Еда как искусство

Еда как искусство

Почему еда стала объектом современного искусства

Владимир Гридин решил разобраться, откуда взялась мода на еду в современном искусстве, а также в том, рефлексия это или традиция

Л ауреат премии Кандинского 2009 года Евгений Антуфьев провел масштабное художественное исследование феномена русской культуры при помощи разных медиа и создал тотальную инсталляцию «Бессмертие навсегда». Она стала одним из специальных проектов VI Московской биеннале современного искусства и занимает весь третий этаж главного здания Московского музея современного искусства на Петровке. Ее часть — фарфоровые реплики десерта «Павлова» из меню бара «Стрелка», пекарни «Волконский», ресторана «Поехали». С их помощью художник пытается осмыслить овеществление образа великой балерины в современной культуре.
На стенде галереи «Роза Азора» во время недавней выставки Cosmoscow работы Антона Тотибадзе на темы кухни и застолья раскупались так быстро, что новые картины художнику пришлось привезти прямо из мастерской. Там же в цикле «Алфавит» выставлялся сложноустроенный трудоемкий графический лист «Еда» Ивана Языкова, от покупки которого удержало только отсутствие подходящей для него стены в квартире.


Почему искусство стало рефлексировать на темы еды? Понятна традиция натюрморта. Древний грек Зевксис, по преданию, поражал не только людей, но и животных: виноград с его картины клевали птицы. Изображения снеди в традициях голландской живописи соответствовало, с одной стороны, статусу обеспеченного буржуа, с другой, напоминало о тщете и мимолетности всего сущего. Так натюрморт стал не только изображением фруктов, мяса, овощей, рыбы, дичи, но и ретранслятором общественных ценностей, моральных принципов.
Современному искусству мораль неинтересна. Принимая на себя роль общественного психотерапевта, современное искусство пытается добраться до корневых для художника проблем и из области «что я создаю» переходит на территорию исследования «как я создаю» и «как моя работа влияет на людей». Об этом у меня случился подробный разговор с одним из кураторов основного проекта Уральской индустриальной биеннале Ли Чжэньхуа.

Прежде чем стать художником, арт-критиком и куратором, Ли работал поваром, потому легко переносит ценности современного искусства на кулинарию и обратно. Еда и современная культура, по его мнению, рефлексируют на темы эмоций и разделения чувств. Это хорошо видно в работах Риркрита Тиравании. Тайский художник прославился в 1992 году благодаря перформансу в нью-йоркской «Галерее 303». Он установил там кухню с плитой, столом и стульями и готовил для всех желающих тайский карри. Он повторял этот перформанс в разных странах так часто, что превратился в бренд — «счастливый тайский парень, который готовит». Высказывания Тиравании, конечно, не о карри и тайской кухне, а о том, что происходит между людьми. Его объекты не инсталляции, а живые человеческие эмоции, помещенные в музейный контекст. Искусствоведы назвали это «искусством взаимоотношений», а, согласитесь, ничто так не выявляет отношения в группе, как еда.


Еда как наследие, еда как традиция, еда как показатель социальной иерархии и фиксатор социального расслоения, еда как настоящее, еда как будущее — под каким углом ни смотри на тарелку, ты всегда увидишь в ней эмоции и связи, потому что ни одно блюдо на свете не предполагает солипсизма. Более того, сам факт существования такой примитивной еды, как, например, английские фиш энд чипс, может стать поводом для того, чтобы с помощью артистической метафоры иначе взглянуть на общепринятые вещи. Так сделал Мичихиро Шимабуку в своем проекте Fish & Chips. Он снимал рыб в океане и их реакцию на неожиданно появляющиеся перед ними картофелины. Абсурдный юмор его видео позволил зрителям взглянуть на повседневную модель поведения, созданную пищевым стереотипом.


Примерно то же самое делает Антуфьев, облекая сладкую «Павлову» в плоть многим неизвестной, многими забытой великой балерины. Интересно, что бренд-шеф бара «Стрелка» Режис Тригель при разработке блюда действует как художник: сначала он делает эскизы, зарисовки на бумаге и только после этого приступает к воплощению.
«Готовить или делать искусство — нет никакой разницы» — шокирующее заявление Чжэньхуа обретает смысл, если знать, как определить делателя и его дело. И повар, и художник могут находиться в одном статусе. Статусе создателя эмоций. И пока, как мне кажется, повара по способности ежедневно высекать в нас искру счастья художников обходят.

P. S. Каждый посетитель выставки Евгения Антуфьева «Бессмертие навсегда» может получить скидку 10% на «Павлову» в баре «Стрелка», а каждый посетитель бара «Стрелка», заказавший десерт, получает возможность купить билет на выставку Антуфьева по специальной цене. Чем не идеальный симбиоз искусства и еды?

Еда как искусство, искусство как еда

Филиппо Томмазо Маринетти был первым среди столпов модерна, возведшим приготовление и употребление пищи в ранг искусства, равноправного со скульптурой, графикой или кино. Маринетти был одним из основателей и автором манифеста итальянского футуризма, который возник в 1909 году в Милане. Влюбленные в собственные идеи о будущем, футуристы с особой серьезностью относились ко всему, что касается готовки и трапезы.

В 1932 году Филиппо Маринетти опубликовал «Поваренную книгу футуриста» («La Cucina Futurista»). Это была не просто подборка сумасбродных кулинарных рецептов, а своеобразный манифест, в котором приготовление еды и её приём признаны частью нового, авангардистского мировоззрения и культуры. Маринетти, например, призывал итальянцев отказаться от макарон, а из застольных бесед исключить политические темы. Каждое блюдо должно было подаваться так, чтобы стать эстетической пищей не для брюха, но для глаз. Поэтому футуристические деликатесы часто составлялись из маленьких кусочков, словно мозаика. Элементы этой мозаики важно брать руками, не пользуясь столовыми приборами, – дабы получить от еды еще и тактильное удовольствие. Каждая подача блюд сопровождалась специально подобранной музыкой, важную роль играли ароматы и их сочетания. Так, сардины у футуристов подавали с ананасами, а салями – с кофе и одеколоном.

При всей своей фантазии Маринетти не мог предугадать, какую роль еда будет играть в искусстве 100 лет спустя, то есть в наше время. Современные художники научились использовать гастрономию для создания заявлений, «кочек» зрения – политических (особенно феминистских), социальных и экономических. Когда они открывают рестораны, это считается «арт-проектами», когда они готовят и едят в картинных галереях, это называется «перформанс». Деятели искусства всем на зависть и аппетит создают сложные скульптуры из съедобных материалов – например, сыра или шоколада.

Если оглянуться назад, туда, где глубь и прах веков, можно заметить, что еда всегда что-то значила для искусства. Пещерные художники Каменного века применяли овощные соки и животные жиры для приготовления красок. Древние египтяне вырезали изображения злаков и хлебов на табличках, заполненных иероглифами. В эпоху Возрождения при дворе Габсбургов в Вене (а затем в Праге) работал штатным живописцем знаменитый Джузеппе Арчимбольдо, создававший причудливые портреты, где лица составлялись из фруктов, овощей, рыбы и цветов.

Читать еще:  Дамы из картона. Christian Tagliavini

Когда нормальные люди думают о месте еды в искусстве, им вспоминаются громадные натюрморты золотого века голландской живописи. На этих славных картинах каждая деталь выписана с таким правдоподобием, что кажется, будто пир горой происходит взаправду, а к продуктовому изобилию можно прикоснуться лично – только руку протяни. В 1600-х годах такие произведения говорили о том, что у их владельцев не только много денег, но и ума. Часто изображенная голландскими мастерами пища имела символическое значение, которое отыскивалось в священных библейских текстах. Например, обглоданная кость, таинственный череп или усохший фрукт на полотне напоминали искушенному зрителю о том, что всё на свете бренно и тленно – если, конечно, не свято.

Три столетия погодя гиперреализм Ренессанса уступил дорогу французскому импрессионизму и пост-импрессионизму, звёзды которых особенно ценили не «похожесть», а сочный цвет, игру светотени, а также смелые, живые мазки кистью. Как, например, у Сезанна с его нескончаемыми яблоками и грушами.

Еще полвека спустя наступила краткая, но громкая эпоха поп-арта, когда еда для живописцев превратилась в социальную метафору. Американец Уэйн Тибо изображал комфортную пищу – шеренги пастельных пирогов и тортиков – так, как это делается в рекламных брошюрах и на витринах гастрономов. Такое нелегко назвать натюрмортом, если под таковым понимать что-то уютное, домашнее, что хочется попробовать или повесить на стену меж кухней и столовой. Скорее видится образ продуктового обжористого изобилия в стране коммивояжеров, живущих на колесах – из штата в штат, от бизнеса к бизнесу.

Примерно в то же время мастера искусств принялись использовать настоящую еду для создания своих шедевров. В 1970 году сардонический швейцарец Дитер Рот устроил в Лос-Анджелесе экспозицию «Сыр насущный», в которой выставил 37 чемоданов с упомянутым молочным продуктом. Через несколько дней после вернисажа выставка завоняла так, что люди стали, хмурясь, обходить её стороной. Зато в галерею пожаловали орды червячков и мух, а за ними санитарный инспектор, который приказал экспозицию ликвидировать. На что Дитер Рот с улыбкой заявил, что насекомые-то и были его целевой аудиторией поклонников.

Американские художницы-феминистки конца 1960-х – начала 1970-х годов ухитрились найти политические происки в, казалось бы, банальных и приземленных аспектах повседневной жизни. Так, они рассматривали отношение к пище и питанию, сложившееся в Штатах, с точки зрения ограничений, кои гастрономическая культура налагает на женский пол. В 1972 году борчихи за дамскую правду и права Мириам Шапиро и Джуди Чикаго организовали в Лос-Анджелесе концептуальное пространство под названием «Womanhouse» («Женский дом»). Для этого гордые леди сняли в районе Голливуда 17-комнатный пустующий особняк, приговоренный властями к сносу.

В этом доме Шапиро и её товарки, около 30 человек, устроили массивное нечто, славно поработав. Так, в обеденном зале особняка девушки создали яркую инсталляцию c муляжами еды и напитков, пародирующую процесс украшения детских кукольных домиков. Дескать, что еще женщине в этом мире остается (кроме забот по хозяйству), кроме как нянчиться с куклами. В другой комнате всё было выкрашено пошло-розовым. Остальным 15-ти помещениям «Женского дома» тоже досталось от воинственных дев.

В 1990-е годы многих художников озаботило то, что с появлением большого числа персональных компьютеров, сотовых телефонов и интернета наступила, так сказать, эпоха личностного отчуждения. Дабы дать бой нарождающейся аномии, многие активисты открыли для себя дисциплину «эстетики взаимоотношений», ныне известную как «социальная скульптура». В соответствии с концепцией, любое близкое взаимодействие людей, включая совместный прием пищи, рассматривается как форма искусства. Одним из самых плодовитых практиков «эстетики взаимоотношений» был родившийся в Аргентине таиландец Риркрит Тиравания, прославившийся после выставки «Без названия», прошедшей в лондонском Сохо в 1992 году. Риркрит установил в галерее настоящую кухню, с холодильником, рисоваркой и плитой, и стал готовить карри, угощая посетителей даром и оставляя грязную посуду в зале до окончания экспозиции. Свою кулинарную акцию концептуалист неоднократно повторил в разных странах к явному удовольствию критиков из числа любителей поесть на халяву.

Сегодня начинающие художники, как и ранее, учатся рисовать и компоновать, выполняя натюрморты из фруктов и овощей. Многие из них потом оставляют традиционную живопись ради чего-нибудь бунтарского, экспериментального, но часто художники, подчиненные капризам кулинарной музы, продолжают верить в силу красок, нанесенных на холст (как и во времена Арчимбольдо). Неплохими примерами выглядят работы авторов из Нью-Йорка – Джины Биверс, Уолтера Робинсона и Дженнифер Коутс. Биверс шерстит интернет на предмет фотоснимков еды, из которых затем составляет сложные коллажи, либо же перерисовывает фотки эти на большие холсты, продолжая традиции поп-арта 1960-х.

Уолтер Робинсон помешан на виски и чизбургерах.

Дженнифер Коутс сосредоточена на джанк-фуде, который на полотнах обретает абстрактные формы, переставая казаться вездесущей «штамповкой».

В целом, в современном фуд-арте существует здоровое соперничество между традициями и иконоборчеством. Спустя 85 лет после первой публикации, поваренная книга футуриста Маринетти по-прежнему актуальна, хотя и не слишком – просто надо подождать того, кто сумеет переплюнуть знаменитого клоуна-итальянца в воплощении неустаревающей концепции «Еда – это искусство».

Еда как искусство: что готовили и любили есть художники

Незаурядные люди даже к приготовлению еды подходят креативно. Голубые спагетти, деревья из раков и рагу из угря. Такие блюда вы вряд ли пробовали даже в самых изысканных ресторанах. Кроме того, пищевые привычки художников могут многое рассказать об их творчестве.

Если большую часть времени проводишь бок о бок с сюрреалистами, даже не рассчитывай на «нормальный» быт, как у большинства людей. Ученица Ман Рэя, жена одного из лидеров английского движения сюрреалистов Роланда Пенроуза, фотограф Ли Миллер прожила очень насыщенную жизнь, реализовавшись и как модный фотограф, и как военный корреспондент. Концлагеря, узники, руины, самоубийства, пожары и другие ужасы, которые своими глазами видела Миллер, настолько сильно сказались на ее психическом состоянии, что она погрузилась в депрессию, выбраться из которой пыталась весьма необычным способом, а именно – решила стать поваром-сюрреалистом.

© David E. Scherman

В своем доме в Сассексе она готовила голубые спагетти, зеленую курицу, розовую цветную капусту, омлет красного цвета и соусы самых немыслимых оттенков. Кстати, она весьма преуспела в кулинарии. Может, еда и выглядела странно, но, перед тем как приступить к экспериментам, Миллер прошла обучение в знаменитой французской школе Le Cordon Bleu, а кроме того, собрала настолько большую коллекцию кулинарных книг, что Пенроузу пришлось пристроить к дому целую комнату, где фотограф хранила свою библиотеку. Также рецепты Миллер частенько публиковали в Vogue, а сама она выпустила книгу «Ли Миллер: жизнь с едой, друзьями и рецептами».

Читать еще:  Женщины со всего мира. Christina Bilbili

Джорджия О’Кифф

Художница – один из пионеров в моде на органическую, локальную еду. Она ратовала за потребление продуктов, выращенных не просто в ее родной стране, но и своими же силами. О’Кифф ела лишь сезонные продукты, овощи растила прямо в своем саду в Абикиу, любила злаки, орехи, сама готовила йогурты. Тут, очевидно, сказывалось и ее детство: родители О’Кифф работали на молочной ферме.

Художница была убеждена, что полезная еда благотворно сказывается на работе, что, кстати, напоминает диету некоторых небожителей Кремниевой долины, полагающих, что легкий голод позволяет трудиться эффективнее. Отмечают, что, несмотря на некий аскетизм, она была превосходным кулинаром и ее муж, Альфред Штиглиц, даже уговаривал художницу открыть собственный ресторан. Ресторана так и не появилось, зато ее рецепты собрала в книгу «Ужин с Джорджией О’Кифф: рецепты, искусство и пейзаж» фотограф Робин Ли.

Пабло Пикассо

В 2018 году, во время проведения масштабной выставки Пикассо, британская галерея Тейт составила меню, куда вошли любимые блюда художника. Томленый кролик, ризотто с чернилами каракатицы и кальмаром, красивые десерты. Все это выглядит прямо-таки подозрительно, поскольку друзья и близкие художника отмечали, что его пищевые пристрастия были очень приземленными. Сам Пикассо, отзываясь о своей первой жене, балерине Ольге Хохловой, отмечал, что она любит пирожные и икру, тогда как сам он предпочитает каталонскую колбасу и фасоль.

Однако этот аскетизм был не столь однозначным: может, художник и относился к еде как топливу, а не удовольствию, но в том, что касалось творчества, взаимоотношения Пикассо с едой были не менее бурными, чем любовные связи. Просто куда больше он любил изображать блюда, нежели есть их. Жена Пикассо, Жаклин Рок рассказывала колумнисту Vogue Нинетт Лион, что однажды она приготовила угря, которого очень любил художник, но вместо того чтобы съесть блюдо, он предпочел нарисовать его. В итоге работу он посвятил супруге.

Даже первая выставка в жизни испанца прошла в ресторане Quatre Gats, для которого он также создал иллюстрации к меню. Заведение все еще открыто и по-прежнему использует работы Пикассо, хоть и в виде копий. Исследователи художника отмечают, что самые аппетитные картины Пикассо создал во времена Второй мировой войны. Лишившись любимой еды и хорошего вина, художник стремился воплотить их на холсте. После войны он открыл для себя керамику, и ему очень нравилась взаимосвязь объектов, которые он создавал с едой: будущая посуда сначала запекается, как хлеб, а потом используется для готовки.

Пабло Пикассо и Марк Шагал

Когда Пикассо было около 50 лет, он всерьез обеспокоился своим здоровьем и решил следовать средиземноморской диете, состоявшей преимущественно из рыбы, овощей и фруктов, которые мыли минеральной водой. Однако у художника все равно были свои маленькие слабости, и в 1964 году он даже поделился двумя любимыми рецептами с Vogue: омлетом с тортильей а-ля Нисуаз и тем самым жарким из угря, которое однажды он предпочел нарисовать.

Сальвадор Дали

Прогулка с муравьедом в Лондоне, лекция в костюме аквалангиста (что чуть не стоило художнику жизни) и другие экстравагантные выходки Дали принесли ему не меньшую славу, чем произведения искусства. Разумеется, человек, имидж которого был построен на эпатаже от а до я, не ел сэндвич с маслом и джемом на завтрак или обычный стейк на ужин. Во всяком случае на публике так точно.

Сальвадор Дали и Гала

Есть целая кулинарная книга с любимыми блюдами Дали, которая начинается следующими словами: «Если вы являетесь одним из тех, кто считает калории и превращает радость от еды в наказание, закройте эту книгу немедленно; это слишком жизнерадостно, слишком агрессивно и слишком тяжело для вашего восприятия».

Названия глав могут отвадить от готовки даже самых фанатичных кулинаров; чего только стоит раздел «Осенний каннибализм», предлагающий рецепт пюре из Афродиты. Среди прочих 136 абсолютно сюрреалистических рецептов есть, например, голова ягненка на гриле, крем из лягушек, дерево из раков, которое авторы проекта Art Cooking даже попытались воспроизвести, детально засняв процесс. Кстати, получилось у них весьма неплохо.

Простая еда также не была чужда Дали, например, он рассказывает, как приготовить тост из авокадо. Впрочем, художник будто бы знал, что в XXI веке это будет один из излюбленных завтраков тех самых неприятных ему адептов здоровой еды, подсчитывающих калории, и потому предложил свою версию. Записывайте: мозг теленка следует вымочить в холодной воде, а затем отварить в говяжьем бульоне и уксусе. Смешайте его с мякотью авокадо, миндалем, острым кайенским перцем, текилой, посолите и намазывайте на тост. Приятного аппетита! Отметим, что безумные рецепты, бесспорно усовершенствованные самим Дали, позаимствованы из меню таких французских ресторанов, как La Tour d’Argent, Maxim и Le Train Bleu.

Энди Уорхол

Энди Уорхол выглядит несколько заурядно на фоне своих коллег по цеху. В отношении к питанию, само собой. Ни для кого не секрет, что один из главных продвиженцев поп-культуры очень любил McDonald’s, считая, что это самое красивое, что только есть в каждом городе мира. «Самое прекрасное в Токио – McDonald’s. Самое прекрасное в Стокгольме – McDonald’s. Самое прекрасное во Флоренции – McDonald’s. В Пекине и Москве нет пока ничего прекрасного», – сказал как-то художник.

Среди прочего он не очень любил готовить и однажды написал в дневнике, что только обманывает себя, когда пытается в очередной раз подойти к плите. Так или иначе, но полуфабрикаты, не требовавшие особых усилий и навыков, принесли ему известность. Уорхол так любил суп Campbell, что создал не одну картину с изображением банок, ставших уже легендарными. Как-то у него даже была идея запустить собственную ресторанную сеть Andy-Mat. По задумке художника, посетитель должен был купить еду в вендинговых автоматах (к которым художник, кстати, также питал слабость) и отправиться в специальную кабинку, чтобы есть и смотреть телевизор.

Читать еще:  Женщины в современном мире. Нигяр Нариманбекова

Кроме того, Уорхол был большим сладкоежкой, не раз отмечая, что все, что ему надо – это сахар. Так, например, он придумал свой сэндвич, состоящий из белого хлеба и шоколадного батончика. Свое кулинарное изобретение он нескромно величал тортом.

ЕДА КАК ИСКУССТВО

Aronia de Takazawa – маленький токийский ресторанчик всего на 10 посадочных мест, который был открыт в сентябре 2005 года, а сейчас входит в ТОР — 50 лучших ресторанов Азии под номером 31. Владельцем и шеф-поваром ресторана является Йошиаки Таказава (Yoshiaki Takazawa). Свое обучение основам кулинарного мастерства он начал очень рано – его родители в течении 40 лет владели небольшой закусочной, где будущая ресторанная знаменитость осваивал азы японской кухни .

После кулинарной школы Таказава работал поваром в ресторанах разнообразной направленности, а также получил квалификацию сомелье. Уже в 28 лет он стал самым молодым шеф-поваром в истории Японии. Следующая веха в его биографии – открытие собственного ресторана вместе с женой Акико, ближайшей помощницей и единомышленницей.

Отличительная особенность ресторана Aronia de Takazawa – специально разработанные авторские блюда на основе японской и французской кулинарных традиций с использованием инноваций молекулярной кухни.

фото ресторана Takazawa

Оригинальный ресторан находится в одном из тихих переулков Акасака (район Токио). Неприметная дверь открывается на узкую лестницу, которая ведет в небольшую квадратную комнату со спартанской обстановкой. Ее три стены обшиты деревянными панелями, а на торцевой располагается ультрасовременное рабочее место самого шеф-повара. В основном блюда готовятся на кухне, скрытой от клиентов, но последние штрихи оформления проходят на глазах у публики. Эстетическому виду блюд придается такое же внимание, как и самому приготовлению и большинство из них получают поэтические названия. Недаром журнал «Food & Wine» включил блюдо “ Рыба со снежной приправой ” в число самых красивых ресторанных блюд мира. Оно состоит из кусочка желтохвоста, сервированного горными овощами, съедобными луковицами лилий и приправой, охлажденной до –200 °С. Стоит ее коснуться и она тает, как снег. Среди самых популярных блюд и красочный “Рататуй” на один укус – совокупность 15 овощей в оболочке, приготовленной из красной капусты.

рыба со снежной приправой

рататуй

Меню как такового в ресторане нет. Посетителям предлагаются сеты из 10-12 позиций, начиная от супа и заканчивая десертом. Все действо занимает около трех часов и сродни знаменитой чайной церемонии. Клиентам уделяют максимум внимания и обязательно расскажут все о каждом блюде – из каких ингредиентов оно состоит, как его готовят и как его правильно есть. Такая помощь бывает просто необходима, поскольку по внешнему виду блюда бывает трудно определить не только его состав, но и принадлежность к определенному виду.

Так Яйцо динозавра из Миядзаки — это десерт, состоящий из белого шоколада и кайенского перца (скорлупа), безе и соуса из манго (само яйцо) и васаби (следы динозавра). А вот “ Прибрежный камень ” относится к рыбным блюдам. Сам камень – это запеченный окунь в корке, состоящей из черного хлеба и картофельного пюре, дополненный съедобными ракушками из Киото и водорослями из Окинавы.

яйцо динозавра из Миядзаки

Необычные вкусовые сочетания, изысканное оформление и артистизм самого шеф-повара снискали ресторану славу одного из лучших в Токио. Авторские блюда Takazawa (а с 2012 года ресторан называется именно так) воспринимаются как утонченные живописные полотна, передающие красоту окружающего мира в его постоянных изменениях.

В искусстве средневековой Японии рисунки на свитках часто сопровождались дополнявшими их стихотворными строчками. Предлагаем и вам полюбоваться съедобными произведениями искусства от шеф-повара Йошиаки Таказава в сочетании со стихами классической японской поэзии в стиле хокку и танка.

“ Три цвета ” – теплый суп из цветной капусты в стиле молекулярной кухни .

Фудзивара-но Садаиэ(1162 -1241)

Я видел, они расцвели,

Ветки вишневых деревьев,
Но в сумраке еле сквозят,-
Благоуханная дымка
На вечереющем небе.

Образ луны ” – пюре из ароматной дыни в окружении грибов

Оэ-но Тисато (ум. в начале X в.)

И смутных тысяча тысяч
В душе печалей.
Пусть не ко мне одному
Осень явилась, и все же…

“Поздняя осень. Ностальгия”

Мацуо Басё (1644 -1694)
«Осень уже пришла!» —
Шепнул мне на ухо ветер,
Подкравшись к постели моей.
***
Цветы увяли.
Сыплются, падают семена,
Как будто слезы…

“ Всемирное наследие. Фудзи ” – закуска из овощей и фруктов на фоне извержения Фудзиямы

Мацуо Басё (1644 -1694)
Туман и осенний дождь.
Но пусть невидима Фудзи.
Как радует сердце она.
***
Ветер со склонов
Фудзи в город забрать бы,
Как бесценный дар.

“ Краски хризантемы ” – лосось в пене

Ёса Бусон ( 1716 – 1783)

Любитель цветов!
Ты стал неприметно
Рабом хризантем.

Иида Дакоцу (1885–1962)
Созерцаю хризантему.
Всем сердцем и душой я вовлечён
В её безмолвный дух.

“ Капли дождя” приготовлены из экстракта томатного сока. Лист лотоса размещается на отварном японском угре.

Фудзивара-но Садаиэ (1162 -1241)
Налетел и прошел.
И дождь, и редкие капли
Аромата полны.
От цветка к другому цветку
Меняется тропка в горах.

“ Дзен ” – тофу и икра

Минамото Санэтомо (1192 -1219)
Этот мир земной —
Отражённое в зеркале
Марево теней.
Есть, но не скажешь, что есть
Нет, но не скажешь, что нет.

Еда как искусство (35 фото)

Оригинальный дизайн блюд, которые к тому же основаны на вкусных рецептах и полезных продуктах ─ именно этим занимается жительница Нидерландов, известная под творческим псевдонимом De Meal Prepper .

Однажды начав создавать простые рецепты блюд и оформлять их необычным способом, она уже не смогла остановиться и стала делать фотографии для своего сайта, посвящённого приготовлению еды.

Увлёкшись процессом оформления блюд на тарелке, она очень скоро пришла к тому, что вместо обычных и ничем не примечательных блюд стала изображать из еды животных, цветы, портреты известных актёров и другой дизайн.

Предлагаем взглянуть на некоторые её творения:

все фотографии: @demealprepper

Дорогой друг, чтобы комментировать, необходимо войти на сайт под своим логином, либо авторизоваться через свою соцсеть.

Авторизация займет буквально два клика, и затем вы получите много возможностей на сайте, кроме того случится магия с уменьшением количества рекламы. Попробуйте, вам понравится!

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector