Испанский художник. Carlos San Millan

Испанский художник. Carlos San Millan

Почему уничтожили полотно Пикассо, и как его вернула нейросеть

Коллаж © LIFE. Фото © Imagno / Getty Images, © Архив

» src=»https://static.life.ru/posts/2019/09/1244471/f2e1be41765dd03423525f91f2efde87.jpg» loading=»lazy» style=»width:100%;height:100%;object-fit:cover»/>

Видели полотно «Старый гитарист»? Если да, то вы знаете, о чём речь. Если нет — посмотрите внимательно. И ещё раз. Очень внимательно.

Эту картину Пабло Пикассо написал, когда ему было 22. И, как вы уже поняли, ему тогда было очень плохо. Вообще, весь «голубой период» надо понимать не только в смысле цветовой гаммы, но и в смысле «грустный».

На самом деле начиналось всё довольно бодро и весело: уже и Королевская академия изящных искусств в Мадриде успела надоесть, и приехал в Барселону, и выставки персональные, и любимое кафе «Четыре кота», и бордели, и всё прочее для искусства и вдохновения. А главное — друг был. Тоже художник, конечно. Звали его Карлос Касагемас. Посмотрите, какие картины писал.

Они с Пикассо очень дружили. А Карлос любил одну девушку. Жермен. Жермену Гаргальо. Ударение на последний слог — француженка. Танцовщица. Они одно время все вместе где-то «тусили», и 19-летний Касагемас влюбился безоглядно и навсегда. А она отвергала. Может быть, вся беда в том, что у мальчика были проблемы с потенцией, а может, просто сердцу не прикажешь, кто знает. Страдал невыразимо. Писал ей письма. Предлагал замуж. Пикассо, само собой, как мог поддерживал. Однажды друзья вместе провели Рождество, а потом поехали к родственникам Пикассо в Малагу Новый год встречать. Но там как-то Касагемас не очень красиво себя повёл, и Пикассо в сердцах его выпроводил. Друг уехал, отправился прямиком в Париж к Жермен и получил очередной отказ. Тогда Касагемас объявил, что возвращается в Испанию, и устроил прощальный ужин. Пригласил друзей и эту девушку. Пикассо там не было. И вот на этой вечеринке, действительно прощальной, художник в последний раз просит её выйти за него. Она говорит «нет», он достаёт пистолет и стреляет. Сначала в неё, потом в себя. В неё не попал. Умер в больнице.

Картина Пабло Пикассо «Смерть Касагемаса», 1901. Фото © «Артхив»

Если бы не это, вероятно, не было бы никакого «голубого периода». Конечно, Пикассо горевал и винил себя. На первых картинах, написанных после этого, — собственно Касагемас в гробу. На одной — с простреленным виском, на другой рядом плакальщицы, а наверху на небо его провожают три голые девицы в чулках, по мнению искусствоведов, подруги его и Пабло, и одна из них — Жермен.

Картина Пабло Пикассо «Похороны Касагемаса», 1901. Фото © «Артхив»

Потом Пикассо ещё много раз его писал. Судя по этим картинам, красивый был молодой человек. Выразительное лицо. Взять хотя бы широко известную поразительную (простите за субъективное мнение) картину «Жизнь». У парня, который обнимает девушку, лицо тоже — Касагемаса.

Картина Пабло Пикассо «Жизнь», 1903. Фото © Flickr/NichoDesign

И на всех картинах «голубого периода» — то же страдание, та же боль. И ещё немощь. Старость. Часто изображал слепых. Всё это одно большое размышление о жизни.

И вот наконец мы смотрим на «Слепого гитариста», картину 1903 года. Три года прошло, а краски те же. Музыкант повесил голову так, как будто умер, играя. Не доиграв. Худые ноги и руки, длинные пальцы — всё это искусствоведам и вообще понимающим в живописи людям напоминает Эль Греко. Пикассо им восхищался. Да… Так вот, видим седую голову, шею… Заметили, да? Там лицо. В смысле не лицо гитариста, там виднеется какое-то другое. Женское. А если на гитару посмотреть, то просматривается вроде как нога. Когда полотно «просветили» рентгеном, убедились, что так и есть: под одной картиной прячется другая.

Эксперты говорят, объясняется это весьма прозаично: в те времена Пикассо был нищим и у него просто не хватало денег на новые холсты. Он рисовал женщину, кормящую ребёнка грудью, а потом решил создать новое произведение, но было не на чем. И он решил, что этой работой можно пожертвовать. Только в мире искусства с этим категорически не согласны.

Эту женщину решили вернуть. Но до сих пор это было практически невозможно: силуэт слишком смутный, какие краски использовались, непонятно. По сути это означает, что нужно было писать картину заново. Но ведь ни один человек не сможет повторить Пикассо при всём желании: это будет другой человек, у него другая жизнь. Всё другое. Вот именно. Ни один человек. Через сотню лет после смерти Касагемаса настало новое время. И новые люди задались вопросом: а что, если восстановлением картины займётся не человек? И они познакомили с шедеврами живописи нейросеть — сеть искусственных нейронов. По образу и подобию мозга. Ещё не разум, скорее, идеальная машина для объективной обработки информации. В ней не хранится память о том, как мать рассказывала сказки, нет воспоминаний о погибшем друге. Нет никакого личного восприятия. Нет своей жизни. Есть только картины Пикассо. Искусственный интеллект «просканировал» весь «голубой период». От него не ускользнуло ничто: машина. А потом ему показали силуэт и дали задание — закончить работу так, как это сделал бы автор всех этих картин. И вот что скрывалось за слепым одиноким человеком и гитарой, по его скромному искусственному мнению.

В целом получается в том же духе — сплошное одиночество и тоска, верно? Правда, говорили, что у неё ребёнок должен был быть на руках. Это, наверное, она его правой рукой держит. Разработчики подчёркивают, что никто не претендует ни на какую нейросетевую гениальность и вообще не решится окончательно и бесповоротно объявить, что картина была именно такой. Но для истории искусства — пригодится.

vanatik05

vanatik05 (Nataly)

«Сколько же полотен
Этих светогамм!
Благодарна, Господи!
Только б свет звучал.
Как палитра многогранна
Звукополотна!
Цветовые звукопятна,
Все звукотона. «

ХОАКИН ТУРИНА

Мы уже говорили раньше о немецком, американском и итальянском направлениях импрессионизма, каждый из них, родившийся от французского, имел свои особенности, вспомните социальную и политическую направленность итальянских сюжетов или характерную немецкую экспрессивность. Пожалуй, самое большое влияние французский импрессионизм оказал на испанских художников, многие из них долгие годы жили и работали в Париже, в отличие от итальянцев они много путешествовали, разнообразная природа Испании привлекала их своими пейзажами, стиль многих из них был более размашистым, они использовали более интенсивный цвет, чем французы, любили яркий белый, насыщенный красный, «вибрирующие» поверхности, «искры» на воде, солнечный свет. Можно сказать, что в их картинах «отражался воздух Испании».

.

Большая заслуга в этом принадлежит не только великим предшественникам импрессионистов, например Веласкесу, но и их современнику и учителю бельгийского происхождения, большую часть жизни прожившему в Испании — CARLOS DE HAES (1826-1898). Его называли «первооткрывателем испанского ландшафта» и проводником идеи работы на пленэре.

Одним из первых его учеников был Мартин Рико (1833-1908), родившийся в артистической семье, получивший первоначальное художественное образование в Школе изящных искусств Сан-Фернандо. Затем он учился у своего брата Бернардо и работал как рисовальщик и гравер. Мартин начинал как последователь Барбизонской школы и Тернера, под влиянием его работ пейзажи Рико становятся более «очеловеченными»,

Читать еще:  Здесь и сейчас. Alfredo Lopez

а его путешествия по Европе, знакомство с художниками разных направлений, особенно с Писсарро, все больше склоняют его к импрессионизму. Он очень много времени проводит в Англии, Франции, Швейцарии.

Любимым и последним местом в его жизни становится Венеция, которую он воспел в многочисленных картинах,

получивших признание зрителей и критики, и имевших особенный успех в США, где находится большинство его работ того периода.

Ignacio Pinazo Camarlench (1849 — 1916), один из самых известных художников Валенсии, родился в бедной семье и вынужден был с раннего возраста зарабатывать на жизнь укладчиком декоративной плитки и ювелирными работами по серебру. После смерти родителей он жил с дедушкой и бабушкой, страсть к рисованию привела его в Художественную академию Сан-Карлос в Валенсии, он обеспечивал свое существование в это время изготовлением шляп. Первый успех пришел к нему в возрасте 21 года на Национальной выставке в Барселоне.

После пятилетнего пребывания в Италии Игнасио вернулся на родину, резко изменив свои пристрастия: вместо обычных для него исторических тем он перешел к семейным сюжетам, сценам из повседневной жизни и обнаженной натуре.

Это было уже началом более интимного импрессионистского направления не только по сюжетам, но и по более живому, рыхлому стилю, использованию пленэра, хотя у него все еще преобладали более темные краски, характерные для классической испанской живописи.

Луис Хименес Аранда (1845 — 1928), родился в Севилье, в семье художников и первые навыки рисования получил у своего брата Хосе, а затем продолжил свое образование в Академии искусств Севильи. После завершения учебы, он переехал в Мадрид, где в течение непродолжительного периода жил и знакомился с творчеством испанских мастеров в музее Прадо.

В 1867 году он отправился в Рим для дальнейшего изучения живописи, написав несколько картин, имевших успех на мадридских выставках. В Италии он находит свой стиль и темы, рисуя бытовые сцены в элегантных интерьерах и садах 18-го века.

В 1874 году Хименес впервые приезжает в Париж, чтобы заключить контракт с артдилерами на продажу своих картин. В 1876 Луис поселился в Париже, и уже в следующем году начинает выставляться в Парижском Салоне, пользуясь репутацией мастера, сильного в характеристике изображаемых лиц и происшествий, блестящего в колорите и виртуозно владеющего кистью.

С 1890 года Хименес, благодаря знакомству со многими парижскими художниками и увлечению творчеством Сорольи, заинтересовался передачей света и «воздуха» в работах импрессионистов, что и привело его окончательно в их лагерь.

Теперь я перехожу к трем художникам, которые работали в основном в Испании и смогли передать ее образ, ее дух, ее ландшафты в своих картинах очень по-разному, но ярче всех представляли своими работами импрессионистское направление в испанской живописи того времени. Это художники Beruete, Sorolla и Regoyos.

Laureano Barrau (1863 — 1957), родился в буржуазной семье, учился в Школе изящных искусств в Барселоне, а после переезда в Мадрид изучал живопись по картинам великих мастеров в Прадо. Начав затем учиться в Париже в Художественной Академии у знаменитого Жерома, он уже спустя два года получает Римскую премию в Барселоне, давшую ему возможность продолжить изучение теперь уже великих итальянских мастеров.

Он приобретает известность и награды в главных городах Европы и уже с 28 лет участвует в выставках Парижского Салона изящных искусств.

В 47 лет Барро поселяется с семьей на острове Ибица, очарованный его красотой, он пишет там свои лучшие работы, наполненные светом и цветом, и остается там до конца жизни.

Там же после его смерти жена открывает в 1963 году рядом со старой четырехсотлетней церковью музей, в котором хранится около 200 его картин.

На мой взгляд, его работы прекрасны, эмоциональны, радостны, пронизаны светом и лучше всего соответствуют понятию «импрессионистский стиль».

Joaquín Sorolla y Bastida (1863 — 1923) родился в Валенсии в семье торговца. Уже через 2 года он и его младшая сестра остались сиротами после смерти родителей, вероятно, от холеры, и их воспитывали родственники матери. С 9 лет у Хоакина проявились художественные наклонности и он начинает получать образование сначала в своем городе, а 18 лет оправляется в Мадрид изучать наследие великих испанцев в Прадо.

После службы в армии, благодаря полученному гранту, он в течение четырех лет учится живописи в Испанской академии в Риме, ненадолго едет в Париж, где происходит его первое знакомство с современной французской живописью.

В 1988 году Соролья возвращается в Валенсию, женится, у него рождаются один за другим трое детей, а в 1985 году вся семья переезжает в Мадрид, где он увлечен написанием больших полотен на исторические и мифологические темы, успешно участвует в выставках в Мадриде, Европе и США.

Вскоре он становится признанным главой современной испанской школы живописи, выставляется в Париже на Всемирной выставке, за участие в которой награждается почетной медалью и орденом Почетного легиона, становится членом сразу трех академий — Парижа, Лиссабона и родной Валенсии.

Участие Сорольи в 1906 году в большой выставке (около 500 его работ) в Париже, принесло ему звание «Офицера ордена Почетного легиона». В 1911 году он начал большую серию картин об Испании по контракту с американским магнатом и меценатом Хангтингтоном. В этих работах, которые были закончены в 1919 году, с любовью и вдохновением представлена жизнь и природа испанских провинций.

Три последних года жизни художник был парализован после инсульта, случившего у него во время работы в саду за мольбертом. Он оставил после себя свыше двух тысяч произведений, все оставшиеся работы вдова передала в дар Испанской республике, и они составили основную коллекцию Музея Сорольи в его доме в Мадриде.

О третьем художнике из триумвирата наиболее знаменитых, Darío de Regoyos, и о современных испанских импрессионистах я расскажу во второй части.
Как всегда,предлагаю посмотреть слайдшоу, в котором в три раза больше репродукций и музыка Мануэля де Фальи.

Невероятный тропический дом художника Карлоса Паез Виларо

Художник Карлос Паез Виларо родился в Монтевидео, Уругвай в 1923 году. Он купил землю вдоль восточного побережья живописного Пунта Баллена в 1958 году, и построил там маленький деревянный домик, который в течение долгого времени назывался.

Художник Карлос Паез Виларо родился в Монтевидео, Уругвай в 1923 году. Он купил землю вдоль восточного побережья живописного Пунта Баллена в 1958 году, и построил там маленький деревянный домик, который в течение долгого времени назывался “Casapueblo” (“Деревянный дом”).

Это побеленная структура, напоминающая о Микенах в Греции, была построена шаг за шагом самим художником, затем это место стало для него не только домом, но и студией-музеем. Постепенно он добавлял комнаты для гостей и к 1968 году этот маленький домик увеличился. А еще позже он открыл часть часть Casapueblo для туристов в качестве отеля. Вышеупомянутая фотография и есть его первое создание по имени “Casapueblo” в Уругвае. Фотографии ниже — так же его работа, которая расположена в аргентинском Буэнос-Айресе. Дом назвали “Bengala” в честь бенгальского тигра. Оригинальное сооружение находится на краю огромного сада, скрытого в тропическом лесу. Дом с галереями и куполами был разработан в стиле предыдущей его работы — Casapueblo.

Читать еще:  Женский мир. Agne Kisonaite

Еще одно необычное строение расположено возле дома “Bengala”, оно использовалось в качестве студии художника.

В круглой гостиной, в сердце дома Bengala, естественный свет проникает прямо сквозь крышу:

Это куполообразный потолок в гостиной:

Круглые линии и текстурированные стены окутывают каждую комнату дома, где царит атмосфера уюта и тепла.

Каждый угол — новое открытие. Позади бара пристроена старинная решетка от поезда.

С парадной двери видна лестница, так же отображающая овальные черты дома. Она открывает перед нами библиотеку украшенную статуями и тотемами, которые были привезены из Африки.

Эта большая прихожая ведет в гомнату для гостей.

Этот коридор соединяет главный сектор с пансионами, который действует в качестве отдельного дома с гостиной, кухней и даже с собственным баром.

Вот спальня для гостей, где сохраняется стиль, присутствующий во всем доме, однако художник отошел от традиционно белого цвета стен:

Эта спальня находится в отдельном строении, неподалеку от главного дома, через плантации сахарного тростника.

Стол отделан керамической плиткой и заключен в капсулу вокруг фигового дерева и пальм, которые работают как естественный пляжный зонтик. Стулья, сделанные из ивового прута, приглашают Вас в спокойную окружающую среду.

Все спальни наверху приводят к большой террасе, которая располагается среди белых куполов.

Цементные купола были перфорированы с яркими кристаллами, вдохновленные коралловыми рифами и морскими животными.

Tempora.club

Tempora.club

Карлос Касагемас

«Жизнь», Пабло Пикассо, 1903

«Жизнь», Пабло Пикассо, 1903

Написанная в мае 1903 года в Барселоне «Жизнь» считается вершиной «голубого периода» Пикассо. Правда, специалисты не могут с полной определенностью объяснить, что эта картина означает. Я, кстати, тоже не могу. Но вселяет некий оптимизм случившаяся у меня ещё в 1990-х беседа с неким джентльменом морально небезупречного рода занятий.

А было это так: мы стояли в офисе и смотрели на календарь с репродукцией этой картины.

— Слушай, ну ты ж, типа, художник; вот объясни мне, в чем здесь прикол? Этот Пикассо, он же ж ни хера не умел рисовать! — сказал джентльмен морально небезупречного рода занятий.
— Вообще-то я архитектор. Но здесь фишка в том, что во время Пикассо уже фотоаппараты изобрели, так что ему не надо было рисовать, что бы было «как в жизни»; он, вроде как, пытался на смысле сконцентрироваться, послание какое-то передать зрителям…
— Это как?
— Да так же, как и ты… Ведь ты же знаешь, что правильно было бы сейчас зайти к директору и сказать: «Здравствуйте! Простите за беспокойство, но я хотел бы поинтересоваться судьбой недавно одолженных вами у нас денег. Если вы не можете сейчас их вернуть, мы могли бы обсудить реструктуризацию долга; или придумать какое-то другое решение… Знаете ли, вы наш давний и хороший партнер и нам не хотелось бы доводить дело до суда». Но ты ведь знаешь, что так до него твоё послание не дойдет (хоть будет правильным и красивым) — и поэтому спросишь «Слышь, б…, где мои деньги, сука!»
— А, понял. И что, типа, какое у твоего Пикассо здесь послание?
— Хрен его знает, я не люблю Пикассо.
Джентльмен некоторое время сосредоточенно созерцал картину. И через несколько минут сообщил.
— А-а-а, я понял! Типа, сначала рождаешься, потом всё время синий и трахаешь всяких… А маму жалко за то, что вырастила придурка!

Так что любой зритель способен вполне качественно интерпретировать любое произведение искусства. А это значит, что я с чистой совестью могу свалить эту задачу на вас. Кое-что, правда, об этой картине расскажу.

Например, точно известно, кто на ней нарисован. Мужчина — это близкий друг Пикассо, Карлос Касагемас. Он тоже был художником и, по сути, финансировал поездку Пикассо в Париж, что закончилось для него (Касагемаса) трагически. Женщина, которая опирается Касагемасу на плечо — Жермена Флорантен (в девичестве Гаргальо, а позднее — Пишо, под этой фамилией она наиболее известна), героиня той же трагической истории.

Испанские друзья посоветовали Пикассо и Касагемасу «девушек для компании». Формально они были прачками и натурщицами. Неформально — проститутками. Одной из них была как раз Жермена. И Касагемас в неё влюбился до беспамятства. Романтика? Не совсем. Во-первых, Касагемас был женат. А во-вторых — и это главное — Жермене он не понравился. Совсем. Хуже того, она влюбилась в друга Пикассо и Касагемаса, тоже художника из Каталонии, Рамона Пишо.

Касагемас впал в депрессию. И Пикассо насильно отвез друга обратно в Испанию: мол, с глаз долой — из сердца вон. Но это не помогло. Касагемас вернулся в Париж, к объекту своей любви. 17 февраля 1901 года он, Жермена, Пишо и еще несколько их общих друзей ужинали в кафе «Ипподром». В 21.00 Касагемас встал, произнес тост («За ваше здоровье!»), вытащил из кармана револьвер, выстрелил в Жермену (и промахнулся), а потом — себе в висок. Говорят, что «бессердечная» девушка даже не пошевельнулась.

Почему «бессердечная» в кавычках? Дело в том, что Гертруда Стайн описывала её (в «Автобиографии Элис Б. Токлас», конечно) в тонах, довольно далеких от изображений роковых и бесчувственных красоток: «Она была тихая и серьезная и очень испанка, у нее были чисто испанские квадратные плечи и пристальный невидящий взгляд. Она была очень добрая… Жермен … была героиней множества странных историй, однажды она доставила в больницу молодого человека, он был ранен в драке в мюзик-холле, а все его приятели его бросили. Жермен приняла в нем самое живое участие и ухаживала за ним, будто так и надо. У нее была целая куча сестер, все они, и она вместе с ними, родились и выросли на Монмартре и повыходили замуж за людей самых разных национальностей, даже за армян и турок. Жермен потом очень долго болела, не один год, и подле нее всегда была целая свита преданных ей людей. Они носили ее прямо в кресле в ближайшее синема и высиживали, и она вместе с ними, в кресле, весь сеанс до самого конца».

«Вознесение» или «Похороны Касагемаса», Пабло Пикассо, 1901. Радует, что я эту картину вам растолковывать не взялся.

После этой истории в депрессию впал уже Пикассо (напомню — они с Касагемасом были очень близкими друзьями). И эта депрессия, как считают, положила начало его «голубому периоду». Одна их первых картин художника, выполненная в сине-голубой гамме официально называлась «Вознесение», а неофициально — «Похороны Касагемаса».

«Жизнь» была написана через пару лет после этой трагичной истории (на самом деле, Пикассо возвращался к ней и намного позже — в «Танцорах» 1925-го). В ней ещё далеко до той манеры, с которой ассоциируется Пикассо, но уже можно проследить её зачатки. Как это не смешно звучит — кубизм вполне можно описать при помощи трех классических Аристотелевых единств: единства места, единства времени и единства действия. В своих более поздних картинах Пикассо пытается (живописными средствами) вписать некоторое количество действий, происходящих в нескольких местах и на протяжении некоего периода времени в одну картину. Добавив к этому ещё единство ракурса — то есть попытку изобразить взятый предмет со всех сторон одновременно. В «Жизни» он ещё не пришел к единству ракурса (для этого ему понадобятся Гертруда Стайн и Матисс с африканской статуэткой), но вот попытка вписать в одно изображение длительный отрезок времени и несколько действий, совершаемых одними и теми же людьми в разных точках пространства — уже наличествует. Так что если бы я был остроумным — я бы всё-таки искал истоки кубизма в безнадежных попытках живописи конкурировать с кинематографом…

Читать еще:  Индийский художник. Krantishil Kirve

Ах, да! едва не забыл (это чтобы вам всё так просто не казалось): когда картину отправили на рентген, выяснилось, что первоначально у мужчины было лицо Пикассо.

Монастырь Сан Мильян де ла Коголья, Ла Риоха

Главная / Блог / Монастырь Сан Мильян де ла Коголья, Ла Риоха

Монастырь Сан Мильян де ла Коголья, Юсо, провинция Ла Риоха — Monasterio de San Millan de la Cogolla, Yuso, La Rioja.

Путешествуя по просторам Ла Риохи можно встретить много старинных и очень интересных, с точки зрения их историй, монастырей и обителей. Но на фоне всего их разнообразия, безусловно выделяется Монастырь Сан Мильян де ла Коголья, который ЮНЕСКО объявлен Всемирным Достоянием человечества за его историческую, культурную, архитектурную, лингвистическую и литературную ценности.

А для каждого испанца Монастырь Сан Мильян де ла Коголья это прежде всего колыбель родного, испанского языка. Именно здесь были написаны первые книги на испанском языке и именно в этом Монастыре жил и творил первый испанский поэт, чьё имя дошло до наших дней.

А теперь небольшой экскурс в историю и легенды Монастыря Сан Мильян де ла Коголья, расположенного в Ла Риохе.

Эмильяно, известный сейчас как пастор Мильян, родился в Берсео, в 473 году, он был учеником и последователем Сан Фелисес, отшельника из Аро. Умер Мильян 12 ноября 574 г и был захоронен в Сусо. Грот, в котором родился Эмильяно, превратился сначала в маленькую часовню, а со временем часовня преобразовалась в церковь и маленькую обитель, где жила община во главе с настоятелем.

Когда умер Мильян, король Леовигильдо добился объединения испанских земель. В середине 7 века, между 4 и 5 советом Толедо, когда начинают писать календарь испанских святых для литургии, Сан Браулио, епископ Сарагосы, по свидетельствам последователей пишет Житие Святого Мильяна. Поскольку он был первым испанским святым, скромного Мильяна провозгласили «отцом и покровителем». Таким образом, он стал первым отцом и покровителем Испанских земель.

К нему, как к заступнику Кастилии, взывают Фернан Гонсалес и король, Фернан III, Святой во времена борьбы с мусульманским игом, Реконкисты. Короли Наварры также взывают к его покровительству. В 17 веке, в разгар дебатов о патронаже Испании, Сан Мильяна провозгласят покровителем Кастилии и сопокровителем всей Испании.

В XI веке Король Гарсия де Нахера, приказал перенести останки Святого из монастыря Сусо в Санта Мария ла Реал де Нахера. Легенда гласит, что когда монахи, которые переносили гроб с мощами святого, прибыли в долину, они остановились как вкопанные и не могли идти дальше. Монахи приняли это за знак, что святой не хочет покидать свою долину. Приняв это за знак свыше, король Гарсия издал указ построить на этом месте ещё один монастырь, назвав его Юсо, что означает «нижний». 26 сентября 1067 года церковь была открыта и в неё были перенесены мощи святого Мильяна, которые на протяжении 15 лет её строительства хранились в лазарете.

Сусо и Юсо

До 1100 года сосуществовало два монастыря, верхний и нижний, каждый со своими общинами. Первый, Сусо, остается верным традициям: в нем царят мавританский порядок и двойные общины, мужская и женская. Во втором, Юсо, устанавливаются порядки Святого Бенедикта. Начиная с XII века остается только община монахов-бенедиктинцев в нижнем монастыре. Это были годы максимального духовного, религиозного, художественного и культурного великолепия.

Гонсало де Берсео

Первый испанский поэт, чьё имя известно, родился в 1196 году в Берсео. Своё первое образование Гонсало получает в Монастыре Сусо, затем университетское образование в Паленсии и в 1226 году возвращается в Берсео. Он совмещает работу священнослужителя и нотариуса в Монастыре Сан Мильян.
Благодаря своему статусу нотариуса, поэт имел свободный доступ к архиву и библиотеке монастыря, который уже тогда мог быть перевезенным полностью или частично в Юсо, строительство которого восходит к 1067 году. Соприкасаясь ежедневно с монастырской документацией, в нем зарождается литературное призвание. В библиотеке Монастыря Гонсало нашел Житиё святого Сан Браулио на латыни, что подвигло его в 1230 году написать свою первую работу — Житие Сан Мильяна. В дальнейшем Гонсало де Берсео напишет ещё много работ, посвященных Житию Святых. Они и станут первыми произведениями, написанными на испанском языке.

Колыбель кастильского (испанского) языка

Язык не рождается, его создают люди. Эмильяновские толкования не указывают ни точное время, ни место появления кастильского языка. Однако, Сан Мильян превратился в символ испанского языка. Именно здесь впервые сознательно написаны тексты на народном языке, переводя латынь на испанский.

Так появляется первая проза, образец совершенной системы с лингвистической сознательной независимостью, далекой от латинских схем. В этом же стиле, только на несколько веков позднее, написал свои стихотворения и Гонсало де Берсео, первый испанский поэт.

Сан Мильян — это гораздо больше, чем уникальный памятник архитектуры, больше, чем строки на романском языке, это место где развил свой талан и писал Берсео. Эти Монастыри подарили миру истинное сокровище, заслужив признание международного сообщества и титул ЮНЕСКО Наследие Человечества, как мировой центр лингвистического наследия.

Всемирное наследие

Монастыри Suso y Yuso de San Millán de la Cogolla 4 декабря 1997 года были объявлены Всемирным Наследием и внесены в списки ЮНЕСКО, в силу их исторической, художественной, религиозной, языковой и литературной ценностей. Более 1 000 лет назад монахи написали первые романы на языке, который развиваясь и совершенствуясь стал известен как испанский или кастильский. Также в стенах монастыря написал свои произведения первый испанский поэт — Гонсало Берсео.

После провозглашения в качестве Всемирного Наследия Человечества, правительство Ла Риохи внесло значительные усилия в защиту и реконструкцию монастыря, хранящейся в ней документации и популяризации испанского языка, создав в Монастыре Международный исследовательский центр испанского языка (Cilengua).

8 октября 1998 года был создан Попечительский Совет, соучредителями которого являются правительство Ла Риохи и многие бизнес-структуры. Почетным президентом Совета Попечителей является Его Королевское Высочество Филипп VI де Бурбон.

9 апреля 2007 года в Монастыре Юсо официально были открыты офисы Международного центра по исследованию в области испанского языка. Cilengua был создан, чтобы продолжить работы по распространению и пропаганде испанского языка, начатые ещё в 10 веке.

Посещение монастыря Сан Мильян де ла Коголья, расположенного в Ла Риохе, требует предварительной записи по телефону. Понедельник — закрыт.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector