Соединение архитектуры и пейзажа. Maria Marino

Соединение архитектуры и пейзажа. Maria Marino

ngasanova

Вспомнить, подумать.

Живопись среди волн — 1

Марина — это вид пейзажа, на котором изображено море.
Также маринами называют конкретные картины или гравюры морской тематики.
Слово «марина» (итал. marina) произошло от латинского marinus — морской.

Иван Айвазовский. Среди волн

Самая ранняя марина, дошедшая до наших дней, создана раньше 79 года н.э. — года извержения Везувия.
Тогда был разрушен древнеримский город Стабии. В одном из патрицианских домов обнаружена роспись,
изображающая морской порт.

Фреска «Морская гавань», найденная при раскопках Стабий.

Итальянцы и голландцы в XIV—XV века писали море не ради него самого,
а в рамках религиозных сюжетов.

Сцены из жизни Святого Николая. Деталь: Святой Николай, чудом наполняющий трюмы
кораблей зерном
Амброджо Лоренцетти
1330-е

«Португальский флот на фоне скалистого берега».

Эта картина размером считается самым ранним случаем, когда художник счел море достойным того,
чтобы изобразить его просто так, ради него самого, а не как фон для религиозного сюжета.
Попросту говоря, это первая марина. Ее датируют 1540-м годом. Морской музей (Лондон), где картина
хранится, не берется назвать имя художника. В разное время работу приписывали Корнелису Антонису
и Питеру Брейгелю.

Как отдельный жанр морской пейзаж сформировался в XVII веке в Голландии. В стране, населенной
мореплавателями и рыбаками, марины пользовались спросом. По сохранившимся картинам той эпохи
мы можем получить представление о кардинально разном подходе живописцев к изображению стихии.
В начале XVII века голландец Корнелис Хендрик Вром показывал морские сражения против испанцев.
Море оставалось «местом, где нечто происходит», просто теперь это нечто историческое, а не
мифологическое.

Хендрик Корнелис Вром
Флотилия в море
1614


Его соотечественник Ян Порселлиссделал решительный шаг: море стало основным объектом изображения.
Порселлис считается одним из основоположников морского направления в пейзажной живописи.

Море в пасмурный день
Ян Порселлис
1630

К кораблям Порселлис, похоже, относился с большим уважением и блестяще передавал их строение и
оснастку. Само море у него почти монохромное, очень мягко изображенное.
В изображении морской стихии голландцы (и фламандцы) были не чужды и символизма. Стихия могла
обозначать как жизненный простор, так и захлестнувшую волну чувств и т. д. Находилось место
воде и в религиозных сюжетах.

Святая Вальбурга и чудо спасения в шторм
Питер Пауль Рубенс
1611

К определению «марина» не стоит подходить слишком узко. К примеру,венецианская форма марины — не
совсем марина. Особенно в этом направлении отличились Каналетто и Гварди, хотя называть их
маринистами не совсем корректно — они писали Венецию и омывающее ее Адриатическое море (впрочем,
Гварди иногда все же обращался к большому морю).

Джованни Антонио Каналь (Каналетто)
Вид гавани Сан Марко
1745

Франческо Гварди
Бучентавр на траверсе Сан Никколо в Лидо

А Клод Лоррен с формальной точки зрения куда больше внимания уделял изображению портов и
мифологических сюжетов, нежели собственно морской стихии. При этом на него едва не молился
величайший маринист Тёрнер. Именно Лоррен внес в морские пейзажи сияющее солнце.

Отплытие царицы Савской
Клод Лоррен
1648

Максимально востребованы марины оказались в первую очередь не классицистами, а романтиками. И в
самом деле, что лучше изобразит бурю чувств, нежели морская буря? А поскольку в романтизме особо
ценили предельные состояния, то марина оказалась очень удобным в этом смысле жанром: идеальный
способ показать максимальный эмоциональный накал, поместив человека в разбушевавшуюся стихию.

Кораблекрушение Дон Жуана
Эжен Делакруа
1840

Крушение плота «Медузы»
Теодор Жерико
1819


В стилеромантизма, а позднее — реализма работал Айвазовский. Пожалуй, его имя первым вспоминается
при слове «марина». Айвазовской оставил порядка 6 тысяч морских пейзажей. Марины молодого художника,
впервые выехавшего за границу, очень высоко оценил уже признанный британский маринист Уильям Тёрнер.

Американские суда у скалы Гибралтара
Иван Константинович Айвазовский
1873

Кстати, о Тёрнере. Мало того, что он залил холст сияющим солнечным светом, соединив его в
невероятный коктейль с морем, мало того, что создал на своих картинах сияющие туманы, из
которых вышли импрессионисты — а значит, задал направление всему последующему развитию живописи…
Главное — Тёрнер провозгласил море самоцелью. Его интересовало только море, солнце над ним и
небо. Пейзаж — более не «среда, в которой», скорее это как раз люди — статисты, позволяющие
оттенить мощь и красоту стихии.

Восход солнца сквозь туман. Рыбаки чистят и продают рыбу
Джозеф Мэллорд Уильям Тёрнер
1807

Штормовое море с дельфинами
Джозеф Мэллорд Уильям Тёрнер
1830-е

Бурное море
Джозеф Мэллорд Уильям Тёрнер
1840-е

В этом же направлении работает Эжен Буден, прозванный королем небес.



Пляж в Трувиле
Эжен Буден
1893

О чем говорят пейзажи

Многие думают, что пейзаж — это самый простой для понимания жанр живописи, ведь красота природы одинаково близка людям всех времен и народов. На самом деле пейзаж может быть насыщен знаками власти, капитала и статуса ничуть не меньше, чем парадный портрет. Что дороги, аллеи и дубы сообщают нам о жизненной позиции заказчика и художника? Почему в эпоху Ренессанса золотой фон в религиозной живописи сменился пейзажным, а картины не стали от этого дешевле? Где сидит Мона Лиза?
Обо всем этом (и о многом другом) расскажет Наталия Мазур.

Читать еще:  Яркие краски. Tom Fedro - Fidostudio

© Государственный Эрмитаж

Наталия Мазур — профессор факультета истории искусств Европейского уни­верситета в Санкт-Петербурге. Кандидат филологических наук. Специалист по визуальным исследованиям, истории русской культуры XVIII–XX веков и русско-европейским культурным связям.

Выставка к лекции

К каждой лекции сотрудники Российской государственной библиотеки готовят специальную тематическую мини-выставку из своих фондов, которая проходит в том же зале, что и сама лекция.

25 марта посетители лекции увидят два итальянских пейзажа из альбома Souvenir d’Italie («Итальянский сувенир»), собрания оригинальных рисунков французского архитектора и рисовальщика Жана Франсуа Тома де Томона (1760–1813) , из собрания научно-исследовательского отдела редких книг (Музей книги) РГБ.

Надпись под рисунком: «Ce morceau de debris, triste ouvrage des ans, se presente ici comme un viellard chancelans» («Эти обломки, грустное свидетельство лет, предстают здесь в виде cтарика с нетвердой походкой»).

Научно-исследовательский отдел редких книг (Музей книги) РГБ

Надпись под рисунком: «Tant que d’un Dieu Suprême on adore les lois, la pitié dans les coeurs fait entendre Sa voix; mais, quand un peuple impie outrage Sa puissance, alors elle Se tait: eh voila Sa Vangeance» («Пока поклоняемся законам Всевышнего, сострадание позволяет слышать в сердцах его голос, но когда нечестивый народ оскорбляет его могущество, то оно замолкает, и тогда — вот его наказание»).

Научно-исследовательский отдел редких книг (Музей книги) РГБ

Достопримечательности Сан-Марино

В нашей статье мы расскажем про самые красивые достопримечательности Сан-Марино.

Достопримечательности Сан-Марино: топ 20 самых интересных мест

Редкий путешественник, оказавшись в Италии, окажет себе в удовольствии посетить старейшую республику страны – Сан-Марино. Она привлекает своей аутентичностью, великолепной средневековой архитектурой и природной красотой. Карликовое государство состоит из 9 городов, населению каждого из которых есть чем гордиться и что показать туристу.

Гора Монте-Титано

Начиная осматривать достопримечательности Сан-Марино , путешественники торопятся осмотреть самую высокую ее точку. Монте-Титано – гора, возвышающаяся над уровнем море на 740 м. Эта возвышенность расположена в самом сердце республики. Величие горы чувствуется уже при подъезде. Величественная, с крутыми обрывами и скалами, истоками рек и вечно зеленой растительностью, когда-то она была неприступной и защищала жителей государства от нападения захватчиков.

Н а вершине находятся средневековые фортификационные сооружения, разрушить которые не в силах даже время.

По длинной тропе туристы могут подняться к постройкам и осмотреть их. А большинство религиозных паломников стремятся попасть в одну из пещер, где находится статуя Святого Марино – основателя государства. Считается, что если принести ему дар, то знаменитый праведник помож ет решить разного рода проблемы, а в жизни будет сопутствовать удача. Гора охраняется Ю НЕСКО и является самой узнаваемой достопримечательностью государства.

Палаццо Публико

«Народный дворец» так называется административное здание, в котором размещается мэрия. Построено оно сравнительно недавно и не может соперничать в долгожительстве со многими другими архитектурными объектами страны. Чуть больше ста лет назад на этом месте располагался Дом великих коммун и только в конце XIX века был возведен Палаццо Публико.

Во внешнем облике здания проявляется сочетания романского и готического стилей. На крыше возвышается башня с часами с большим колоколом и ликами святых. В стенах здания проходят самые важные правительственные церемонии, встречи, собрания, торжественные мероприятия. Перед дворцом можно сфотографироваться со статуей Святого Мариино, величественная фигура которого возвышается на каменном постаменте. С мая по октябрь к Палаццо Публико стремится огромное количество путешественников из разных стран, чтобы увидеть, как перед зданием происходит смена караула.

Романтическая легенда — Айвазовский и Мария Тальони

Иван Константинович Айвазовский — Венеция — 1842

Иван Константинович Айвазовский, настоящее имя Ованнес Айвазян, (1817, Феодосия, Таврическая губерния — 1900, Феодосия, Таврическая губерния), — российский художник-маринист, баталист, коллекционер, меценат. Живописец Главного Морского штаба, академик и почётный член Императорской Академии художеств, почётный член Академий художеств в Амстердаме, Риме, Париже, Флоренции и Штутгарте.

Ранним утром 2 апреля 1900 года в феодосийском доме Айвазовского зазвонил колокольчик: посыльный принес корзину ландышей.
За первым даром последовали другие: маки, мимозы, тюльпаны, нарциссы. Было Вербное воскресенье, а горожане на праздники вечно задаривали старого художника цветами. Вечером он пил чай на балконе, который утопал в цветах. Корзина с ландышами стояла на инкрустированном перламутром столике.

Айвазовский смотрел на них и ощущал смутную тоску и беспокойство. Ему казалось, будто он их уже где-то видел. Художник поделился этими мыслями с женой. Она с улыбкой ответила, что точно такие корзины она видит каждое Вербное воскресенье год за годом. И все хочет спросить, от кого это. Неужели он сам не замечал? Оказывается, нет. Слишком много в доме цветов. От кого же эти ландыши? Здесь нет ни записки, ни визитной карточки. Как таинственно.

Художник запомнил лишь посыльного: высок, сед, в потертом сюртуке, он даже смог бы его нарисовать. Анечка постаралась успокоить Ивана Константиновича: наступит следующее Вербное воскресенье, и все прояснится. Но Айвазовский был уверен, что тут кроется что-то весьма важное.

Читать еще:  Сила и чувственность. Marcos Rodrigo

Во время петербургских гастролей знаменитой балерины Марии Тальони (1804-1884) начался необычный роман. Молодой студент Академии художеств Ованес Айвазовский случайно познакомился с балериной.

Алексей Васильевич Тыранов (1808-1859) — Портрет Ивана Айвазовского — 1841

Однажды, возвращаясь из академии домой, Айвазовский не заметил несущуюся вскачь упряжку. Успел отбежать, но, потеряв равновесие, упал. В экипаже сидела дама под белой вуалью. Аромат духов, грациозность, изящество вскружили голову пылкому юноше. Пока незнакомка подвозила молодого человека к его дому, он все время бормотал: «Не беспокойтесь, не беспокойтесь». На прощание дама поинтересовалась, как зовут жертву кучерской неосторожности, но сама так и не представилась. Айвазовский сидел дома и грезил о дивной незнакомке, когда к нему ввалились друзья, огорченные тем, что не смогли раздобыть билеты на «Сильфиду» с божественной Мари Тальони, гастролировавшей в Петербурге. И вдруг на пороге появился посыльный с письмом. Айвазовский вскрыл надушенный конверт, оттуда выпали какие-то билеты. Оказалось — на Тальони, да не на галерку, а в 4-й ряд. Недоумению не было конца. Балерина Мария Тальони В театре громче всех рукоплескали балерине молодые люди. Когда у артистического подъезда появилась Тальони, человеческое море рванулось ей навстречу. Чтобы сдержать толпу, юноши схватились за руки. Добравшись до кареты, Тальони вдруг оглянулась, она узнала Айвазовского. Да, это была она, его прекрасная дама! Она бросила ему букет роз. «Сто рублей за один цветок, молодой человек, умоляю!» — тут же полезли поклонники балерины к Айвазовскому. Но он бросился бежать, прижимая к себе драгоценный дар. Спустя несколько дней балерина уехала из Петербурга, а Айвазовский совсем потерял голову.

Вскоре его назначили на должность живописца Главного морского штаба. Впрочем, заманчивые карьерные перспективы мало занимали влюбленного юношу. Прелестный образ итальянки не померк в его сердце. Он надумал поехать в Венецию, чтобы вновь увидеть Мари, и убедил Художественную академию, что ему как маринисту необходима итальянская стажировка. Балерины в городе не было. Покрутившись на гондоле вокруг палаццо с темными окнами, Айвазовский решил дождаться ее и отправился в армянский монастырь Св.Лазаря, где много лет жил его брат Габриэл. В ожидании приезда Тальони художник рисовал Венецию. Его картины раскупались, а сам Папа Римский Григорий XVI купил для Ватикана его «Хаос».

Иван Константинович Айвазовский — Хаос. Сотворение мира — 1841

Это был оглушительный успех! Однажды Айвазовскому сказали, что пару его картин купила сама Тальони. Это означало, что она вернулась в Италию. Скоро ему в гостиницу принесли письмо в знакомом голубом конверте, в котором снова обнаружились билеты на «Сильфиду». И снова она — воздушная и грациозная — танцевала на сцене, и снова Айвазовский стоял у артистического подъезда. По дорожке, усыпанной цветами, Тальони побежала к своей гондоле и позвала: «Синьор Айвазовский, ну что же вы, я жду!» В тот вечер они долго катались по Венеции. Для Айвазовского настали счастливые дни. Он жил в ее доме. С утра писал картины, прислушиваясь к звукам музыки из комнат Мари, — она репетировала. В полдень за завтраком они встречались, а потом катались по каналам.

Иван Константинович Айвазовский — Вид Венеции. Сан-Джорджо Маджоре — 1851

Иван Константинович Айвазовский — — Ночной пейзаж Венеция

Айвазовский мечтал, чтобы это продолжалось вечно, но сам же все испортил, не справившись с нахлынувшими чувствами. Он признался ей в любви и сделал предложение выйти за него замуж. Но она не стала выбирать между семейной жизнью и искусством. «Вот этот башмачок, — сказала она юноше, — растоптал мою любовь. Возьмите его на память и возвращайтесь в Россию. Там ваша жизнь, а свою женщину вы еще встретите». — Но оставьте мне хотя бы надежду! — в сердцах воскликнул Айвазовский. — Нет, милый мальчик! Я никогда не полюблю вас. Айвазовский был убит отказом, но, как ни плакал он над подаренной Тальони розовой балетной туфелькой, прошло немного времени и он признал, что великая балерина была права. Его жизнь — в России.

Прошло время, и Айвазовский встретил новую любовь. Это была прекрасная гувернантка Юлия Гревс — дочь осевшего в Петербурге врача-англичанина. Обвенчавшись, молодые люди уехали в Феодосию, где им закатили такой свадебный пир, каких отродясь здесь не видывали.
У них было четыре дочери: Елена, Мария, Александра и Жанна.

Иван Константинович Айвазовский — Автопортрет с женой Юлией

Иван Константинович Айвазовский с семьёй

Спустя 12 лет их брак распался. Обретя статус жены знаменитого художника, Юлии хотелось блистать, а не преподавать в феодосийской глуши. Айвазовский же наотрез отказался перебираться в столицу. Каждый раз после семейных сцен он доставал из шкатулки башмачок Тальони и размышлял о том, сколько жертв требует искусство даже от самого удачливого художника. Юлия с детьми поехала в Одессу, да так оттуда и не вернулась.

Читать еще:  Учёные: древние люди рисовали, как Ван Гог

Во второй раз художник женился лишь через 22 года, когда ему исполнилось уже 65 лет. Анна Саркизова сразу потрясла его своей красотой, а для молодой девушки пожилой живописец представлялся кем-то вроде волшебника.

Иван Константинович Айвазовский — Анна Саркизова — 1884

В этом она, впрочем, убедилась, выйдя за него замуж — отказа Анне ни в чем не было. «Моя душа должна постоянно вбирать красоту, чтобы потом воспроизводить ее на картинах, — говорил художник. И все же иногда он вынимал из шкатулки розовую туфельку и грустил о женщине, которая когда-то отвергла его. В такие моменты Айвазовского не радовали ни молодая жена, ни богатство, ни уважение и почет, которыми на старости лет окружили его земляки.

А феодосийцам было за что боготворить Айвазовского: он не только прославил их город, он крестил их детей, выдавал замуж их дочерей, хоронил их родителей. Кроме того, он построил им железную дорогу и водопровод, поставил в городе прелестный фонтан. Не удивительно, что по каждому поводу горожане засыпали своего благодетеля цветами, которые свозились к его дому арбами. И все же эти ландыши. они не давали Айвазовскому покоя. Он начал поиски посыльного, ему казалось, что следующего Вербного воскресенья он не дождется. Так, впрочем, и случилось. В ночь с 18 на 19 апреля 1900 года тихо во сне Ивана Айвазовского не стало. Ему было 82 года. Он так и не узнал ответа, быть может, на самый сокровенный вопрос, преследовавший его на протяжении всей жизни.

Когда умер Айвазовский, Феодосия оделась в траур. Закрылись школы, магазины, базар умолк. Среди сотен людей, шедших за гробом, был и старик в потертом сюртуке. Идущим рядом он говорил: «Некому теперь носить посылку от Трубецкого. Итальянка Мари Тальони, выдавшая дочь замуж за князя, умирая, завещала каждый год на Вербное воскресенье посылать Ивану Константиновичу ландыши. А ежели тот поинтересуется от кого, сказать: от женщины, которая в этот день много лет назад его отвергла, хотя всю свою жизнь любила лишь его одного. Шестнадцать корзин отнес я Ивану Константиновичу, а он так ни разу ни о чем и не спросил. Может, догадывался, откуда ландыши?» .

Розовую туфельку вдова художника, разбирая его вещи, вскоре сожгла в печке.

Площадь и церковь Санта-Мария Новелла во Флоренции

1246 — 1420 гг., 1456 — 1470 гг. (фасад)

Архитектура церкви

Источник:
И.А. Бартенев “Зодчие итальянского Ренессанса”
1936 г.; Изд-во: ОГИЗ

Церковное зодчество занимало в творчестве Альберти видное место.

Одной из первых его работ в этой области считается сооружение фасада для уже ранее построенной готической церкви Санта-Мария Новелла, осуществление которой в натуре принадлежит зодчему Бертини, бесспорно вложившему в эту постройку свои собственные знания и вкусы.

Санта-Мария Новелла интересна в том отношении, что позволяет установить целый ряд отправных художественных положений Альберти, спроектировавшего фасад церкви.

При первом взгляде легко обнаруживается несоответствие между готическим стилем церкви и передним фасадом ее, выдержанным в целом в античных формах; несоответствие это настолько велико, что многие исследователи отрицали участие великого зодчего в этой постройке. На самом деле, ключ к этой проблеме оказался в тех теоретических положениях автора, которые выдвигались им неоднократно в литературных трудах.

Альберти считал, что основным условием всякого архитектурного сооружения является «музыкальная выразительность» его облика, определяющая художественную ценность творения. Достигнуть такой красоты можно было средствами архитектуры. Исповедуя принцип «гармонии форм», он скомпоновал воедино античные формы с готическими остатками старого фасада, в силу чего фасад Санта-Мария Новелла в известной мере случаен. Общая схема фасада напоминает сочетание четырехколонного греческого портика (наверху), впервые примененного в архитектуре Ренессанса, с формами триумфальной римской арки (внизу), снабженной аттиком, рассекающим весь фасад на две части. Основные пропорции не вполне выдержаны. К недостаткам здания, кроме того, относятся: неудачное, случайное положение круглого окна, отсутствие четкой архитектурной взаимосвязи между элементами верхнего и нижнего ярусов. Фронтон фасада представляет собой слабую имитацию римской античности и лишен какой бы то ни было остроты и свежести. Вполне вероятно, конечно, что многое в этом фасаде осталось незавершенным.

Однако фасадное решение содержит ряд положительных моментов. К числу их относится решение входного портала, в котором используется античный композиционный прием, облеченный в формы раннего Ренессанса. Здесь пропорции ясны, общий рисунок четок, изящны детали (капители, филенки, тяги и прочее).

Безусловный интерес представляют также орнаментально-декоративные элементы фасада. Инкрустации из цветных мраморов, заполняющие весь фасад и придающие ему живописность, заимствованы архитектором из старых флорентийских построек — Баптистерия и собора Санта-Мария дель Фьоре. Рисунок фриза и волют свидетельствует об архитектурно-декоративном таланте автора, сравнимым лишь с блестящими способностями в этой области крупнейшего зодчего высокого Ренессанса — Браманте. Кстати, эти самые волюты церкви Санта-Мария Новелла, как бы связующие воедино два яруса фасада, нашли широкое применение в зодчестве барокко.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector