Уличное искусство: свобода выражения или вандализм

Уличное искусство: свобода выражения или вандализм

Стрит-арт: искусство или вандализм?

Окраины Москвы и переулки Барселоны, мосты Мексики и небоскребы Токио — где бы вы ни находились, можно найти уличное искусство. Оно на заброшенных зданиях, автобусных остановках, дорожных знаках и мусорных баках.

Бывшее подпольное движение, борясь против статуса-кво, теперь стало далеким от хаотичной порчи общественных мест.

— Gilles MALBOS (@GilMalbos) April 3, 2020

Для многих стрит-арт вообще не является искусством. Но с течением времени менялись и образ уличного художника, и сами изображения. То, что не было приемлемым и понятным в прошлом, теперь признается и ценится миллионами.

Ретна, Нью-Йорк, 2012. Flickr Commons.

Как все начиналось?

Не всё уличное искусство включает в себя живопись. Это могут быть наклейки на поверхностях или вообще «бомбардировка пряжей» — ярнбомбинг (процесс, при котором художники покрывают деревья и телефонные столбы красочными волокнами и вязанием).

Уличное искусство также может быть выполнено с использованием трафаретов, где создатель повторяет изображение по всей поверхности, чтобы сделать какое-либо заявление.

Ярнбомбинг/oddee.com

Граффити, одно из самых ранних и известных выражений стрит-арта, начало появляться на стенах и автомобилях в 1920-х и 1930-х годах в Нью-Йорке. Обозначало оно деятельность уличных банд. Но влияние подрывной культуры было особенно заметно в 1970-х и 1980-х годах. 70-е и 80-е стали поворотным моментом в истории уличного искусства. До этого было время, когда движение только зарождалось.

Потом же оно трансформировалось в субкультурный феномен, который оспаривал социальную и политическую реальность.

Вскоре нелегальная деятельность начала эволюционировать в многочисленные формы художественного самовыражения, которые нашли путь к галереям и мировому рынку искусства.

widewalls.ch

К концу ХХ в. и началу ХXI в. уличное искусство превратилось в сложные междисциплинарные формы художественного выражения: от граффити, трафаретов, гравюр и росписей до крупномасштабных картин и уличных инсталляций. Можно с уверенностью сказать, что сегодня стрит-арт является значимой частью современного искусства.

Одной из ранних звезд, появившихся на улицах, был Кит Харинг. Мальчик с раннего возраста развил любовь к рисованию, перенимая основные приёмы рисования у своего отца-мультипликатора.

Немалую роль сыграла и популярная в те времена культура доктора Сьюза и Уолта Диснея. Он начал свое восхождение в качестве художника граффити в метро Нью-Йорка, но после нескольких арестов решил отточить мастерство в Школе визуальных искусств (SVA).

Кит Харинг, 1998/miracomosuena.blogspot.com

Вскоре Харинг подружился с Кенни Шарфом и Баскией. Они связались с людьми, владеющими новым уличным языком знаков, и вместе пришли к известности.

Кадр из фильма «Баския: Взрыв реальности»

Граффити

Этот вид стрит-арта начинался как скромный вандализм, но быстро перерос в уникальную форму искусства, требующего огромного технического мастерства. Теги, вероятно, известны каждому. Мы видим их вокруг городов и поселков.

Когда граффити только появились, тэггеры рассматривали тэгирование как соревнование за то, чье имя встречается в городе наиболее часто. Многие сначала использовали стойкие маркеры в поездах метро, а затем перешли к распылению краски, поскольку их стили стали более сложными.

Так как граффити, по своей сути, является вызывающей формой художественного выражения и технически незаконны, в 1980-х годах начали отлавливать художников-нарушителей. Оттачивавшие этот стиль художники стали сильно рисковать.

Как правило, граффити-художники рассматриваются законодателями как вандалы или преступники. На самом же деле это страстные, откровенные и ориентированные на простую публику люди.

Граффити становится все более популярным в последнее время во многом благодаря Бэнкси.

Уличное искусство Бэнкси предназначено для освещения социальных и политических вопросов в прямом виде. Стиль Бэнкси минималистичен и часто использует другие элементы улицы.

Делая это, Бэнкси пытается создать впечатление, что изображение реально, а не просто набросок на стене. Благодаря работе Бэнкси и документальному фильму “Выход через сувенирную лавку”, граффити стало мейнстримом.

Работа Бэнкси в Венеции/esquire.ru

Граффити VS Стрит-арт

Но чем уличное искусство отличается от граффити? Здесь возникает множество споров. И та, и другая формы публичного выражения не всегда делаются с разрешения владельцев собственности, что приводит к проблеме вандализма. Но уличного искусства есть более широкие цели, чем у граффити.

Можно сказать, что одно из главных отличий граффити от уличного искусства — это намерение. Считается, художникам граффити всё равно, как публика понимает их творчество. Они адресуют свои работы другим лицам, разделяющим их занятие, или определенной группе людей.

Для сравнения, уличные художники берут идеи и инструменты, связанные с граффити, и используют их для создания искусства, посылающего сообщение каждому. Они хотят, чтобы люди видели их работы. Их цель — вызвать обсуждение и реакцию.

Вандализм VS Искусство

Существует четкое различие между уличным искусством как актом вандализма и уличным искусством как художественной практикой. Вандализм является непростительным уничтожением собственности. А вдумчивое уличное искусство активно возрождает, оживляет и добавляет визуальный интерес к общественному пространству.

Уличные художники сегодня не ограничиваются самой улицей. Их полотна, многие из которых связаны с городским художественным движением, активно уклоняются от термина «улица» или «граффити».

Вместо этого они рассматривают свои работы как художественную деятельность, основанную на разных приёмах, осуществляемую в студиях, выставочных пространствах, а также на улице.

Подколокольный переулок, Москва

Уличное искусство в России

Граффити взлетело в СССР вместе с брейк-дансом, который прибыл в страну с хип-хоп фильмами, привезенными из США. Сегодня статус граффити в России по-прежнему остается серой зоной. За исключением патриотического искусства, граффити не одобряется государством.

1980-е

В период перестройки развивающиеся советские субкультуры были в значительной степени изолированы от западного влияния: получение фотографий, журналов и видеоматериалов было затруднено, а общение с профессионалами ограничено.

В то время новая информация в основном просачивалась в страну вместе с фильмами VHS, такими как Beat Street и Stylewars, привезенными из-за границы друзьями и родственниками.

Эти фильмы сформировали образ хип-хопа как сочетание рэпа, брейк-данса и граффити. Американская уличная культура стала основой советской школы граффити и, вероятно, определила образ жизни молодых танцоров и художников на долгие годы.

Брейкдансеры первыми стали художниками граффити, часто создавая визуальные фоны для своих выступлений. Привлекающие внимание и нарисованные в характерном стиле, граффити иногда затмевали представления, конкурируя за внимание зрителей.

Вадим Крыс из Латвии считается первым автором граффити в Советском Союзе. Тогда получение аэрозольной краски было нелегкой задачей.

В Риге был завод по производству аэрозольных баллончиков, что позволило Вадиму занять наилучшее положение, на которое мог рассчитывать советский автор граффити. Вадим активно распространял свое новое увлечение в городах и поселках, через которые он путешествовал.

VII Международная студенческая научная конференция Студенческий научный форум — 2015

СТРИТ-АРТ: ИСКУССТВО ИЛИ ВАНДАЛИЗМ?

Аннотация.В данной статье представлена попытка рассмотреть современное направление уличного искусства. Появление в профессиональной терминологии дизайнеров такого художественного направления, как «стрит-арт», требует осмысления.

Ключевые слова: Стрит-арт, визуальное восприятие, визуальная культура, уличное искусство.

Актуальность: тема стрит-арта стала актуальной для критиков, рецензентов, специалистов по оформлению культурной среды города с самого начала своего существования (1960 – 1970-е годы). Актуальна она и по сей день. Но самое большое распространение пришлось на начало 2000-х. появилась определенная свобода по многим направлениям жизни, в том числе и стрит-арт завоевал свою нишу в городской среде.

Особенность этого вида «городского декора» в том, что человеку не нужно идти в галерею или на выставку. Стрит-арт украшает внешний вид старых городских стен, строительных заборов, заброшенных строений и даже целых заводских корпусов. Другое дело, какую идею, смысл и энергетику несут эти художественные композиции. Практика показывает, что подчас стены являются не «подиумом» для интересных цветовых и композиционных решений, а просто тренировкой (можно сказать и больше: нервным выплеском эмоций) для дилетантов и просто любителей порисовать.

Каждый человек способен оценить творения художников, и такой вид искусства не оставляет равнодушным никого. Стрит-арт вызывает бурные эмоции как у людей с техническим образованием, так и у людей с художественным образованием – ценителей искусства.

Что такое стрит-арт? Это ярко выраженный урбанистический стиль. Стрит-арт переводится с английского языка как «уличное искусство». Самой распространенным видом стрит-арта является «граффити», или, как его еще называют, «спрей-арт».

Сегодня уже стало очевидно, что уличное искусство «стрит-арт», кроме «граффити», за эти годы освоило и другие формы «украшения» городской среды, сформировало свой набор способов и техник украшения улиц и площадей, скверов и парков. Например, цветовое разнообразие вносят постеры, различные скульптурные инсталляции, расклейка стикеров и плакатов, грандиозные настенные росписи (мурали), окутывание зданий и сооружений в материю или ткани, проецирование видео на строение или пустыри, городская герилья, флеш-мобы, инсталляции под открытым небом.

Как правило, в каждой своей работе серьезный уличный художник оставляет свой «уникальный знак» или логотип, дабы быть узнаваемым. Главная цель стрит-арта не присвоить территорию, а донести смысл до человека, показать сюжетную линию. В изображениях важна каждая деталь, линия, пятно, цвет.

Обзор учебной и специальной литературы

Тезис 1. Подготовка дизайнеров предполагает не только обучение компьютерной грамоте и формальной и неформальной композиции, но и внедрение основ научного дизайна. Дизайнер ­ – это эксперт, консультант, инициатор новых маршрутов в области визуальной культуры города или села. Стрит-арт – это важный квалификационный блок в обучении дизайнеров, поскольку сегодня многие выпускники кафедр дизайна занимаются именно этим видом выполнения заказов для профессионального заработка, реализуя свои авторские эскизы и дизайн-проекты. Появляются и дипломные проекты как техническое задание от реального заказчика [3; 4; 5; 6].

Тезис 2. Выносить свои творения на обозрение миллионам большой риск. Это понесет за собой либо признание, либо провал. Как известно, в первое время мало кто понимал, какую идею несет в себе уличное искусство, что это? Протест или способ самовыражения художника?

Мы обратились к работе Дмитрия Голынко-Вольфсона «Стрит-арт: теория и практика обживания уличной среды» [1]. Автор пишет: «Стрит-арт сознательно балансирует на грани между искусством и вандализмом, между свободным самовыражением и разнузданным хулиганством, между разрешенным и уголовно преследуемым, между эстетическим и правовым полем. Для уличного художника (в куртке–балахоне с надвинутым на глаза капюшоном и с аэрозольным баллончиком) возможны две перспективы: попадание его работ в галерейную коллекцию или на страницы альбома с роскошным полиграфическим оформлением или же арест, крупный денежный штраф и даже многомесячный тюремный срок.

Читать еще:  Французский художник. Cathy Marre

Такое бунтарство нередко используется в целях личного карьерного продвижения. Некоторые уличные художники обращаются к стрит-арту ради рекламной раскрутки, ради того, чтобы познакомить потенциальных спонсоров с особенностями своей манеры и тем самым привлечь их для реализации будущих коммерчески прибыльных проектов уже вне уличного пространства. Стрит-арт внутренне противоречив и полемичен. Всегда ли он относится к территории искусства, пусть и распространенной на неблагополучные участки городского ландшафта? Может, зачастую он является просто способом волеизъявления экстремальных молодежных субкультур, подчас ультраправого или профашистского толка?»

Существует немало примеров стрит-арта в качестве рекламы. Также известны случаи, когда стрит-арт переступает границу искусства и переходит в яркий пример вандализма. Тем не менее, не следует однозначно утверждать, что этому направлению не место в нашем мире. Существует много оригинальных работ, которые благожелательно воспринимаются жителями города или села.

Тезис 3. На современном этапе развития уличное искусство выросло из своего первого начала – просто «граффити» [2]. С течением времени все меняется. И уличное искусство не исключение. Людей все больше привлекает разнообразие и новые идеи.

Журналист и блоггер из Нью-Йорка Каролина А. Миранда написала статью о стрит-арте в известный американский журнал о современном искусстве «ARTnews». Журнал издается с 1902 года в 120 странах и является влиятельным медиа в мире искусства. Издание впервые за долгое время опубликовало подробный материал об уличном искусстве, что, безусловно, говорит о возрастающем интересе мирового арт-сообщества к этой теме. Каролина А. Миранда пишет: «Размышляя о стрит-арте, люди сразу представляют мультяшных героев или конструктивистские узоры, или бесконечное число символов различных стрит-художников, незаконно красующихся во всем мире. Но тенденции меняются. Сейчас молодые художники переходят от бесконечного неосмысленного теггинга к более концептуальным и насыщенным смыслом, абстрактным и объёмным работам. Уличное искусство больше, чем «детище граффити»: оно содержит культурно- историческую ценность».

Месседж (или послание) в художественной версии граффити никогда не написано прямым текстом. За всеми работами стоит скрытый смысл. Возможно, не все его могут прочитать, но стрит-арт начинает обращать на себя внимание коммуникативным потенциалом.

Каждый, кто видел разрисованные художником объекты, не мог не заметить, что выполнены они достаточно просто. И так как днем выполнять эти работы опасно, ибо многие сочтут это за вандализм, то большинство даже самых известных современных представителей стрит-арта творят в ночное время, когда никто им не мешает.

Сами же художники убеждены, что уличным искусством может заниматься каждый. Нередко встречаются профессионалы этого направления без специального художественного образования. Практика показывает, что многие удачные композиции стрит-арта выполнили самодеятельные художники.

Можно с уверенностью сказать, что «Стрит-арт» уже имеет собственную историю развития, различные формы и способы выполнения. Необходимо преподавать дизайнерам, как самостоятельную дисциплину, хотя бы для того, чтобы уточнить цели, смыслы и мифы о ночных художниках. Стрит-арт сегодня необходимо изучать, как оригинальный творческий и коммуницирующий в городской среде фрактал в мире искусства.

Вывод. Неважно, где и каким образом размещены те или иные объекты стрит-арта. Их задача — донести некий посыл до зрителя, чтобы ему захотелось рассказать об увиденном «художественном послании» каждому. Данное направление искусства развивается на сегодняшний день и приветствуется с большим энтузиазмом.

Идейно-ценностный потенциал художественного произведения может быть оценен как посыл для зрителя. Существует мнение, что в большинстве объектов стрит-арта основная идея – противостояние закону. Такой тренд действительно наблюдался в первой волне «граффити». Потом художественный компонент стал все больше увлекать как исполнителей, так и массового зрителя, к галереям уличного искусства пришли грамотные дизайнеры, понимающие роль контура и цветовых сочетаний, значение конфигураций и пластики букв, единство стиля графической композиции, семантики знака, логотипа. Сегодня многие работы уже украшают наши улицы и старые здания. И нам это нравится.

Литература

Голынко-Вольфсон Д. Стрит-арт: теория и практика обживания уличной среды// Художественный электронный журнал. Интернет-ресурс: http://permm.ru/menu/xzh/arxiv/81/9.html.

Крамар М. «Уличное искусство выросло. Оно больше, чем граффити». Интернет-ресурс: http://theoryandpractice.ru/posts/.

Ткалич. С.К. Курс лекций и практикум по предмету «Основы исследовательской деятельности» Осенний семинар 2014. Кафедра дизайна. МГГУ имени М. А. Шолохова.

Ткалич С.К. Роль цвета в формировании визуальной культуры современного мегаполиса. Статья. //Консалтинг в образовании и управлении: коллективная монография. Т.1. М.: ИИТ МГУС, 2007. С.140-144. ISBN 978-5-94857-037-2.

Фазылзянова Г.И. Художественный текст как объект понимания // Человек в мире культуры: исследования, прогнозы. – М.: ВИНИТИ, 2007. – С. 314-318.

Фазылзянова Г.И. Смысл как продукт коммуникативной ситуации понимания. Статья. // Вестник МГУКИ.– 2009. – № 2, 2009. – С. 8-13.

Граффити – искусство или вандализм?

В рамках темы месяца «Уличная культура и стрит-арт» приглашенный редактор Design Mate Александр Мущенко размышляет об истории и природе граффити, его ценности, как искусства, и о том, как относиться к граффити в современном мире.

Александр Мущенко Продакшн-директор Музея стрит-арта в Санкт-Петербурге #AlexanderMushchenko

На этот вопрос можно дать простой ответ. Граффити может быть вандализмом. И искусством тоже. Является оно вандализмом или нет зависит лишь от того, где и с какой целью оно создано. То, что этот вопрос возникает, говорит об отсутствии сформировавшегося отношения к феномену граффити и о широком интересе к нему как со стороны обывателя, так и со стороны участников профессионального сообщества.

Но самое главное здесь отнюдь не соотношение искусства и вандализма. Вопрос скорее в том, является ли граффити искусством, что это такое и как к нему относиться в условиях современного мира. В эпоху постмодернизма искусством может быть все, что угодно. Фактически, на вопрос о причастности граффити к искусству необходимо ответить каждому из нас. Только для того, чтобы ответ был объективен, необходимо знать, что такое граффити, какое место оно занимает в современной культуре и какова история его происхождения.

В первую очередь, отметим, что термин «граффити» рассматривается в двух смыслах – в широком и узком. В широком смысле – от итальянского graffito («царапать») – это изображения или надписи, выцарапанные, написанные или нарисованные краской или чернилами на стенах и других поверхностях. Данный термин известен достаточно давно и в данном контексте применяется преимущественно в среде историков. В узком смысле граффити — это субкультурное явление, ставшее значимой частью уличного искусства. В его основе лежит написание собственного имени или названия команды в как можно большем количестве мест. Чем в более опасном месте находится так называемый «кусок» (произведение), чем больше его тираж. Чем уникальнее стиль художника, тем больше степень уважения, которую он получит внутри сообщества.

Очень часто к граффити причисляют объекты стрит-арта, мурализма.

Это неправильно, потому что самая важная составляющая граффити — это шрифт. Чем он узнаваемее и сложнее, тем лучше. Еще одни отличие граффити от стрит-арта в том, что представители этого направления создают свои работы преимущественно для граффити-райтеров – им не важна оценка их произведения рядовым зрителем и случайным прохожим. Важен респект внутри закрытого комьюнити. А стрит-арт наоборот «работает» на обычного зрителя, взаимодействует с горожанами, городом, его архитектурой. Одним словом, с городской средой. Соответственно, сегодня мы рассматриваем граффити в более узком понимании субкультурного явления.

Исторически феномен граффити связан с Нью-Йорком. В конце 60-х-начале 70-х годов в городе сложилась нестабильная социальная атмосфера. Причин этому несколько: полным ходом идут процессы, связанные с джентрификацией (переселением населения из центральных районов в социальные районы, ставшие гетто на окраинах города), активизацией преступных групп и националистических организаций. Активные общественные изменения, вызванные в том числе нестабильной экономической ситуацией, накаляют обстановку в городе. В этом контексте будет уместно упомянуть о том, что появлению субкультуры граффити способствовало наличие криминальных надписей, которые выполняли чисто информативную функцию: они сообщали о занятости района той или иной бандой. Стены становились инструментом коммуникации в рамках криминального сообщества. Таким образом, последовавшее появление субкультурного граффити в Нью-Йорке во многом навеяно криминальной эстетикой.

Фактически, временем появления граффити принято считать 1971 год. В этот год на первой полосе The New York Times выходит знаменитое интервью под заголовком «Taki 183 Заводит друзей по переписке», в котором было впервые представлено новое молодежное явление – граффити, и в частности история Тaki из 183 района, который в течение долгого времени писал свое имя по всему Нью-Йорку. Данная публикация повлекла за собой появление множества подражателей, движение начало развиваться в геометрической прогрессии и в последующие 10 лет (в том числе благодаря подъему хип-хоп культуры) превратилось в настоящую субкультуру со своими правилами, понятиями и традициями.

Безусловно, с точки зрения обывателя эта культура (или скорее, контркультура) враждебна городскому порядку.

Она вторгается в частное и государственное владение, отрицает право собственности и установленные нормы морали. Но зная предпосылки появления граффити и социальную обстановку того времени, мы можем прийти к заключению, что этот феномен фактически является коммуникационным каналом как между участниками сообщества, так и с окружающим миром. Надписи на стенах, являющиеся именами (никнеймами) художников, говорят о существовании этих людей. Надписи, сделанные на поездах, становятся посланием благополучному центру из гетто и символом зачастую бессознательной борьбы против классового неравенства: «Смотрите, мы есть, хотя вы нас не видите». В условиях развития городов, как системы управления гигантскими массами людей, подобного рода действия можно трактовать, как борьбу индивида за городское пространство, подчиненное четким, не поддающимся сомнению правилам.

В данном контексте интересны мысли французского философа Ги Дебора, который писал о том, что урбанизм является новым эффективным средством для сохранения классовой структуры власти. Поэтому выход индивида в городское пространство с деструктивными посланиями во многом связан с изменением статуса города во второй половине XX века. Феномен нью-йоркского граффити – лишь один из примеров такой борьбы. Но нужно понимать, что схожие процессы происходили во Франции конца 60-х годов, когда во время студенческих выступлений, известных как Красный май, одним из основных инструментов коммуникации выступали художественные практики, осуществляемые в городском пространстве. Также интересен пример Берлина, в котором стена стала символом противоборства двух политических систем и местом для проявления жителями своего отношения к тем или иным политическим и социальным процессам. Таким образом, обладая необходимой информацией, мы можем сформировать собственное отношение к граффити. Причем эти мнения могут быть и позитивными (если рассматривать граффити в контексте борьбы молодежи за городское пространство) и негативными (если рассматривать граффити в контексте порчи имущества — вандализма).

Читать еще:  Современный художник-импрессионист. Brent Jensen

Теперь что касается вандализма и граффити. В общественном мнении эти два понятия чаще всего синонимичны. Однако это не совсем справедливо, т.к. граффити далеко не всегда является вандализмом. С правовой точки зрения «вандализм это осквернение зданий или иных сооружений, порча имущества на общественном транспорте или в иных общественных местах». С первого взгляда может показаться, что к данному толкованию можно отнести любое граффити. Однако объективная сторона преступления выражается в действиях, оскорбляющих общественную нравственность. И такими действиями могут быть нанесения непристойных рисунков, оскорбительных текстов, бесцельной порчи имущества, порчи исторических памятников и т.п. Таким образом, отнести граффити к вандализму с точки зрения законодателей можно в строго определенных случаях, например, надписи на общественном транспорте, надписи на исторических памятниках.

Что касается значения слова вандализм в культурной сфере, чаще всего его понимают как одну из форм деструктивного поведения человека, в ходе которого уничтожаются или оскверняются предметы искусства, культуры. Как и в случае с правовой оценкой вандализма, это определение делает акцент на умышленной порче объектов, обладающих высокой культурной и исторической ценностью. Как мы видим, феномен граффити нельзя отнести к вандализму и поставить между ними знак равенства. Поэтому рекомендуем разделять эти два термина и использовать их в правильном месте и в нужный момент.

Интересно и то, что уличная реклама воспринимается нами как нечто естественное, но часто наносит гораздо больший ущерб чем граффити и при этом не считается вандализмом.

Это немного странно, потому что фактически граффити является саморекламой и визуально в городской среде очень часто считывается как рекламная вывеска. Быть может, просто еще не прошло достаточно времени для того, чтобы мы привыкли к этому новому явлению и перестали завышать его общественную опасность? Тут есть над чем подумать.

И последнее. Граффити стало своеобразным мостом, по которому в город вышли уличные художники, отдалившиеся от субкультурной составляющей граффити, увидевшие интерес в работе с городским пространством. И эти художники, работающие с городской архитектурой, с актуальными темами, визуально вписывающие свои произведения оказали очень большое влияние на глобальную культуры. Некоторые города фактически стали музеями под открытым небом, эти работы стали визитными карточками городов, они легитимны, а их художники популярны и востребованы. Граффити, образно говоря, плохой парень, старший брат стрит-арта, без которого бы младший не смог найти дорогу в городском пространстве. И уже только за это можно относиться к этому проявлению молодежной культуры более снисходительно. К тому же, очень часто мы забываем, что граффити-райтеры, что бы нарисовать свою работу, идут на очень большой риск, берут на себя ответственность, которая гораздо выше нанесенного ущерба.

Но так ли велика общественная опасность от действий, связанных с нанесение рисунков на поверхности городского пространства? Этот и другие вопросы, связанные с историей развития уличного искусства отражены в книге лауреата премии Сергея Курёхина Игоря Поносова «Искусство и город».

Видя очередное произведение на стенах свежевыкрашенного дома, мы не знаем, как к нему отнестись: какие критерии оценки использовать, нравственные, эстетические или правовые?

Граффити – искусство или вандализм?

В рамках темы месяца «Уличная культура и стрит-арт» приглашенный редактор Design Mate Александр Мущенко размышляет об истории и природе граффити, его ценности, как искусства, и о том, как относиться к граффити в современном мире.

Александр Мущенко Продакшн-директор Музея стрит-арта в Санкт-Петербурге #AlexanderMushchenko

На этот вопрос можно дать простой ответ. Граффити может быть вандализмом. И искусством тоже. Является оно вандализмом или нет зависит лишь от того, где и с какой целью оно создано. То, что этот вопрос возникает, говорит об отсутствии сформировавшегося отношения к феномену граффити и о широком интересе к нему как со стороны обывателя, так и со стороны участников профессионального сообщества.

Но самое главное здесь отнюдь не соотношение искусства и вандализма. Вопрос скорее в том, является ли граффити искусством, что это такое и как к нему относиться в условиях современного мира. В эпоху постмодернизма искусством может быть все, что угодно. Фактически, на вопрос о причастности граффити к искусству необходимо ответить каждому из нас. Только для того, чтобы ответ был объективен, необходимо знать, что такое граффити, какое место оно занимает в современной культуре и какова история его происхождения.

В первую очередь, отметим, что термин «граффити» рассматривается в двух смыслах – в широком и узком. В широком смысле – от итальянского graffito («царапать») – это изображения или надписи, выцарапанные, написанные или нарисованные краской или чернилами на стенах и других поверхностях. Данный термин известен достаточно давно и в данном контексте применяется преимущественно в среде историков. В узком смысле граффити — это субкультурное явление, ставшее значимой частью уличного искусства. В его основе лежит написание собственного имени или названия команды в как можно большем количестве мест. Чем в более опасном месте находится так называемый «кусок» (произведение), чем больше его тираж. Чем уникальнее стиль художника, тем больше степень уважения, которую он получит внутри сообщества.

Очень часто к граффити причисляют объекты стрит-арта, мурализма.

Это неправильно, потому что самая важная составляющая граффити — это шрифт. Чем он узнаваемее и сложнее, тем лучше. Еще одни отличие граффити от стрит-арта в том, что представители этого направления создают свои работы преимущественно для граффити-райтеров – им не важна оценка их произведения рядовым зрителем и случайным прохожим. Важен респект внутри закрытого комьюнити. А стрит-арт наоборот «работает» на обычного зрителя, взаимодействует с горожанами, городом, его архитектурой. Одним словом, с городской средой. Соответственно, сегодня мы рассматриваем граффити в более узком понимании субкультурного явления.

Исторически феномен граффити связан с Нью-Йорком. В конце 60-х-начале 70-х годов в городе сложилась нестабильная социальная атмосфера. Причин этому несколько: полным ходом идут процессы, связанные с джентрификацией (переселением населения из центральных районов в социальные районы, ставшие гетто на окраинах города), активизацией преступных групп и националистических организаций. Активные общественные изменения, вызванные в том числе нестабильной экономической ситуацией, накаляют обстановку в городе. В этом контексте будет уместно упомянуть о том, что появлению субкультуры граффити способствовало наличие криминальных надписей, которые выполняли чисто информативную функцию: они сообщали о занятости района той или иной бандой. Стены становились инструментом коммуникации в рамках криминального сообщества. Таким образом, последовавшее появление субкультурного граффити в Нью-Йорке во многом навеяно криминальной эстетикой.

Фактически, временем появления граффити принято считать 1971 год. В этот год на первой полосе The New York Times выходит знаменитое интервью под заголовком «Taki 183 Заводит друзей по переписке», в котором было впервые представлено новое молодежное явление – граффити, и в частности история Тaki из 183 района, который в течение долгого времени писал свое имя по всему Нью-Йорку. Данная публикация повлекла за собой появление множества подражателей, движение начало развиваться в геометрической прогрессии и в последующие 10 лет (в том числе благодаря подъему хип-хоп культуры) превратилось в настоящую субкультуру со своими правилами, понятиями и традициями.

Безусловно, с точки зрения обывателя эта культура (или скорее, контркультура) враждебна городскому порядку.

Она вторгается в частное и государственное владение, отрицает право собственности и установленные нормы морали. Но зная предпосылки появления граффити и социальную обстановку того времени, мы можем прийти к заключению, что этот феномен фактически является коммуникационным каналом как между участниками сообщества, так и с окружающим миром. Надписи на стенах, являющиеся именами (никнеймами) художников, говорят о существовании этих людей. Надписи, сделанные на поездах, становятся посланием благополучному центру из гетто и символом зачастую бессознательной борьбы против классового неравенства: «Смотрите, мы есть, хотя вы нас не видите». В условиях развития городов, как системы управления гигантскими массами людей, подобного рода действия можно трактовать, как борьбу индивида за городское пространство, подчиненное четким, не поддающимся сомнению правилам.

В данном контексте интересны мысли французского философа Ги Дебора, который писал о том, что урбанизм является новым эффективным средством для сохранения классовой структуры власти. Поэтому выход индивида в городское пространство с деструктивными посланиями во многом связан с изменением статуса города во второй половине XX века. Феномен нью-йоркского граффити – лишь один из примеров такой борьбы. Но нужно понимать, что схожие процессы происходили во Франции конца 60-х годов, когда во время студенческих выступлений, известных как Красный май, одним из основных инструментов коммуникации выступали художественные практики, осуществляемые в городском пространстве. Также интересен пример Берлина, в котором стена стала символом противоборства двух политических систем и местом для проявления жителями своего отношения к тем или иным политическим и социальным процессам. Таким образом, обладая необходимой информацией, мы можем сформировать собственное отношение к граффити. Причем эти мнения могут быть и позитивными (если рассматривать граффити в контексте борьбы молодежи за городское пространство) и негативными (если рассматривать граффити в контексте порчи имущества — вандализма).

Теперь что касается вандализма и граффити. В общественном мнении эти два понятия чаще всего синонимичны. Однако это не совсем справедливо, т.к. граффити далеко не всегда является вандализмом. С правовой точки зрения «вандализм это осквернение зданий или иных сооружений, порча имущества на общественном транспорте или в иных общественных местах». С первого взгляда может показаться, что к данному толкованию можно отнести любое граффити. Однако объективная сторона преступления выражается в действиях, оскорбляющих общественную нравственность. И такими действиями могут быть нанесения непристойных рисунков, оскорбительных текстов, бесцельной порчи имущества, порчи исторических памятников и т.п. Таким образом, отнести граффити к вандализму с точки зрения законодателей можно в строго определенных случаях, например, надписи на общественном транспорте, надписи на исторических памятниках.

Читать еще:  Я вижу свое сердце. Natasha Isenhour

Что касается значения слова вандализм в культурной сфере, чаще всего его понимают как одну из форм деструктивного поведения человека, в ходе которого уничтожаются или оскверняются предметы искусства, культуры. Как и в случае с правовой оценкой вандализма, это определение делает акцент на умышленной порче объектов, обладающих высокой культурной и исторической ценностью. Как мы видим, феномен граффити нельзя отнести к вандализму и поставить между ними знак равенства. Поэтому рекомендуем разделять эти два термина и использовать их в правильном месте и в нужный момент.

Интересно и то, что уличная реклама воспринимается нами как нечто естественное, но часто наносит гораздо больший ущерб чем граффити и при этом не считается вандализмом.

Это немного странно, потому что фактически граффити является саморекламой и визуально в городской среде очень часто считывается как рекламная вывеска. Быть может, просто еще не прошло достаточно времени для того, чтобы мы привыкли к этому новому явлению и перестали завышать его общественную опасность? Тут есть над чем подумать.

И последнее. Граффити стало своеобразным мостом, по которому в город вышли уличные художники, отдалившиеся от субкультурной составляющей граффити, увидевшие интерес в работе с городским пространством. И эти художники, работающие с городской архитектурой, с актуальными темами, визуально вписывающие свои произведения оказали очень большое влияние на глобальную культуры. Некоторые города фактически стали музеями под открытым небом, эти работы стали визитными карточками городов, они легитимны, а их художники популярны и востребованы. Граффити, образно говоря, плохой парень, старший брат стрит-арта, без которого бы младший не смог найти дорогу в городском пространстве. И уже только за это можно относиться к этому проявлению молодежной культуры более снисходительно. К тому же, очень часто мы забываем, что граффити-райтеры, что бы нарисовать свою работу, идут на очень большой риск, берут на себя ответственность, которая гораздо выше нанесенного ущерба.

Но так ли велика общественная опасность от действий, связанных с нанесение рисунков на поверхности городского пространства? Этот и другие вопросы, связанные с историей развития уличного искусства отражены в книге лауреата премии Сергея Курёхина Игоря Поносова «Искусство и город».

Видя очередное произведение на стенах свежевыкрашенного дома, мы не знаем, как к нему отнестись: какие критерии оценки использовать, нравственные, эстетические или правовые?

«Оценка работы — прерогатива зрителя». Горожане обсуждают, в чем разница между вандализмом и уличным искусством

В ночь на субботу, 17 августа, на лавках, информационных стендах и других объектах на набережной Кабана появились многочисленные граффити. В воскресенье полиция задержала их авторов — ими оказались молодые люди 18, 23 и 24 лет. Возбуждено уголовное дело о вандализме. «Инде» попросил казанских уличных художников и искусствоведов объяснить на примере граффити на набережной, чем вандализм отличается от стрит-арта.

Что такое уличное искусство, а что вандализм, могут понять только специалисты. Ситуация на набережной озера Кабан это показывает. Меня поразили комментарии в инстаграме Наталии Фишман (фотографии граффити опубликовала помощник президента РТ. — Прим. «Инде»). В основном люди рассуждают, что эти надписи — некий стрит-арт. Это не стрит-арт, а обыкновенный вандализм: банальные примитивные надписи, хулиганы просто пошалили. Почему их обсуждают как какой-то факт искусства, для меня загадка.

Стрит-арт вырос из вандализма, это специфическая область современного искусства, но искусства как такового там очень мало. Специалист или обычный человек с развитым чувством вкуса увидит, где стрит-арт, насколько он качественно, уместно, актуально сделан, вписан в среду. Не зря устраивают фестивали стрит- и паблик-арта — ими руководят профессионалы: художников отбирают, и они в отведенных местах выражают свои идеи на определенные темы. Представьте, если знаменитый художник сделает на фасаде театра оперы и балета прекрасную профессиональную роспись. Что это будет — вандализм или акт искусства? Наверное, вандализм, потому что в этом ансамбле первичен сам оперный театр — это объект со своей архитектурной эстетикой и ценностью.

В дискуссии в комментариях для меня было удивительно, что кто-то в качестве наказания предлагал штрафы, а кто-то — три года заключения. Последнее, конечно, чересчур, но существенные штрафы, на мой взгляд, помогут избежать подобных ситуаций в будущем. Почему кто-то может самовыражаться, а другие должны смотреть на эти акты вандализма? Наталия Львовна писала, что ее сердце разбито. Мое сердце тоже разбито. В центре города наконец-то появилось достойное с точки зрения современного дизайна пространство — и тут пришли вандалы, которых кто-то почему-то считает стрит-артистами. Почему у нас нет права защитить прекрасное?


Паша 183, «Аленка»

Нелегальность, провокация и прямое действие являются неотъемлемой частью мифологии стрит-арта. В этом есть что-то живое и настоящее, без чего стрит-арт перестает быть самим собой. Говоря о грани между искусством и вандализмом, я могу рассказать только о своих принципах. Я стараюсь, чтобы мои работы были эстетичны, уместны, соответствовали нормам цензуры. Уместностью я называю соответствие художественного объекта контексту места. Я рисую в тех местах, где мои работы не причинят никакого ущерба среде, а наоборот, даже как-то разбавят и обогатят серость и обыденность.

Также мне важно, чтобы в моих работах были посыл, смысл и, безусловно, красота (хотя не всегда получается сделать нелегальные вещи так качественно, как хотелось бы). Но мои работы существуют на уличных объектах — даже если я сделал очень красивую работу с глубоким смыслом, при желании меня можно спокойно назвать вандалом. Наверное, оценка работы — прерогатива зрителя и его понимания контекста стрит-арта.

Брэд Дауни, Arrested Motion

исследователь послевоенного искусства СССР

Для каждого историка искусства и художника определение стрит-арта будет разным. В широком смысле к нему относят пространственные (теггинг, муралы и так далее) и временные (перформанс, музыка и т.д.) формы искусства, которые появляются в открытых урбанистических пространствах. Некоторые художники считают, что поскольку теггинг не требует большой изобретательности, его можно считать самой «низкой» формой уличного искусства, а то и вовсе не включать в это понятие. В узком смысле под стрит-артом зачастую подразумевают монументальное искусство, инсталляции и пространственные композиции, интегрированные в улицу и «взламывающие» ее логику — в социальном, политическом или архитектурном ключе — или, наоборот, стремящиеся улучшить город. Результатом действия художника может стать не само произведение, а созданная ситуация.

Самые известные примеры последних лет 15 в пределах страны — работы Тимофея Ради, Паши 183, Антона Мэйка, Игоря Поносова, Андрея Сяйлева, Артема Филатова и других. В этом году много пишут об Арсении «Вредитель ли?». Категория красоты в традиционном смысле здесь уже неприменима, так же как и в искусстве последних 100 с лишним лет, начиная с импрессионистов. Хотя если изучать историю, то быстро понимаешь, что искусство никогда не было исключительно про красоту и давно обращалось к социальным вопросам — взять, к примеру, Веласкеса с его портретами шутов. За эстетикой стоит отправляться к дизайну и прикладным формам творчества.

Вандализмом считается разрушение исторических ценностей. В случае с набережной Кабана не были затронуты объекты культурного наследия, следовательно, говорить о вандализме нет смысла. Есть печальная тенденция, что в нашей стране споры художественного характера решает полиция или просто те, кто не является специалистом.

Как уже понятно, стрит-арт может принимать разные формы, и не всегда монументальные. То, что оставили ребята на набережной, — простейшая форма уличного искусства, которая называется теггингом. Это никнейм художника и числовая приставка, которая может указывать на место проживания или не указывать ни на что конкретное. Я недоумеваю, глядя на масштаб освещения этого случая: райтеры не причинили вреда объектам исторической застройки. Поверхности, на которые нанесены надписи, не требуют дорогостоящей реставрации и были быстро возвращены к первоначальному виду. (После очистки от надписей на поверхностях остались разводы, которые не получается убрать специализированными химическими средствами. Поверхности требуют дополнительных работ по восстановлению первоначального вида: стены и информационную тумбу необходимо заново покрасить, а скамейки — отшлифовать. — Прим. «Инде».) Делаю вывод, что нам просто устроили показательный суд. Прочитав комментарии под постом Наталии Фишман, я не узнала ничего нового: публичная порка еще со Средневековья остается действенным средством от скуки, при этом ее зрители не делают ничего реального, чтобы исправить то, что им не нравится. (В комментариях к публикациям о случившемся в инстаграме небезразличные жители активно предлагали свою помощь по очистке поверхностей от следов вандализма. Один из местных жителей в субботу приехал со своими средствами и отчистил стену с тегами. — Прим. «Инде».) В итоге получается разжигание ненависти.

Есть мнение, что наличие стрит-арта в городе и его объем напрямую связаны с тем, насколько город вообще принадлежит жителям, и я с ним согласна. Мы живем в то время, когда цензура усиливается, власти оставляют людям все меньше возможностей высказаться, и логично, что улица оказывается единственным местом, где это можно сделать свободно. Случай с набережной хорошо иллюстрирует этот тезис. Думаю, мой ответ на вопрос, имеют ли такие надписи право на существование, понятен. В Казани вообще не так часто встретишь (по сравнению с соседним Нижним Новгородом, например) художественные интервенции в городское пространство, не говоря уже об опыте других, более отдаленных городов и тем более стран. Стрит-арт, по своей сути являясь искусством прямого действия, лишится своего смысла и станет простой графикой, если перенести его в галерею.

Сам по себе вопрос о том, что нужно сделать, чтобы «подобное не повторилось», мне кажется неуместным: стрит-арт с самого начала своей истории строится на элементах неожиданности, провокации, имеет подрывной и протестный характер и всегда появляется там, где «нельзя» — независимо от того, нравится кому-то это или нет.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector