работа, которая требует времени и сил, однако женщине за нее не платят, и, в большинстве случаев, даже не замечают, что она ее проделывает.

Широкое распространение понятие «невидимого труда» получило в 1989 году, благодаря работе социолога Арли Хохшильд. Она отметила, что, несмотря на то, что во второй половине 20 века все больше женщин начали выходить на работу за пределами дома, они все равно продолжали выполнять большую часть дел по дому и уходу за детьми, возвращаясь домой с «официальной» работы. Хохшильд ввела термин «вторая смена», который описывал весь этот неоплачиваемый невидимый труд.

Как невидимый труд вредит обществу?

Невидимый труд может принимать различные формы и обладает эффектом «домино». По словам Мириам Черри, редактора книги «Невидимый труд: скрытая работа в современном мире», мы платим за то, что для нас важно, а когда кто-то делает для нас бесплатную и незаметную работу, мы начинаем подразумевать, что и все остальное, что делает этот человек, неважно. И это только вершина айсберга.

Согласно отчету ООН, неравное разделение неоплачиваемой работы негативно сказывается на уровне доходов, а женщины лишаются экономической независимости, которая обеспечивается их личным заработком.

Oxfam, организация по борьбе с бедностью, выяснила, что примерная стоимость неоплачиваемого труда, который ежедневно проделывают женщины, начиная с 15 лет, по всему миру, составляет порядка 10,8 триллиона долларов в год.

«Невидимый труд» вредит не только экономическому, но и психологическому состоянию людей. Ученые из университетов Оклахомы и Аризоны опросили замужних или проживающих с партнерами женщин и выяснили, что 90 процентов из них единолично занимаются ведением хозяйства и уходом за детьми. Исследователи обнаружили, что женщины, вынужденные самостоятельно заботиться об эмоциональном состоянии и здоровье детей, чаще испытывают чувство опустошенности и получают меньше удовольствия от жизни.

Откуда берется невидимый труд?

«Механизм сохранения невидимого труда заключается в том, что вы не воспринимаете себя как работника, вы не воспринимаете себя как человека, который имеет определенные права на работе», — отмечает Черри.

Когда работники начинают объединяться с другими работниками на основе своего трудового опыта, они могут подавать коллективные жалобы, организовывать профсоюзы или бороться с системой при помощи существующих законов. Но когда люди в принципе не понимают, что они работают, как это часто и происходит в случае с невидимым трудом, они не способны объединяются с другими работниками.

Именно поэтому и существует невидимый труд: иногда вообще трудно понять, что он существует. Это утверждение одинаково верно и для сотрудника, который замечает, что у него становится меньше денег и свободного времени из-за того, что ему приходится покупать специальную одежду и ухаживать за собой определенным образом, чтобы выглядеть представительно, и для матери, которая не понимает, почему в конце дня она устает сильнее, чем ее партнер. Они могут этого не осознавать, но корень у этих проблем один и тот же.

Как решить эту проблему?

По словам Черри, во время феминистического движения 60-х годов, женщинам удалось определить общие проблемы и выделить общий опыт, и использовать эти находки в своей политической деятельности. Именно это необходимо для улучшения ситуации с невидимым трудом: он должен стать видимым для того, чтобы с ним можно было что-то сделать.

Существует множество индивидуальных решений, которые позволяют снизить объем невидимого труда, приходящегося на одного человека: например, можно поговорить с членами своей семьи о разделении домашних обязанностей или составить таблицу домашних дел, чтобы отслеживать, кто что делает. Однако подобные решения должны поддерживаться коллективными усилиями.

Более важными являются глобальные, масштабные решения, которые помогают снизить количество «невидимого труда» на уровне всей системы. Хохшильд отметила, что после выхода ее книги о «второй смене», государственные и корпоративные нормы стали медленно меняться: например, стали появляться декреты для отцов или бесплатные детские сады (вот здесь мы подробно рассказывали, чем полезны отцовские декреты).

Читать еще:  Пейзажи и цветы. Румынский художник. Oana Voda

Однако это только начало, и до решения проблемы еще очень далеко.

Женщины до сих пор продолжают проделывать всю невидимую работу по дому: это является частью патриархального уклада, который ценит женщину только за ее способность быть «хорошей женой и матерью», и на разрушение этой установки уйдет еще больше времени.

Ещё почитать по теме

Разделение семейных обязанностей на мужские и женские — это устаревшая фигня: расшатываем скрепы вместе с Ирой Зезюлиной

«Почему отцам нужно напоминать о том, что смена подгузников, прогулка в парке и приготовление каши — это нормально?»: колонка о том, что равноправное родительство — все еще больше исключение, чем правило

Тайна человека-невидимки

Теперь, когда первая волна сенсационных заметок схлынула, можно поговорить об изобретении серьезно. Оно и вправду сенсационное, хотя в его названии нет ничего даже близкого ни к шапке, ни к мантии: «Способ преобразования частоты оптического излучения».

Внешне профессор чем-то похож на типичного литературного героя-ученого, совершающего революционное открытие. Взгляд рассеянный, прическа растрепана, весь углублен в себя, в какие-то размышления. И только слова «свет» или «наночастицы», как пароль, зажигают искры в его почти черных глазах, после чего можно долго слушать рассказ о чудесах квантовой физики. Никаких других увлечений — ни рыбалки, ни охоты, поскольку «в физике столько для меня приятных моментов, что дополнительные увлечения не нужны». Разве что давняя любовь к истории и классической музыке.

— Так, может, и вправду все это выдумки падких на сенсации журналистов, и достижение эффекта невидимости остается уделом сказочников и писателей-фантастов? — спрашиваю Олега Николаевича, предварительно озвучив пароль.

— Отчего же, — возражает Гадомский. — Нет, не выдумки. Мы уже поняли, что принципиально эффект невидимости достижим. Если наночастицы (микроскопические частицы величиной в миллионную долю миллиметра) расположить тонким слоем на расстоянии примерно в один нанометр или даже создать некие толстые слои из наночастиц, «уложенных» строго определенным образом, то между частицами на этом микроскопическом уровне возникает электромагнитное взаимодействие — так называемый ближнепольный резонанс. И появляются совершенно новые, уникальные свойства структуры, потому что она может менять характеристики попадающего на нее света, менять его спектр (цвет), полностью отражать или, наоборот, полностью поглощать. И этими способностями слоя можно, как мы выяснили, эффективно управлять. То есть, например, менять цвет, полностью отражать свет или доводить до нуля отражательную способность слоя. Он будет полностью пропускать свет, никак его не задерживая. А если он ничего не отражает, то, значит, мы не увидим предмета. То есть можно добиться идеальной прозрачности, идеального отражения или поглощения.

Олег Николаевич уверен: возможность делать предметы невидимыми, а главное, управлять этим явлением — уже не фантастика

Правда, если мы хотим сделать предмет невидимым, надо, чтобы он тогда весь состоял из такой наноструктуры. А нам-то ведь надо, чтобы все было просто: накрылся плащом — и никто не видит. Но толку от даже идеально прозрачного плаща мало. Да, покрытие само не будет отражать свет и, следовательно, будет невидимым. Но будет отражать тот предмет, что находится за ним, а значит, он уже не невидимка. Можно сделать так, что «волшебная» пленка будет полностью поглощать свет. Он тоже не будет отражаться, но тогда мы увидим вместо предмета черное пятно. Можно, чтобы она пропускала свет через себя, а затем рассеивала, и тогда мы увидим вместо предмета какое-то расплывчатое, туманное облако. Но чтобы предмет стал невидимым, надо сделать так, чтобы было видно то, что находится за ним. А вот как это сделать, этого пока еще никто не смог придумать.

Впрочем, Олег Николаевич уверен: возможность делать предметы невидимыми, а главное, управлять этим явлением — уже не фантастика.

Пока по поводу невидимости никаких практических результатов нет — все это теория и математика, проверенная на компьютерных моделях. Тем не менее практикой уже доказана верность теории, утверждает профессор. А именно, доказано то, что было давно известно, но необъяснимо: почему формула Френеля, объясняющая условия отражения и преломления света, работает не на всех углах. Есть так называемый угол Брюстера, при котором формула не работает, потому что свет ведет себя иначе. Все об этом знали, но не могли доказать ни математически, ни физически. Теперь, говорит профессор Гадомский, теория, которую он разработал со своими коллегами, полностью объясняет парадоксы формулы Френеля. А значит, теория верна.

Но вообще-то все эти свойства невидимости — не более чем эффекты, обнаруженные Гадомским и его коллегами по пути, в процессе работы над основным направлением. А основное направление, которое и описано в заявке на изобретение, — создание монитора нового поколения. То, что изобрел Олег Николаевич, позволяет создать совершенно необычный монитор. То есть оказывается, что его теория управления светом и цветом, подтвержденная компьютерными моделями, позволяет создать цветной монитор, где каждый пиксель будет иметь возможность менять свой цвет, при этом, утверждает профессор, такие мониторы должны стать на порядок дешевле и технологичнее тех, что существуют сегодня. Подобный монитор уже не боится ни ультрафиолетовых лучей, ни механических воздействий. Он может быть любых размеров, он может быть толщиной с плотную бумагу, и его можно будет сворачивать, например, в рулон и возить с собой как передвижной экран, наподобие тех, что сегодня используют киношники. В экономичности и надежности и есть революционность изобретения. Если учесть, что сегодня продажа дисплеев только одного типа дает производителям в год десятки миллиардов долларов, то изобретение Гадомского, по его мнению, даст во много раз больший экономический эффект, произведя в технологии изготовления дисплеев настоящую техническую революцию.

И если по поводу шапки-невидимки еще надо проводить дополнительные исследования, то к реализации идеи создания дисплеев нового поколения Гадомский со своими коллегами готовы приступить хоть сейчас. Были б только средства на это.

Более полугода он молчал и никому не рассказывал о своем открытии.

— Почему? — спрашиваю я.

— А разве можно о своих открытиях тут же рассказывать всем? — отвечает он вопросом. — В наше время все быстро схватывается. После того как ты объявил об изобретении, в запасе остается примерно год-полтора. В Кембриджском университете, когда они придумали полимерные дисплеи, способные произвести революцию в этом направлении, создатели ушли на три года «на дно», пока не нашли нужного финансирования и не смогли выйти на рынок с конкретными изделиями. Но ульяновский профессор вынужден сообщить о своем изобретении, потому что иначе оно обречено на тихое лежание в столе, так и не воплотившись в реальную жизнь.

— Дело в том, — говорит он, — что у нас в стране пока еще система подбора и поддержки важных изобретений не работает. А современные приборы и устройства уже нельзя делать в гараже или в сарае. Нужно специальное оборудование. Но я не хочу, — говорит профессор, — чтобы с нашей идеей случилось так, как произошло с разработками академиком Алферовым теории гетероструктуры, которыми воспользовались совсем другие люди, заработавшие на этом миллиарды долларов.

Гадомский уверен, что пока в мире ничего подобного нет. Надеется, что если найдутся те, кто поймет перспективы его открытия, то найдутся и средства. Для того чтобы перейти к реальным экспериментам, пока требуется около 150 тысяч долларов в год. Идеальный вариант — если б появилась возможность создать под крылом государства спецлабораторию. «Это позволило бы за год сделать рывок», — говорит Олег Николаевич.

В общем-то желающие использовать его теорию уже есть. Сразу же после первых, пусть даже не очень точных публикаций звонили уже из Южной Кореи. Интересовались возможностями сотрудничества, спрашивали, сколько ему надо средств для продолжения исследований и проведения экспериментов. Предлагали вообще выкупить у него право на дальнейшие исследования.

— Но я не хотел бы работать на другие страны, — говорит профессор. — Почему идеи российских ученых должны приносить доход другим, а не России, где родилась идея?

На днях он получил письмо от группы ученых из Италии (Рим) и США (Пенсильвания), которые сообщают, что они тоже работают над теорией невидимости, изучая свойства нано-структур. И только что опубликовали свою статью об этом. Правда, на полтора года позже Гадомского. И хотя, по словам Гадомского, в своей теории они пока отстают, время поджимает.

Мировые поиски «невидимки»

Университет Токио, который занимается разработкой «оптического камуфляжа», сумел сделать мифический плащ-невидимку реальностью.

Как было продемонстрировано на Nextfest, выставке новых технологий в Сан-Франциско, вполне реально смотреть прямо сквозь человека, одетого в специальный плащ, и видеть очертания предметов за ним. Об этом пишет Independent в материале, перевод которого публикует Inopressa.ru.

В технологии «оптический камуфляж» используются бусины в виде мелких камер и экранов мини-прожекторов. Камеры передают данные на другую сторону плаща, и то, что видно со спины, передается на переднюю часть, и наоборот.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector