Немецкий художник. Klaudia Neuhardt

Немецкий художник. Klaudia Neuhardt

Герхард Рихтер недоволен фильмом о себе, выдвинутым на «Оскар»

Немецкий художник стал прототипом главного героя ленты «Работа без авторства» Флориана Хенкеля фон Доннерсмарка, американская премьера которой прошла в МоМА

Том Шиллинг в роли художника Курта Барнерта в фильме «Работа без авторства». Фото: Caleb Deschanel / Courtesy of Sony Pictures Classics

Мировая премьера фильма «Работа без авторства» немецкого режиссера Флориана Хенкеля фон Доннерсмарка состоялась на Венецианском международном кинофестивале. Хотя там картина не получила никаких призов, Германия выдвинула ее на «Оскар-2019» в номинации «Лучший фильм на иностранном языке» (список номинантов на эту награду будет объявлен Американской киноакадемией 22 января, а победителей назовут на церемонии в ночь с 24 на 25 февраля).

Оливер Мазуччи в роли профессора Антониуса ван Вертена, прототипом для которого послужил Йозеф Бойс. Фото: Caleb Deschanel / Courtesy of Sony Pictures Classics

«Работа без авторства» — единственный из всех виденных мной фильмов об искусстве, в котором точно изображен творческий процесс — от чистого холста, через все срывы и ошибки, в конечном итоге приводящие к открытиям.

Обойдясь без патетики и трагического надлома в образе главного героя, характерных для фильмов о Баскиа, Поллоке, Пикассо и ван Гоге, фон Доннерсмарк (уже получивший премию «Оскар» за фильм 2006 года «Жизнь других») смог добиться невероятной правдоподобности.

Паула Бир исполнила роль жены главного героя. Фото: Courtesy of Sony Pictures Classics

Творчество у фон Доннерсмарка становится основой повествования, раскрывающего социальное, политическое и художественное наследие, которое нацизм оставил послевоенному поколению немцев. Представителем этого поколения является и главный герой фильма по имени Курт Барнерт (его сыграл Том Шиллинг), прототипом которого стал Герхард Рихтер, один из самых дорогих ныне живущих художников.

Себастьян Кох в роли профессора Карла Зебальда, нераскаявшегося нациста-гинеколога. Фото: Caleb Deschanel / Courtesy of Sony Pictures Classics

Фильм открывается сценой бомбардировки Дрездена, которую видит ребенком Барнерт. Герой растет в образовавшейся после войны ГДР, становится учеником Йозефа Бойса и однокашником по дюссельдорфской Академии художеств персонажа, прототипом которого является художник Гюнтер Юккер. Зрители получат особенное удовольствие от того момента, когда Барнерт превращается в того самого Рихтера, которого все мы знаем. В фильме есть и антигерой — тесть Барнерта, нераскаявшийся нацист-гинеколог, на чьей совести принудительная стерилизация и уничтожение невинных, которого пугающе достоверно сыграл Себастьян Кох.

Детство героя, прототипом которого стал Герхард Рихтер. Фото: Courtesy of Sony Pictures Classics

Перед показом в нью-йоркском Музее современного искусства (МоМА) фон Доннерсмарк рассказал, что все самые невероятные сцены его нового фильма основаны на реальных событиях. Фильм и вправду оставляет очень правдоподобное впечатление. Впрочем, не для всех. Сидевший рядом со мной на показе дилер Антон Керн, сын Георга Базелица, назвал фильм «китчем».

Выразил недовольство результатом и сам Рихтер в опубликованном в журнале New Yorker материале о фильме. Перед началом съемок он сотрудничал с творческой группой, консультировал режиссера и даже разрешил пригласить его ассистента для воссоздания своих новаторских полотен. Фон Доннерсмарк также консультировался с Робертом Сторром, куратором ретроспективы Рихтера 2002 года в МоМА. «Это очень хорошо, но не то, чего я ожидал», — сказал Сторр, также присутствовавший на показе.

7 главных работ Герхарда Рихтера с выставки в Еврейском музее

«Впервые работы Рихтера я увидел, когда был сокуратором галереи Тейт. Это был 1995 год, и к тому времени Рихтер уже получил свое признание — стал одним из главных художников мира. Я тогда подумал, до чего это выдающийся мастер — не из тех, кто продолжает традицию, но в корне меняет ее. С одной стороны, это удивительно сильный живописец, с другой — ему так много есть что сказать о нашем отношении с окружающим миром, реальности, эмоциях и даже музыке.

Меня очень интересовали две темы его работы: с одной стороны, развитие абстракции, с другой — фотографические картины Рихтера, которые всем известны. Герхард говорил, что реальность невозможно познать, но в нашей голове есть образ реальности, и это философское понятие в некотором смысле стало его путеводной звездой — он работал над этой темой всю жизнь. Мы живем в мире, где доминирует медиа: только подумайте, какими мы помним исторические события, например, 9/11. Многие из нас не видели этого, но помнят картинки из медиа — и наша связь с реальностью становится все более сложной и опосредованной».

Биркенау, 2014. Холст, масло

«Эти картины связаны с самым страшным эпизодом истории XX века. Рихтер смотрел на фотографии лагеря 1944 года — где люди бегут через леса, где происходят ужасные вещи, где мир как будто бы перевернулся. Он задал себе один вопрос: можно ли нарисовать картину по мотивам этих событий? Он взял эти фотографии и создал черно-белые фигуративные рисунки. Но потом понял, что они совершенно не передают смысла того кошмара, который случился. И нарисовал сверху абстрактную композицию. А потом сделал это снова и снова. И форма, которую теперь приняла картина, — это память о Биркенау. Я задал ему вопрос: почему ты сначала попытался нарисовать реалистическую картину? Он мне ответил: чтобы доказать самому себе, что это невозможно. Ни одна картина не может показать реальность Биркенау. Тогда я его спросил, что же означает тот результат, который получился? И он сказал: это беззвучная эмоция. Ни одна картина, ни одна фотография не покажет, что случилось. Это самое близкое из того, что можно сделать, чтобы помнить об этом».

Биркенау, 2015. 93 фрагмента книги «Биркенау». Бумага, цифровая печать

«Он разобрал свою картину на 93 фрагмента, перетасовал их и разложил в новом порядке. Новая композиция показывает то, как работает наша память с прошлым, — она делит его на фрагменты и раскладывает по-новому».

Биркенау, 2014. Фотография. 4 работы

«Не знаю, получится ли у вас понять сразу, но это на самом деле фотографии. Вам кажется, что вы смотрите на настоящие картины, но вы смотрите на самом деле на репродукцию. Зачем было делать это? Рихтер говорит, что есть историческое событие, и на него наслаивается наше восприятие, наша память — уровень за уровнем. В своих работах он двигался от фотографии и репрезентации к абстракции, шаг за шагом. А когда вы смотрите на картины Рихтера, которые он разобрал на части или сфотографировал, и размышляете о них, то заново переосмысливаете его работы — точно так же, как мы сегодня заново осмысливаем события, которые лежат в их основе».

Читать еще:  Ощущение покоя и благополучия. Esteve Navarrete

Посещение музея, 2011. Цветная фотография, лак

«У Рихтера есть две любимые темы: картины, основанные на фотографиях, и абстрактные работы. Для большинства художников эти направления противоречат друг другу, ты как будто бы не можешь быть всем: либо ты фигуративный художник, либо абстрактный. А Рихтер знаменит тем, что ему удается совместить все и сразу. Он занимается образом — тем, что напоминает реальность, но ей не соответствует. А вот в этой работе он использует свои собственные фотографии, а надо сказать, что он постоянно фотографирует. Если вы присмотритесь повнимательнее, то увидите, как в этих работах под абстрактными пятнами краски скрывается фотография. Обычно фотографии и живопись художники используют отдельно, но здесь происходит что-то новое: они становятся чем-то единым и целым. А лично у меня от этих работ возникают собственные ассоциации: я вспоминаю тот момент, когда чистое ощущение цвета и формы вдруг приобретает значение — как будто мы смотрели на расплывчатые тона и не могли понять, что это. А потом вдруг что-то щелкает в голове, и образ принимает форму. И вы понимаете, что это, например, человек — или стул. В целом вся выставка — об этом моменте».

Аггада, 2006. Холст, масло

«Это, как мне кажется, самая прекрасная картина на выставке. Еще один реверанс месту, где все происходит, Еврейскому музею. Аггада — текст, который рассказывает историю еврейского народа, а именно про тот момент, когда евреи покинули Египет. Это случилось так давно, что мы даже не можем представить, как это было в действительности, но теперь у нас есть картина, которая рассказывает об этом. Я помню, как Рихтер однажды сказал мне удивительную вещь. Он атеист, но много думает о вещах, которые невозможно познать, — а что это такое на самом деле, как не вера. И вот он говорит мне, что нужно потерять Бога, чтобы обрести веру. А чтобы писать картины, нужно потерять для себя искусство».

Аладдин, 2010. Стекло, акрил

«Все свои знаменитые работы он пишет малярной кистью или валиком, создавая плотную живопись, уровень за уровнем: слои краски как следует проникают друг в друга. А недавно он поступил совершенно наоборот — предоставил краске полную свободу. Вместо масла он выбрал акрил, то есть ту краску, которую непросто удержать на месте, — и позволил ей жить своей жизнью на стекле. А потом зафиксировал результат — покрыл его сверху другим стеклом и тем самым остановил движение краски, как будто бы его заморозил. Он остановил момент и тем самым как будто бы создал фотографию: попытался действовать как камера — как машина, которая не делает суждений, не решает, что рисовать, а просто обладает удивительной способностью останавливать время, когда вы нажимаете на кнопку».

Эльба, 2012. Бумага, художественная печать

«Это самая ранняя работа из тех, что представлены здесь, — 1957 года. Рихтеру тогда было 15 лет. Он учился в художественной школе в Дрездене, чтобы получить традиционное образование в области живописи. И вот однажды он создал серию этих картин, часть из которых достаточно фигуративна, — видите маленькие человеческие фигурки, луну, ландшафт? Но чем дальше он над ними работает, тем более абстрактными они становятся. Мне кажется удивительным, что в самом начале своей карьеры он уже пытался понять то, чем занимался всю дальнейшую жизнь. Как будто бы он родился с этим размышлением о границе фигуративной живописи и абстракции.

XX век выдался в этом смысле очень скучным: художники либо копировали окружающий мир, либо создавали ему альтернативу, абстракцию. А он вобрал в себя все. А та работа, на которую вы смотрите сейчас, — одновременно и самая ранняя, и самая поздняя. Вы не смотрите на реальные рисунки, но на недавно оцифрованные работы. Это маленькая хитрость, с помощью которой, как я думаю, Рихтер хотел сказать, что вы никогда не смотрите на реальность».

Искусство в эпоху нацизма.

Самым главным в искусстве в эпоху нацизма являлась его функционализация в пропагандистских целях. Таким образом,
произведения искусства, созданные в то время, легко узнаваемы, тривиальны и примитивны, и историки искусства
теряют интерес к ним.
Многие заказчики и теоретики немецкого фашизма постоянно говорили о «консервативной революции», которая понималась
как антитеза французской революции со всеми ее последствиями, такими как демократия, либерализм, модернизм и
индивидуализм.

В 19 веке романтизм и подобные движения, как неоготика или прерафаэлиты были в первую очередь связаны с
консервативными, монархическими и религиозными идеями. Неоклассицизм напротив с республиканцами и либералами,
то есть наследниками Великой французской революции, просвещения и рационализма. Консерваторы и романтики в
целом поддерживали неоготику и другие стили, вышедшие из средневековья.

Karl Friedrich Schinkel: Gothic Cathedral (1815)

Caspar David Friedrich: Abbey in the Oakwood (1810)

Когда мы смотрим на здания и планы нацистского мастера архитектуры Альберта Шпеера, мы видим,
что у него нет ничего общего с немецким романтизмом.

Speer’s «People’s Hall»

«Зал Народный» Шпеера вдохновлен Пантеоном в Риме и имел, таким образом, сходство с Пантеоном в
Париже или Капитолием в Вашингтоне.
Но есть и различия: «People’s Hall» является чудовищно гигантским. Конечно, этот гигантизм стал возможен в
результате новых архитектурных возможностей, но преследует иные определённые цели. Эта цель сокращение размеров
людей, представить их как величие муравьев. Кстати, это самое намерение стоит за массовыми партийными митингами
в Нюрнберге.

Ещё одно существенное различие – сильное упрощение. Таким образом, стилем нацистов было не просто продолжение
неоклассицизма, а его адаптация официально к новой объективности.

Tempelhof Aiport Berlin

Тесная связь модернистской архитектуры с нацизмом становится явно очевидна на примере аэропорта Tempelhof.
Здесь преобладает крайне упрощенный неоклассицизм, который больше связан с ар-деко , чем со средневековым
романтизмом..
История живописи этого периода тоже показывает, что практически ничего не осталось от консервативной
романтической традиции 19-го века.

Adolf Ziegler: The Judgement of Paris (1939)

Ivo Saliger: The Judgement of Paris (1939)

Diana’s Rest (1940)

Картины выполнены в стиле упрощенного неоклассицизма, в котором всегда предпочитались мифологические и
аллегорические сюжеты. Тела и прически полностью модернизированы. Это было своего рода нацистское порно.

Для сравнения можно посмотреть фотографии и плакаты 1930-х годов. Никаких сомнений, что картины выше
используют точно такой же тип женщины. И это тип — ничего человеку.

Читать еще:  Нидерландский художник. Suzette Huwae

Хотя были и нормальные исторические картины, в которых воспроизводились сюжеты случившиеся давно.
В этих картинах создавались универсальные аллегорические типы вместо конкретных лиц, в героических
позах и священных местах.

Arthur Kampf: Fighting for the Flag

Ferdinand Staeger: Repelling Eastern Agressions

Albert Bürkle: Fighting Peasant

Arthur Kampf: The Maiden of Hemmingstedt (1939)

Это картины героических фигуры, без всякой индивидуальности, агрессивность, часто преувеличенная до карикатуры.
Интересен образ Богородицы, секуляризованный в воюющей женщине, ведущей свой народ на бойню.

История была скорректирована для обеспечения иллюзии славному прошлому.
Использовались и фрески, которые украшали официальные здания. Являясь своего рода ренессансом,
фрески обеспечивали традиции и величие.

Наиболее ярким примером является, конечно, Brunswick собор, который был реконструирован в 1937 году.
Стены были украшены восемью монументальными настенными росписями со сценами из жизни Henry the Lion,
который основал собор и был похоронен в своем склепе.

Brunswick Cathedral: Henry the Lion

Brunswick Cathedral: Guarding the Eastern Frontier

Ferdinand Spiegel: Tank

Эта гигантская фреска «Танк» Фердинанда Шпигеля сравнивает атакующие танки с силой прусской
кавалерии Фридриха Великого.

История и присутствия, танка или лошадей обязательны в вечном мире борьбы. В 1938 году художник
Франц Eichorst украшал фресками мэрию в Берлине, изображающими сцены из войны.

Franz Eichhorst: Defence against Tanks (1938)

Schöneberg city hall in Berlin with mural

Очень похожи на фрески гобелены Werner Peiner. Он разработал целую серию гобеленов, показывающих героические
сражения в немецкой истории от победы над римлянами в the Teutoburg Forest до Battle of Cambrai в
Первой мировой войне.

Werner Peiner: Battle of the Teutoburg Forest (1940)

Werner Peiner: Siege of Marienburg (1940)

Очень популярны были также старые религиозные формы — триптих, который был призван повысить изображение на
священные высоты. Аллегории руководству и поклонение героям здесь должна были заменить традиционные христианские
ценности. Часто, однако, это была только внешняя форма, но не содержание, которое было историческим.


Friedrich Wilhelm Kalb: Searching, Finding, Losing (1942)

Adolf Ziegler: The Four Elements (1937)

Wilhelm Sauter: Hero Shrine (1936)

Искусство должно было изображать вещи такие, как «вечный герой», «жертва», «лидерство» или «война», как
универсальные образы, но не как отдельные случаи. Хотя сами нацисты постоянно обращались к истории, они
не имели никакого реального интереса к ней. Идея прогресса из историографии была заменена эсхатологической
псевдорелигией.
Не было смысла рассказывать историю и исследовать её, в лучшем случае история применялась в качестве парадигмы.
История стала формовочным материалом для любого художника и политического деятеля.

Такое отношение лучше всего иллюстрируют эти пропагандистские плакаты.

История служила только для того, чтобы подчеркнуть требования настоящего.
Смесь псевдо-религии, неисторической истории, прославление героизма и лидерства становится особенно очевидной,
когда сам Гитлер является предметом искусства.

Здесь он изображен как Рыцарь Святого Грааля. Затем он даже представлен как своего рода спаситель с нимбом,
а императорский орел занимает место Святого Духа.

Это конец истории и, следовательно, конец его изображений!

Картины малоизвестного австрийского художника, которому дважды отказали в поступленнии в Венскую Ак

А ведь мог бы быть другой, совершенно другой Мир.

2. Вердерские ворота Вена Венский период (1910-1912 г.)

3. Старый дворик. Мюнхен. 1914

4. Уголок Мюнхена

5. Обитель Нойберг на Данубе 1911

6. Развалины монастыря в Мессине

Вот ведь усмешка судьбы. Адди рисовал последствия Мессинского землетрясения, в ликвидации последствий которого принимали участие русские моряки. Их там до сих пор помнят и чтут.

«В память о спасателях в Мессине названы улицы: улица Российских героев-моряков 1908 года, улица Русских моряков, улица Русских моряков Бaлтийcкoй эcкaдpы.»

7. Крестьянский дом у моста 1910

8. Христос и Дева Мария, 1913

9. Белые орхидеи акварель 1913

10. Ваза с цветами

В сентябре 2006 года в Великобритании прошел аукцион Jefferys, на котором были выставлены работы начинающего художника. Адольфа Гитлера. Торги могли бы и не состояться, если бы за год до этого всё на том же аукционе среди прочих полотен случайно не оказался портрет почтальона из Голландии с подписью A. Hitler…

Портрет стоимостью 5200 фунтов приобрел один из местных жителей. А через год одна бельгийская дама представила общественности свою коллекцию произведений фюрера, которую обнаружила на чердаке своего дома много лет назад (по одной из версий, коробку с картинами в 1919 году бросили французские беженцы).

Если честно, я что-то подобное предполагала.

И это печально, на самом деле. Может быть, я не вижу «глубоко смысла», который заложен в этих картинах, но ей Богу, кроме ужаса и отвращения такое творчество, никаких эмоции у меня не вызывает.

В 1980-е годы несколько экспертов из Бельгии подтвердили подлинность этих картин. Именно эта коллекция и была выставлена на продажу в 2006 году.

На аукционе была продана самая дорогая картина из архива Гитлера, оцененная в 10,5 тыс. фунтов стерлингов. Её приобрел неизвестный россиянин. Таким образом, общественность наконец-то смогла познакомиться с творчеством Адольфа Алоизовича. Но до сих пор четыре полотна кисти фюрера находятся «за семью печатями».

Эти картины принадлежат армии США и покоятся в секретном подземном хранилище в Центре военной истории, где постоянно поддерживается необходимая температура и влажность воздуха. Доступ к этим картинам открыт только для нескольких экспертов-искусствоведов и, по заявлению американцев, полотна никогда не будут представлены общественности.

Эти « засекреченные» картины принадлежали ранее личному фотографу, другу и советнику Гитлера — Генриху Гофману, который после победы над фашизмом спрятал свой личный архив сразу в нескольких тайниках. Позднее эти тайники были конфискованы союзниками и объявлены фашистской пропагандой, а некоторые материалы тайников стали уликами на Нюрнбергском процессе.

В 1900 году между 11-летним Адольфом и его отцом состоялся разговор, переросший в большой скандал. Отец плохо успевающего по всем предметам сорванца был потрясён желанием сына: тот хотел стать художником. Алоиз мечтал видеть в сыне крупного успешного чиновника, но юный Адольф очень плохо учился, постоянно получая замечания по поведению и дисциплине. Лишь по рисованию Гитлер-младший имел высокую успеваемость.

После смерти Алоиза его жена Клара, оставшись с пятью детьми одна, узнала о том, что смертельно больна. Ее желание видеть в сыне состоявшегося человека взяло вверх, и она всё-таки позволила Адольфу поступать в Венскую Академию Искусств. Гитлер пренебрег подготовкой к вступительным экзаменам, посчитав свой талант гениальным, и в октябре 1907 года успешно провалил все испытания. Но, чтобы не расстраивать умирающую мать, Адольф солгал ей, сказав, что поступил и теперь будет учиться живописи.

Читать еще:  Послушная собака

Когда матери не стало, Гитлер переехал жить к своему другу, но, стыдясь своего провала, молодой «лжестудент» дни напролет проводил на улице, посвящая свои прогулки созерцанию городской архитектуры Вены. В сентябре 1908 года он предпринял вторую попытку поступить в Академию, но и в этот раз судьба отвернулась от него: приемная комиссия даже не взглянула на работы начинающего художника. Гитлер впал в депрессию, из-за чего вскоре оказался на городском дне вместе с бродягами.

В августе 1910 года Гитлер по счастливой случайности познакомился с Рейнгольдом Ганишем, сообщив ему, что неплохо рисует. Ганиш неправильно понял нового друга, приняв его за маляра. Но позже, посмотрев творения Адольфа, предложил ему организовать совместный бизнес.

С этих пор Гитлер стал рисовать пейзажи и городские здания на холстах размером с почтовые открытки. Ганиш вполне успешно продавал их в трактирах и гостиницах по 20 крон. Позднее, когда Гитлер переехал в Мюнхен, картины продавались уже в большем количестве, принося их автору доход выше среднего.

Второй этап в творчестве Гитлера наступил, когда он был на фронте. На акварелях, написанных в окопах, в основном изображены здания, разрушенные бомбардировками. Примечательно, что в творчестве Гитлера в это время изображения людей практически полностью отсутствуют.

В общей сложности кисти Адольфа Гитлера принадлежит 3400 полотен, написанных в большинстве своём на фронте во время войны. Но по ряду причин (видимо, скорее нравственных), большинство художников и экспертов сомневаются в подлинности этих картин, а профессиональные критики почти в один голос заявляют, что полотна эти не представляют собой никакой художественной ценности. Но многие всё же признают, что основные художественные приемы и принципы (перспектива и проч.) соблюдены верно.

Лишь один из немногих художественных искусствоведов — Даг Харви — имел доступ ко всем четырем засекреченным картинам кисти Гитлера. После детального их изучения, Харви опубликовал ряд статей, посвященных этой работе, где позиция профессиональных критиков и искусствоведов в отношении творчества фюрера была четко обозначена.

Так, в интервью газете «Нью-Йорк таймс» он заявил: «Как только жрецы начинают говорить о картинах Адольфа Гитлера, их тон становится пренебрежительным, словно признание его визуальных способностей могло бы оправдать Холокост».

На сегодняшний день полотнами фюрера может полюбоваться любой желающий: большинство картин представлены во многих интернет-галереях. Отзывы большинства посетителей таких сайтов хоть и весьма противоречивы, но подчёркивают, что творчество Гитлера зачастую способно удивлять, восхищать, будоражить сознание.

Вот один из таких отзывов: «Красиво, а ведь если бы его приняли в художественное училище, то это, наверное, изменило бы всю историю, и не было бы войны. Ведь он всего лишь не любил рисовать людей».

Герхард Рихтер

Gerhard Richter

Герхард Рихтер

Gerhard Richter

  • Дата рождения: 9 февраля 1932 г. ; Dresden, Germany
  • Национальность:немец
  • Направление:Новая европейская живопись , Абстракционизм
  • Школа/группа:Капиталистический реализм
  • Жанр:фото , абстракция
  • Сфера:живопись , фотография
  • Испытал влияние:Каспар Давид Фридрих , Джексон Поллок , Лучо Фонтана , Роберт Раушенберг , Энди Уорхол
  • Оказал влияние:Эльсуорт Келли , Вольфганг Тильманс , Концептуализм
  • Учителя:Карл Отто Гёц
  • Арт-институции:Дюссельдорфская академия художеств , Высшая школа изобразительных искусств
  • Друзья и коллеги:Блинки Палермо , Зигмар Польке , Йозеф Бойс , Георг Базелиц , Manfred Kuttner , Konrad Lueg
  • Семья и родственники:Иза Генцкен
  • Википедия:ru.wikipedia.org/wiki/Рихтер,_Герхард
  • Официальный сайт:www.gerhard-richter-images.de

Заказать
репродукцию

Герхард Рихтер (нем. Gerhard Richter; род. 9 февраля, 1932, Дрезден) — современный художник Германии. Его произведения включены в собрания крупнейших музеев Европы. В 2005 году он занимал 1-е место в ежегодном списке журнала «Капитал» — самые дорогие и успешные мастера современной немецкой живописи.

Перебравшись в Западную Германию, Герхард Рихтер начал работать с Зигмаром Польке и Конрадом Фишер-Лойгом, манипулируя в духе поп-арта с рекламными объявлениями и дорожными знаками. Результат своих творческих поисков художники издевательски назвали «капиталистический реализм». Выставка «капиталистического реализма» состоялась в мебельном магазине Бергеса в Дюссельдорфе и продолжалась две недели. Следующие пятнадцать лет Рихтер работал на стыке живописи и фотографии. Сначала он сделал серию полотен с обычных фотографий, от которых веяло западным поп-артом, но сам Рихтер интерпретировал это иначе. Напротив, он «хотел сделать что-то, что не имело ничего общего с искусством, композицией, цветом, творчеством и т. д.». Его высказывания о собственной работе полны всяческих опровержений. «Я не следую никакой особой цели, системе и направлению, — говорил он на том этапе, — у меня нет программы, стиля, курса следования».

Тогда же, в 1972-73 годах Рихтер написал серию картин в духе минимализма, озаглавленных «Серое», которые представляли собой плоские и монохромные поверхности. Примерно в 1978-79 годах Рихтер продолжал писать абстрактные полотна, порой цветные, порой только серые, используя печатную продукцию, любительскую и профессиональную фотографию. Абстрактные полотна в те годы Рихтер создавал при помощи больших шпателей и скребков, размазывая относительно простые цвета так, чтобы получились непредсказуемого цвета пятна и полосы. Результат выглядел издевкой над теорией распределения цвета и принципами художественной композиции.

В другой серии картин, Рихтер воспроизводит фотографию своеобразным образом. Серия конца 1980-х, пятнадцать серых полотен под названием «18 октября 1977 года», возникшая в связи с появившимися в прессе фотографиями, зафиксировавшими заключение и смерть в тюрьме членов радикального движения «Фракция Красной Армии». По словам Рихтера, он не увлекся политикой и не собирался увековечить экстремистов, его поразили «общественные устремления этих людей… устрашающая мощь идеи, за которую не жалко умереть». Точно копируя фотографии вплоть до размытости изображения и отсутствия глубины, Рихтер преподносил результат как размышления о смерти — они были «жертвы …идеологизированного поведения как такового». Арт-критик Беньямин Бухло рассматривал стратегии раннего Рихтера как ироническую попытку разобраться с политической историей в лучших традициях авангарда, переведя существенное содержание в нюансы живописной техники. Рихтер же настаивал на том, что далек от политики. Всю его долгую и успешную творческую жизнь Рихтера главным образом интересовала идея репрезентации в эпоху доминирования новостной фотографии, и то, как ввести фотографию в границы живописной традиции, все более подчиняющейся требованиям собственных ресурсов. Необходимо увидеть снова содержание в форме, а не форму как нечто, вмещающее содержание. «У содержания нет формы, — говорил Рихтер. — Оно само — форма».

Это часть статьи Википедии, используемая под лицензией CC-BY-SA. Полный текст статьи здесь →

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector