Новозеландский художник. Sarah Dolby

Новозеландский художник. Sarah Dolby

Маори новозеландского художника Чарльза Голди

Чарльз Фредерик Голди – художник из Новой Зеландии, известный серией портретов Маори (представителей коренных племён Новой Зеландии и окрестных островов). Родился в 1870 году, умер в 1947. Его отец, Дэвид Голди, был известным политиком и успешным предпринимателем, который торговал древесиной. А его мать Мария Партингтон была художником-самоучкой. Именно она привила Чарльзу любовь к изобразительному искусству.

Молодой художник совмещал работу в отцовском бизнесе и обучение живописи. Но тяга к искусству взяла верх, и Чарльз Голди уехал в Париж изучать изобразительное искусство. Это был 1891 год – расцвет импрессионизма и авангарда. Однако, школа в которой учился Голди, придерживалась строгих принципов относительно программы обучения, которая состояла исключительно из традиционных основ преподавания. Чарльз Голди получил классическое образование художника.

В 1898 году он вернулся домой в Новую Зеландию и вместе со своим прошлым учителем организовал свою собственную школу искусств. Первой работой, которой на себя обратил внимание Чарльз, была картина, изображающая измождённых долгим морским плаванием представителей племени Маори. Картина не выдерживает никакой критики относительно исторической достоверности катамарана и внешнего вида туземцев. Но она потрясающе передает жуткую атмосферу, которая предшествует кораблекрушению и скорой гибели путешественников.

В 1901 году Голди открыл свою собственную студию. Именно в этот период времени у него в полной степени проявился интерес к традиционной культуре коренных племён Новой Зеландии. Он путешествовал в далёкие деревни Маори, приглашал к себе в студию аборигенов, фотографировал их и рисовал.

Во времена творческой активности художника, традиция Маори украшать тело и лицо татуировкой уже ушла в прошлое. Именно поэтому большинство тех, кто изображен на его портретах – это пожилые люди. Его работы подвергались критике со стороны современников. Многие говорили, что его живопись вообще не является искусством. Не смотря на это, в первом десятилетии XXI века его работы продавались на аукционах за суммы, которые превышали 500 тысяч долларов США. Чарльз Голди имеет последователей и в наши дни. Работы современного австралийского художника Пола Джексона вполне можно назвать копией того, что рисовал Чарльз Голди.

Гейнсборо. Портрет Сары Сидонс

Томас Гейнсборо. Портрет Сары Сиддонс. 1783 — 1785 годы.Лондонская национальная галерея.

Самым крупным английским художником XVIII века был Томас Гейнсборо (1727-1788). Классические традиции почти не оказали влияния на его творчество.
В своих портретах Гейнсборо почти никогда не дает типических характеристик, свойственных портретам Рейнолдса.

Его не интересует ни профессия, ни общественная роль изображаемого лица. В каждой модели художника прежде всего привлекает ее духовная индивидуальность, ее настроение. Отсюда удивительная психологическая тонкость и одухотворенность портретных образов Гейнсборо, который становится одним из самых признанных портретистов Англии, однако всеобщее восхищение вызывали и его пейзажи. В 1774 году Томас Гейнсборо получает звание придворного художника, его слава соперничает со славой самого Рейнолдса. Но портреты, которые они пишут, абсолютно различны по манере, технике, колориту. Палитра Гейнсборо становится все более светлой и воздушной, приближаясь порой по по своему нежному звучанию к пастели.

Техника живописи тоже обретает все большую своеобразность. Смелая и нервная кисть художника то оставляет на полотне почти графический штрих, то ложится пятнышками разноцветных мазков; при взгляде на расстоянии они образуют форму и фактуру предметов. В 80-е годы художник один за другим создает свои шедевры — Утреннюю прогулку и Портрет Сары Сиддонс. Картина Утренняя прогулка создана художником в 1785 году. Гуляющая по лесу пара возникает перед нами как образец супружеской гармонии и верности. Глядя на них, мы почти слышим их неторопливый разговор, шуршание травы под ногами. Изысканные наряды, требующая внимания белая собачка — все словно растворено в окружающем их прекрасном мире.

Портрет Сары Сиддонс — портретный шедевр Гейнсборо. Сара Сиддон, одна из двенадцати детей владельцев бродячего театра, сумела стать ведущей актрисой своего времени. Ее портреты писали и Рейндолдс, и Лоуренс. Однако, пожалуй, только Гейнсборо удалось увековечить облик этой великой актрисы, сумевшей прийти через все тернии к славе. Сара сидит в кресле на фоне красной драпировки, которая выгодно оттеняет голубой костюм актрисы (голубой был любимым цветом художника).
Ее изящный, чуть хищный профиль венчает черная шляпа с перьями, смотрящаяся на ней как корона. Желтый шарф актрисы хорошо сочетается с коричневой меховой муфтой, лежащей у нее на коленях. Всем своим видом Сара как бы говорит: «Смотрите на меня, вот я какая. И всем, что у меня есть, я обязана только самой себе».

Читать еще:  Полезно знать: уборка после ремонта

Ее бледно-желтый шарф и коричневый мех контрастируют с синими лентами в декоре платьев, но еще более драматично контрастирует массивная черная шляпа с пером на ярко-красном фоне. Сара на портрете выглядит очень уверенно. Взгляд ее карие глаза острый и насмешливый. Она четко знает свою ценность, но не впадает в высокомерие.

СИДДОНС, САРА КЕМБЛ (Siddons, Sarah Kemble) (1755–1831), английская актриса. Известность актрисе принесли ее классическая красота, мастерство сценической речи, но прежде всего трактовка образа леди Макбет: Сиддонс считается едва ли не лучшей леди Макбет в истории мирового театра. К числу других ее актерских удач относятся Дездемона и Волумния в шекспировском Кориолане. Сиддонс оставила сцену в 1818 после ряда триумфальных прощальных спектаклей.
Умерла Сиддонс в Лондоне 8 июня 1831. Её статуя находится в Вестминстерском аббатстве.

Маори новозеландского художника Чарльза Голди

Чарльз Фредерик Голди – художник из Новой Зеландии, известный серией портретов Маори (представителей коренных племён Новой Зеландии и окрестных островов). Родился в 1870 году, умер в 1947. Его отец, Дэвид Голди, был известным политиком и успешным предпринимателем, который торговал древесиной. А его мать Мария Партингтон была художником-самоучкой. Именно она привила Чарльзу любовь к изобразительному искусству.

Молодой художник совмещал работу в отцовском бизнесе и обучение живописи. Но тяга к искусству взяла верх, и Чарльз Голди уехал в Париж изучать изобразительное искусство. Это был 1891 год – расцвет импрессионизма и авангарда. Однако, школа в которой учился Голди, придерживалась строгих принципов относительно программы обучения, которая состояла исключительно из традиционных основ преподавания. Чарльз Голди получил классическое образование художника.

В 1898 году он вернулся домой в Новую Зеландию и вместе со своим прошлым учителем организовал свою собственную школу искусств. Первой работой, которой на себя обратил внимание Чарльз, была картина, изображающая измождённых долгим морским плаванием представителей племени Маори. Картина не выдерживает никакой критики относительно исторической достоверности катамарана и внешнего вида туземцев. Но она потрясающе передает жуткую атмосферу, которая предшествует кораблекрушению и скорой гибели путешественников.

В 1901 году Голди открыл свою собственную студию. Именно в этот период времени у него в полной степени проявился интерес к традиционной культуре коренных племён Новой Зеландии. Он путешествовал в далёкие деревни Маори, приглашал к себе в студию аборигенов, фотографировал их и рисовал.

Во времена творческой активности художника, традиция Маори украшать тело и лицо татуировкой уже ушла в прошлое. Именно поэтому большинство тех, кто изображен на его портретах – это пожилые люди. Его работы подвергались критике со стороны современников. Многие говорили, что его живопись вообще не является искусством. Не смотря на это, в первом десятилетии XXI века его работы продавались на аукционах за суммы, которые превышали 500 тысяч долларов США. Чарльз Голди имеет последователей и в наши дни. Работы современного австралийского художника Пола Джексона вполне можно назвать копией того, что рисовал Чарльз Голди.

SARAH MOON. ХУДОЖНИК ДОЛЖЕН ПОТЕРЯТЬСЯ

«Я думаю, что сущность фотографии черно-бела. Цвет – всего лишь отклонение…»

«Люди смотрят на фотографии и говорят: «Так они же не резкие!» Я не понимала, потому что я так видела вещи. Я никогда в своей жизни не носила очков.»

Читать еще:  Новые направления современного арт-рынка

Мариель Хаданг родилась в 1941 году в Париже. Она стала известна под псевдонимом Сара Мун. В 60-е работала моделью от кутюр, брала уроки рисунка. В 1968 году начала фотографировать, работала для многих журналов мод: «Элль», «Вог», «Харпер’с базаар». Но в конце концов отказалась от мира моды, перейдя к субъективной фотографии. С 1979 года она участвовала в нескольких кинопроектах. В 1983 году делает персональную выставку в Международном центре фотграфии, Нью-Йорк. В 1995 году получает французский Гран-при фотографии, ее ретроспектива проходит в Национальном центре фотографии в Париже.

ФРАГМЕНТЫ ИНТЕРВЬЮ С САРОЙ МУН.

Журнал «Weekend» № 42(3126) от 11.03.2005

— До того, как стать фотографом, вы некоторое время работали моделью. Помните ощущения того, кто находится по другую сторону камеры?

— Помню только, что это какое-то абсолютно пассивное состояние! Это все было очень давно. Я тогда была очень молода, интересовалась модой, потом увлеклась фотографией. Потом поняла, что снимать предметы и людей гораздо интереснее, чем одежду. Но, наверное, знакомство с модой задало некоторое направление моей жизни. Если бы этого периода не было, все было бы по-другому.

— Вы нечасто говорите о людях, которых могли бы назвать своими учителями.

— Все в жизни, что нам нравится, оказывает влияние. Если копаться совсем глубоко, то первооткрывателем силы образа и визуальной картинки для меня был Сергей Эйзенштейн. Мне все его фильмы, работы настоящего мастера, дали очень много задолго до того, как я открыла для себя фотографию. А вообще-то первыми фильмами, которые я увидела, были немое кино и немецкие импрессионисты. Возможно, детские впечатления действительно самые сильные. По крайней мере, силу чувств, какие-то переживания я всегда пытаюсь отразить в своих работах.

Статья: ХУДОЖНИК ДОЛЖЕН ПОТЕРЯТЬСЯ

Автор: Михаил Сидлин

– Фотография – это искусство припоминания, памяти?

– Да. Для меня это играет важную роль. Я думаю, это скорее бессознательное, это очень трудно сформулировать. Когда вы меня спрашиваете «почему вы сделали это?», я не знаю ответа. Есть нечто, что трогает меня, что я хочу отметить. Когда я собираюсь в цирковую школу, я не знаю мотивации, не знаю, почему мне это так нравится. Мне нравится то, что на арене каждый заботится о себе сам – старается делать то или другое… Это важный символ. Это не про память, это про открытие и узнавание в то же самое время. Есть нечто в памяти…

– Нечто в коллективной памяти, может быть?

– Я всегда думала, что есть коллективная память и коллективное бессознательное. Но я не знаю мотивации. Она находится тогда, когда начинаешь идти вперед.

– Есть прямая фотография и постановочная фотография. Вы используете и то и другое?

– Да. Потому что и в жизни тоже есть постановка. Когда я вижу постановку в жизни, то этого достаточно. Когда я не вижу постановки в жизни, я ставлю сама. В любом случае это выдумка. Я трансформирую реальность – как бы там ни было, я не говорю «правды». Я верю в то, что, для того чтобы верить, нужно верить. Это очень сложно.

– То, что вы делаете в своих художественных фотографиях, очень отличается от того, что вы делали в модной съемке. Вы снимали для календаря Пирелли…

– Это ошибка моей молодости! Пирелли… это было для меня тем, чем было, – Пирелли приглашает фотографов, чтобы делать календари. Это запрограммированный язык, и вам платят за то, чтобы вы сделали это так хорошо, как вы можете. Мода – это запрограммированный язык, который связан с сексуальной привлекательностью. Когда вы делаете такую съемку, у вас бывают хорошие снимки и плохие. А если вы работаете с артдиректором, он использует те снимки, какие он хочет, и он использует плохие, потому что он берет те фотографии, где девушки больше раздеты. Но когда это помещают на стену и говорят, что это – искусство, то я говорю: нет, это не искусство; и я не хочу, чтобы меня ассоциировали с такого рода искусством. Для меня это чисто коммерческая работа, которая иногда прекрасна: вы можете сделать прекрасные художественные фотографии, потому что вы пробуете свои возможности. Некоторые из моих фэшн-съемок мне до сих пор нравятся, потому в них есть то качество, которого нельзя достичь дважды. Так что дело не в том, что я считаю заказную работу – фальшивой, дело в том, что каждый заказ – это попытка, и мне это нравится. Наконец, если бы меня не просили снимать моду, я бы никогда ничего не сделала, потому что если бы я не занялась этим, то никогда бы не поверила в себя в достаточной степени. Сулаж – вы знаете такого художника?

Читать еще:  Необычные фотографии насекомых

– Да. Я делал с ним интервью, когда он был в Москве.

– Сулаж сказал, что ремесленник знает свой путь, и он идет этим путем, чтобы делать свое дело; но художник должен потеряться, чтобы найти свой путь. Прекрасно сказано. И в этом – различие. Так что я всегда говорю молодым фотографам: вы можете заниматься этим, но вы всегда должны думать своей головой.

И еще одно высказывание Сары Мун о взаимодействии с моделью:

«Я – там, перед нею. Я понятия не имею, что она должна сделать, и даже если бы я представляла себе, я не знаю, как сказать ей. Я чувствую, что это должно прийти от нее, это похоже на гипноз, я смотрю и смотрю, и жду. Конечно, время от времени, я щелкаю затвором, но только для того, чтобы подбодрить ее, подбодрить себя, подбодрить каждого вокруг.»

Работы канадского дизайнера интерьеров Sarah Richardson

Сара Ричардсон известная во всем мире дизайнерская и телевизионная личность, превращает обычные пространства в достойные журнала комнаты вместе с Томми Смайт, который известен своим тонким чувством стиля.Томми работает вместе с Сарой Ричардсон в качестве неотъемлемого члена своей дизайнерской команды уже более 10 лет.

Сара родилась 22 октября в Торонто, в 1971 году. Свою карьеру она начала в 1994 году в качестве помощника стилиста. После стала работать телеведущей в программах, посвященных дизайну.

Ее отец преподавал в городском университете историю искусства и архитектуры, а мать работала над проектированием старого города. Благодаря своему врожденному обаянию и неповторимому дизайнерскому стилю Сара очень быстро стала популярной. На данный момент пользуется большим спросом, как телеведущая. Сара замужем, у нее две дочки.

Сара известна своим оптимистичным подходом к созданию элегантных дизайнов интерьеров, она вдохновляет и расширяет возможности зрителей, легко делится советами. Ее способность привлекать и вдохновлять зрителей заработала преданных поклонников во всем мире.

У Сары есть чему поучиться! Мне нравится ее легкий подход к дизайну , ее любовь к переделке винтажной и антикварной мебели. Это дает ощущение уюта, как будто эта мебель здесь была всегда. Она рассказывает как грамотно распределить бюджет, где лучше выбрать дорогой материал, даже в ущерб бюджету, а на чем можно сэкономить. Отправной точкой в создании интерьера, что самое интересное, является текстиль, или один предмет какого-то цвета! Она выбирает оригинальный и интересный рисунок ткани, подбирает к ней ткани, которые поддерживают цветовую гамму основной ткани. К этим цветам подбираются различные рисунки: полоски, клетка, горошек и другие, главное что бы цвета повторялись.

Вот несколько фотографий дизайна Сары Ричардсон. Наслаждайтесь! Это действительно вдохновляет.

У стола и стула ножки изумительные.

Волшебная мебель, изголовья у кровати вообще всегда роскошными получаются.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector