Заядлые рисовальщики: Рибера и голландцы

Заядлые рисовальщики: Рибера и голландцы

Заядлые рисовальщики: Рибера и голландцы

Каталог-резоне рисунков испанского художника и исследование голландских картин XVII века и эскизов к ним

Jusepe de Ribera: the Drawings — Catalogue raisonné / Gabriele Finaldi, ed., with Elena Cenalmor and Edward Payne. Museo del Prado, Fundación Focus and the Meadows Museum. 426 с. €47,50. На английском языке

Обе книги — Jusepe de Ribera: the Drawings — Catalogue raisonné («Хусепе де Рибера: рисунки. Каталог-резоне») и Drawings for Paintings in the Age of Rembrandt («Рисунки и эскизы к картинам в эпоху Рембрандта») — связаны с выставками, но если последняя является вполне обычным каталогом, подготовленным к показам в Национальной художественной галерее в Вашингтоне и в фонде «Кустодиа» / Коллекции Фрица Люгта в Париже, которые состоялись в этом году, то первая — нечто совсем иное. В начале 2017 года прошла передвижная выставка под названием «Рибера. Мастер рисунка» в Прадо и с другим вариантом заглавия «Между раем и адом. Рисунки Хусепе де Риберы» в Музее Мидоуза в Далласе. Этим показам предшествовал выход книги, подготовленной Габриеле Финальди с коллегами, которая является каталогом-резоне всего творчества Риберы в области рисунка.

Испанские рисовальщики обычно считаются бедными родственниками их итальянских конкурентов, но в случае Риберы подобное отношение необоснованно. С давних пор у Риберы был статус одного из величайших художников XVII века, однако его рисунки долгое время не получали заслуженного внимания из-за незнания их реального количества. В основательной вводной статье к книге Финальди пишет, что в монографии Августа Л. Майера 1932 года о художнике было указано всего 12 рисунков, тогда как в статье «Барочный рисунок в Неаполе» Вальтера Вицтхума 1963 года их число доходит уже до 40.

В нынешнем издании воспроизведено 155 подлинных рисунков. Многие из них были заново открыты совсем недавно.
Поскольку Рибера был не только плодовитым живописцем, но и гравером, удивляет то, что среди его рисунков ничтожно мало эскизов к известным картинам и гравюрам. Возможно, впрочем, что два великолепных листа с изображением Давида с Голиафом и, соответственно, Самсона с Далилой связаны с не дошедшими до нас картинами. Эти рисунки выполнены сангиной и итальянским карандашом, притом что обычно художник предпочитал перо — так сказать, для мыслей вслух на бумаге, а также отдельно сангину.

Многочисленные рисунки с привязанными к деревьям мужчинами (довольно часто здесь подразумевался святой Себастьян) не всегда легко соотносятся с определенными картинами или гравюрами, но свидетельствуют о том, что Рибера со всей страстью, почти одержимостью исследовал излюбленную тему. И напротив, у художника никогда не было намерений изображать на картинах отвратительных стариков с бородавчатыми носами и висящими зобами, которые крупным планом постоянно фигурируют в его эскизах. Более того, встречаются и совсем странные рисунки, как, например, великолепный лист сангиной из Метрополитен-музея в Нью-Йорке, на котором фронтальное изображение летучей мыши с расправленными крыльями сопровождается латинским изречением и двумя очень подробными изображениями левого уха.

Хусепе де Рибера. «Голова с маленькими фигурками на шляпе». 1630-е. Рисунок. Фото: Museo del Prado, Fundación Focus and the Meadows Museum

Обратившись к каталогу «Рисунки и эскизы к картинам», можно предположить, что такое название выставки подразумевало непременное соединение живописи с подготовительной графикой. Однако оно не совсем точно, поскольку в ряде случаев демонстрировались только картины. Но в целом удалось связать и воссоединить между собой 127 рисунков и полотен, созданных 45 художниками. Так, эскиз «Лежащая женщина» из Музея Ашмола, выполненный сангиной учителем Рембрандта Питером Ластманом, был помещен рядом с его картиной «Лаван в поисках идолов» (1622) из муниципального музея города Булонь-сюр-Мер, где та же модель «исполняет роль» библейской Рахили. Пара рисунков Абрахама Блумарта демонстрировалась вместе с его картиной «Пейзаж с ветхими здани и и фигурами» (1629) из гамбургского Кунстхалле, и три иллюстрации в каталоге наглядно показывают, сколь искусно трансформировал автор свои более ранние графические мотивы при работе над холстом. А лучше всего представлены собранные вместе девять рисунков и картин самого Рембрандта, включая картину «Проповедь Иоанна Крестителя» с тонкой, излучающей свет техникой гризайли из Картинной галереи Берлина и рисунок «Похищение Ганимеда» из Кабинета графики в Дрездене.

У Риберы почти все графические листы являются эскизами голов и человеческих фигур, тогда как в рисунках голландских художников, представленных на выставках в Вашингтоне и Париже, возникает целый спектр художественных жанров. Не то чтобы на их работах совсем не было людей — скорее, фигуры здесь соседствуют с многочисленными сельскими и морскими пейзажами у живописцев вроде Якоба ван Рейсдала и Яна ван Гойена или с безукоризненно выполненными рисунками цветов и морских раковин Якоба де Гейна II и Бальтазара ван дер Аста. Еще один жанр обозначен полудюжиной рисунков Питера Янса Санредама с изображением церковных интерьеров. Глядя на них, понимаешь, что картины, созданные по этим эскизам, казалось бы, без особых усилий, в действительности были результатом упорного труда.

Среди множества безупречно каталогизированных и соединенных между собой работ порой встречается и кое-что интригующее, сохраняющее дух таинственности. По крайней мере именно так можно обозначить деревянную панель Михиля ван Мюссера «Художник с рисунками в своей мастерской» (около 1665) из коллекции князя Лихтенштейнского. Ведь личность художника, который сидит перед мольбертом среди множества рисунков кораблей, хаотически разбросанных на полу в шахматную клетку, все еще не установлена.

Jusepe de Ribera: the Drawings — Catalogue raisonné / Gabriele Finaldi, ed., with Elena Cenalmor and Edward Payne. Museo del Prado, Fundación Focus and the Meadows Museum. 426 с. €47,50. На английском языке

Хосе де Рибера: художник-маньяк, оправданный спустя 400 лет (9 фото)

Ни для кого не новость, что творцы эпохи Средневековья знали толк в изображении пыток, казней и мучений. Что поделать — жителю Европы в те времена истязания и смерть были особо близки, так как окружали их повсюду. Эпидемии чумы, черной оспы и холеры, войны, а также регулярные показательные казни на площадях и городских стенах сделали присутствие за спиной старухи с косой вполне обыденным. Не отставали и церковники — сложно вспомнить хотя бы одного почитаемого в христианстве святого, который бы умер без затей, в своей постели.

Изображения мук и изощренных способов ухода из жизни присутствуют в творчестве практически всех мастеров эпох Ренесанса и Барокко, но и среди них есть те, которые особо отличились. Ни один живописец в истории европейского искусства не был настолько искушен в изображении пыток и смертей, как Хосе де Рибера (1591−1652).

«Прометей» около 1630 года

Рибера родился в испанской Валенсии, там же начал карьеру живописца, а к 20 годам перебрался в Италию. В Риме молодой талант получил фундаментальные знания в классической живописи, а также обзавелся серьезными долгами. Это заставило его в 1619 году покинуть Вечный город. В Неаполе, где обосновался художник, его творчество особо пришлось по душе духовенству, которое засыпало юного Хосе заказами и обласкало достойными гонорарами. Священнослужители сразу заметили, что лучше всего у юноши с круглым добродушным лицом получались полотна, на которых изображены страсти и убийства.

Мученичество св. Филиппа. 1639

Это было так — смерть получалась у художника очень реалистичной, а орудия пыток и раны он прорисовывал с большим знанием дела. Лучше всего суть творчества Хосе де Риберы сформулировал французский поэт и критик XIX столетия Теофиль Готье:

Читать еще:  Искусствоведческая экспертиза для получения разрешения на вывоз за границу

«Живописная школа безжалостного убийства, словно придуманная одним из помощников палача ради развлечения каннибалов».
Суеверные и подозрительные обыватели не слишком жаловали Риберу — художника всю жизнь преследовала дурная слава — он слыл душегубом и людоедом. Не сохранилось ни одного достоверного упоминания о преступных наклонностях или психических отклонениях художника, но его работы говорят сами за себя. Большинство людей, впервые столкнувшись с картинами Хосе, заявляли, что так достоверно изобразить страдания может лишь человек, привыкший их причинять.

Отличной иллюстрацией темного гения Риберы могут служить две его работы, посвященные мученичеству Святого Варфоломея, одного из 12 апостолов. Особо почитаемый армянской церковью святой принял смерть в Малой Азии, где проповедовал учение Иисуса. Согласно каноническому описанию, с Варфоломея живьем сняли кожу, а затем обезглавили.

Впервые Рибера обратился к этому сюжету в юности. На одном из его ранних полотен запечатлен момент перед казнью — обнаженное тело святого, его смиренный лик и торжествующий палач, осматривающий жертву. Картина вызывает сильные эмоции, но не повергает зрителя в ужас.Совсем иначе воспринимается другая работа художника, посвященная тому же мученику. На ней торжествующий палач приступил к своей страшной работе и со смехом сдирает кожу с руки Варфоломея. Полотно вызывает жуткое ощущение, и основным его акцентом является не отреченное лицо апостола, а плотоядная усмешка его истязателя.

Вообще, тема снятия кожи с живого человека, была особо любима Риберой. Еще одно полотно на эту тему изображает сцену из античной мифологии — на нем Аполлон сдирает кожу с сатира Марсия, осмелившегося вызвать бога на музыкальное состязание. Каждая деталь сцены прописана с ужасающей точностью, и зрителю кажется, что он слышит крик умирающего в муках Марсия.

Значительный вклад в демонизацию Риберы внесли его менее одаренные конкуренты. Говорили, что он запугивал других художников, чтобы самому получить желанный заказ, а один раз его даже обвинили в убийстве. Один из соперников испанского живописца, Доменикино из Болоньи, умер в самом расцвете сил при очень странных обстоятельствах, что сразу же дало пищу слухам о вероломном отравлении конкурента.

Святой Себастьян и святые женщины

Очередная попытка разобраться в неоднозначном творчестве Хосе де Риберы была предпринята недавно организаторами выставки шедевров художника в лондонской галерее Далича. Экспозиция представила наиболее жуткие творения Риберы и имела соответствующее название: «Рибера: искусство жестокости». Свое мнение о работах барочного художника высказали ведущие европейские эксперты средневековой живописи, которые пришли к общему вердикту — «Невиновен».

Итог прений вокруг работ Хосе де Риберы отражает мнение одного из кураторов выставки, Эдварда Пейна:

«Рибере совсем не нужно было быть садистом, чтобы отражать насилие и жестокость. Картины или графические рисунки художника совершенно не обязательно отражают его внутренний мир».

Чтобы убедить посетителей в том, что Хосе де Рибера не маньяк, а просто гениальный художник своего времени, на выставке в Лондоне также были представлены документы XVI-XVII столетий, описывающие правосудие той эпохи. Эти артефакты демонстрируют, насколько обыденным было во времена Риберы равнодушие к чужим страданиям, и подводят гостей экспозиции к тому, что испанский живописец виновен лишь в том, что в высокой степени освоил мастерство передачи эмоций и анатомических деталей.

Заядлые рисовальщики: Рибера и голландцы

После смены власти, в 1620—29 гг. художник как живописец оставался невостребованным, но много работал в области офорта. Работал по заказам местного духовенства и мадридского двора. Примкнул к караваджизму. Благодаря применению изобразительных приемов караваджизма, графика Риберы стала совершенно новым явлением в истории гравировального искусства. Подчеркнуто выпуклая, осязаемая передача объемов была доведена художником до предела при помощи контрастной светотени. Офорты Риберы («Св. Иероним», «Пьяный Силен») поражают правдивостью изображенных в них сцен и реальностью воплощенных образов.

В ранних произведениях Риберы (в том числе в офортах, 1620-е гг.) преобладают резкие контрасты света и тени.

Во второй половине 1620-х гг. к Рибере пришла известность. В 1626 г. он был избран членом Римской академии Св. Луки. В 1629 г. новый вице-король герцог де Алькала вернул Рибере привилегированное положение придворного живописца. А после посещения мастерской Риберы великим Веласкесом его заказчиком становится Филипп IV.

Продолжая создавать драматически напряженные полотна, художник стал обращаться и к другим образам; главным для него становится душевное состояние человека. При этом меняется и его манера живописи: исчезают резкие цветовые контрасты, светотень становится мягче, цветовая гамма насыщается золотистыми и серебристыми оттенками, краски, положенные мелкими мазками, как будто мерцают под воздействием света («Непорочное зачатие»). В картинах на библейские и евангельские сюжеты художнику удалось отразить глубокие человеческие чувства и переживания («Исаак, благословляющий Иакова», «Оплакивание Христа», «Мистическое обручение св. Екатерины»). Используя замысел одной из гравюр Дюрера, Рибера создает выразительную и глубоко человечную композицию «Святая Троица». Для монастыря Сан-Мартино художник создает цикл монументальных полотен — «12 пророков», в которых он дает не сверхчеловеческие идеальные образы, а изображает конкретных, выразительных своей одухотворенностью живых людей. Много внимания художник уделяет типичным для барокко сценам чудес, небесных видений и триумфов веры, для которых характерна искренность чувств и простота поз («Экстаз Марии Магдалины», «Видение св. Бруно»). Среди разноплановых религиозных картин появляются полотна на мифологические сюжеты («Аполлон и Марсий», «Венера и Адонис», 1637, галерея Боргезе, Рим), полные теплой колористической чувственности.

Можно отметить также полные возвышенной человечности евангельские и библейские композиции («Поклонение пастухов», 1638, Музей изящных искусств, Гренобль).

Ему прекрасно удавалось передать тончайшие нюансы строения человеческого тела, каждую мельчайшую морщинку, мягкость женской и детской кожи и архитектонику драпировок. Художник поставил свое искусство, с его тщательным рисунком и драматической светотенью, на службу пламенной и суровой вере.

Рибера стал создателем ряда новых сюжетов. Мадонна и святые, аскеты и кающиеся, философы и исполненные благородства бродяги с его полотен вызвали многочисленные подражания современников и последователей.

Благодаря своей исключительной способности выразить реальность Рибера стал и замечательным портретистом («Портрет иезуита», 1638, музей Польди-Пеццоли, Милан), а иногда и неумолимым живописцем человеческих уродств («Хромоножка»).

Главные произведения: «Снятие с Креста», «Пытка св. Лаврентия», «Пытка св. Варфоломея», «Смерть Сенеки» и др. Последний период творчества художника отмечен ярким всплеском мастерства в картинах «Св. Симеон с Младенцем», «Поклонение пастухов», «Св. Мария Египетская» и др.

Конец своей жизни Рибера провел в своем доме в предместье Неаполя всеми забытый, больной и нуждающийся.

2 сентября 1652 г. художник умер Большинство его произведений находятся в музее Прадо и в неаполитанских церквах.

Читать онлайн «Лувр» автора Гордеева М. — RuLit — Страница 16

Диего Веласкес (1599–1660) Портрет инфанты Маргариты, дочери Филиппа IV 1655. Холст, масло. 70×59
Центральное место в творчестве знаменитого испанского живописца Диего Веласкеса принадлежит портретному жанру. Являясь придворным художником испанского монарха, он часто писал членов королевской семьи и их приближенных. Веласкес создал целую галерею портретов инфанты Маргариты, будущей императрицы Священной Римской империи. На этом полотне юной инфанте всего четыре года. В соответствии с традицией парадного официального портрета мастер должен изобразить ее холодно-сдержанной особой, осознающей свое высокое положение и приученной вести себя в соответствии со строгим придворным этикетом. При статичности позы девочки, столь не свойственной для ребенка, приданном, как предписано жанром, лицу строгом выражении, картина Веласкеса поражает теплым искренним отношением автора к своей маленькой модели. Милая припухлость детских щечек, нежный овал лица, пушистые распущенные волосы, мягкими волнами сбегающие по плечам — такой увидел живописец наследницу испанского престола.

Читать еще:  Живопись пастелью. Alina Sibera

Маргарита Тереза Испанская, став императрицей Священной Римской империи в 14 лет, прожила недолгую жизнь. Родив шестерых детей, она умерла в возрасте 21 года.

Хусепе де Рибера (около 1591–1652) Хромоножка 1642. Холст, масло. 164×92

Представитель реалистической школы живописи, испанский художник Хусепе де Рибера писал религиозные картины и портреты выходцев из простого народа.

Одним из таких портретов стало полотно «Хромоножка», запечатлевшее хромого маленького нищего, имя которого история не сохранила. Рибера выбирает низкую линию горизонта и низкую точку зрения, при которой зритель смотрит на модель снизу вверх. Подобная композиция традиционно используется в парадных портретах представителей знати, так как делает фигуру в угоду именитому заказчику монументальной, подчиняя ей все пространство картины. Этот подход мог бы сыграть злую шутку с несчастным хромоножкой, выставив напоказ его уродство, но неподдельная искренняя улыбка и читающаяся в ней любовь мальчика к жизни творят чудеса. Образ маленького бродяжки полон обаяния и детской непосредственности. Хочется верить, что природная доброта и сила духа, укрепленные годами страданий и лишений, не дадут ему в будущем опуститься на дно общества и физическое несовершенство не станет причиной уродства морального.

Хосе де Рибера: художник-маньяк, оправданный спустя 400 лет

Найти тонкую грань между гениальностью и безумием очень непросто. Особенно сложно разобраться в мировосприятии и чувствах человека, который творил четыре столетия назад. Над секретом Хосе де Риберы (Jose de Ribera), испанского живописца эпохи Барокко, искусствоведы и психологи бьются до сих пор, то оправдывая Мастера, то находя новые доказательства его одержимости.

Ни для кого не новость, что творцы эпохи Средневековья знали толк в изображении пыток, казней и мучений. Что поделать — жителю Европы в те времена истязания и смерть были особо близки, так как окружали их повсюду. Эпидемии чумы, черной оспы и холеры, войны, а также регулярные показательные казни на площадях и городских стенах сделали присутствие за спиной старухи с косой вполне обыденным. Не отставали и церковники — сложно вспомнить хотя бы одного почитаемого в христианстве святого, который бы умер без затей, в своей постели.

Изображения мук и изощренных способов ухода из жизни присутствуют в творчестве практически всех мастеров эпох Ренесанса и Барокко, но и среди них есть те, которые особо отличились. Ни один живописец в истории европейского искусства не был настолько искушен в изображении пыток и смертей, как Хосе де Рибера (1591−1652).

«Прометей» около 1630 года

Рибера родился в испанской Валенсии, там же начал карьеру живописца, а к 20 годам перебрался в Италию. В Риме молодой талант получил фундаментальные знания в классической живописи, а также обзавелся серьезными долгами. Это заставило его в 1619 году покинуть Вечный город. В Неаполе, где обосновался художник, его творчество особо пришлось по душе духовенству, которое засыпало юного Хосе заказами и обласкало достойными гонорарами. Священнослужители сразу заметили, что лучше всего у юноши с круглым добродушным лицом получались полотна, на которых изображены страсти и убийства.

Мученичество св. Филиппа. 1639

Это было так — смерть получалась у художника очень реалистичной, а орудия пыток и раны он прорисовывал с большим знанием дела. Лучше всего суть творчества Хосе де Риберы сформулировал французский поэт и критик XIX столетия Теофиль Готье:

Суеверные и подозрительные обыватели не слишком жаловали Риберу — художника всю жизнь преследовала дурная слава — он слыл душегубом и людоедом. Не сохранилось ни одного достоверного упоминания о преступных наклонностях или психических отклонениях художника, но его работы говорят сами за себя. Большинство людей, впервые столкнувшись с картинами Хосе, заявляли, что так достоверно изобразить страдания может лишь человек, привыкший их причинять.

Отличной иллюстрацией темного гения Риберы могут служить две его работы, посвященные мученичеству Святого Варфоломея, одного из 12 апостолов. Особо почитаемый армянской церковью святой принял смерть в Малой Азии, где проповедовал учение Иисуса. Согласно каноническому описанию, с Варфоломея живьем сняли кожу, а затем обезглавили.

Впервые Рибера обратился к этому сюжету в юности. На одном из его ранних полотен запечатлен момент перед казнью — обнаженное тело святого, его смиренный лик и торжествующий палач, осматривающий жертву. Картина вызывает сильные эмоции, но не повергает зрителя в ужас.

Вообще, тема снятия кожи с живого человека, была особо любима Риберой. Еще одно полотно на эту тему изображает сцену из античной мифологии — на нем Аполлон сдирает кожу с сатира Марсия, осмелившегося вызвать бога на музыкальное состязание. Каждая деталь сцены прописана с ужасающей точностью, и зрителю кажется, что он слышит крик умирающего в муках Марсия.

Значительный вклад в демонизацию Риберы внесли его менее одаренные конкуренты. Говорили, что он запугивал других художников, чтобы самому получить желанный заказ, а один раз его даже обвинили в убийстве. Один из соперников испанского живописца, Доменикино из Болоньи, умер в самом расцвете сил при очень странных обстоятельствах, что сразу же дало пищу слухам о вероломном отравлении конкурента.

Святой Себастьян и святые женщины

Очередная попытка разобраться в неоднозначном творчестве Хосе де Риберы была предпринята недавно организаторами выставки шедевров художника в лондонской галерее Далича. Экспозиция представила наиболее жуткие творения Риберы и имела соответствующее название: «Рибера: искусство жестокости». Свое мнение о работах барочного художника высказали ведущие европейские эксперты средневековой живописи, которые пришли к общему вердикту — «Невиновен».

Итог прений вокруг работ Хосе де Риберы отражает мнение одного из кураторов выставки, Эдварда Пейна:

Чтобы убедить посетителей в том, что Хосе де Рибера не маньяк, а просто гениальный художник своего времени, на выставке в Лондоне также были представлены документы XVI-XVII столетий, описывающие правосудие той эпохи. Эти артефакты демонстрируют, насколько обыденным было во времена Риберы равнодушие к чужим страданиям, и подводят гостей экспозиции к тому, что испанский живописец виновен лишь в том, что в высокой степени освоил мастерство передачи эмоций и анатомических деталей.

Понравилось? Хотите быть в курсе обновлений? Подписывайтесь на наш Twitter, страницу в Facebook или канал в Telegram.

Заядлые рисовальщики: Рибера и голландцы

Среди ценителей искусства и историков весьма популярно мнение, что Хусепе де Рибере просто нравилось изображать на своих холстах пытки и мучения. Устроители выставки в Лондоне пытаются разобраться, насколько справедлива такая репутация знаменитого художника XVII века.

Работа художника Хосе де Рибера. Изображение: MUSEO E REAL BOSCO DI CAPODIMONTE, NAPLES

Ни у одного живописца не получалось так рисовать человеческие страдания, как это делал испанец Хосе де Рибера, чьи жуткие холсты с телами, с которых содрана кожа, и графику, изображающую казни и пытки, предлагает ошеломленному посетителю довольно бескомпромиссная выставка в картинной галерее Далича, что на юге Лондона.

Выставка называется соответственно — «Рибера: искусство жестокости». Для этого художника жестокие страдания (реальные или воображаемые), хоть мучеников раннего христианства, хоть мифических сатиров, были не просто темой, к которой испанец снова и снова возвращался. Похоже, пытки вдохновляли его краски.

Читать еще:  Изящный и великолепный мир. Ichiro Tsuruta

Пытаясь сформулировать жестокую сущность видения де Риберой окружающего мира, французский поэт и критик XIX века Теофиль Готье описал наследие этого художника эпохи барокко так: «Живописная школа безжалостного убийства, словно придуманная одним из помощников палача ради развлечения каннибалов».

Де Рибера вроде бы никогда не был уличен в каннибализме, но его репутацию не так легко обелить — на ней налипло множество слухов о его варварском поведении. Некоторые историки были убеждены, что такой аутентичности в изображении чужих страданий можно добиться, лишь имея собственный богатый опыт их причинения.

Такие картины, как, например, эта, на которой святая Ирина промывает раны святому Себастьяну, погружают вас в тщательно выписанные детали физических страданий. Работа художника Хосе де Рибера. Изображение: MUSEO DE BELLAS ARTES DE BILBAO

Де Рибера родился в 1591 году под Валенсией в Испании, а когда ему было чуть за 20, переехал в Рим, где его наградили прозвищем Спаньолетто («маленький испанец»).

В Риме Спаньолетто оттачивал свое мастерство художника, графика и умение накапливать огромные долги.

В 1616 году он бежал от кредиторов в Неаполь, который тогда был под владычеством испанцев, встретил там свою будущую жену и обрел множество поклонников своего специфического таланта, в том числе и весьма богатых покровителей, готовых спонсировать его своеобразную смесь захватывающего дух реализма, мелодраматической игры тенями и светом à la Караваджо и зловещего предмета изучения.

Плоть и кровь

Ходили слухи, что Рибера побеждал конкурентов за богатые заказы в Неаполе, не только доводя свое мастерство до совершенства, изучая каждый изгиб мускулов у натурщиков, каждый спазм мышц, рожденный болью, но и запугивая, а то и просто убивая соперников-живописцев (например, он якобы отравил художника из Болоньи Доменикино).

Организаторы выставки «Рибера: искусство жестокости» не считают эти обвинения справедливыми. «Рибере совсем не нужно было быть садистом, чтобы отражать насилие и жестокость. Картины или графические рисунки художника совершенно не обязательно отражают его внутренний мир», — настаивает Эдвард Пейн, один из кураторов выставки.

Де Рибера пользовался услугами натурщиков, делая множество набросков высокой анатомической точности — таких, например, как этот (1622 г.). Работа художника Хосе де Рибера. Изображение: THE TRUSTEES OF THE BRITISH MUSEUM

Нам уже не узнать, действительно ли Маленький испанец состоял в так называемой Неапольской шайке вместе с коллегами-художниками Белизарио Коренцио и Джованни Баттистой Караччоло, но чудовищные плоды его воображения, запечатленные в кровавых картинах пыток, — один из самых темных переулков в истории искусства.

Выставка в картинной галерее Далича приглашает посетителей пройти этим мрачным переулком. Она открывается болезненным размышлением над мученичеством святого Варфоломея, с которого живьем сняли кожу, а затем обезглавили в наказание за несокрушимую веру. (Святой Варфоломей — один из 12 апостолов, принял мученическую смерть в Малой Азии, где проповедовал учение Иисуса Христа. Апостола Варфоломея и апостола Иуду Фаддея армянская церковь почитает своими основателями. — Прим. переводчика)

Посетители галереи найдут здесь самые разные изображения пыток апостола, привезенные сюда из Флоренции, Барселоны и Нью-Йорка.

Сравнительно ранняя (1628 г.) работа маслом на холсте, посвященная этому предмету, выполнена со сдержанностью, не характерной для позднего Риберы, и изображает момент перед началом пытки. К устрашающе сияющей плоти святого еще не притронулся нож палача — его затачивает поострее человек, чье лицо теряется в тени.

К 1644 году де Рибера начал изображать страдания святого более откровенно, не избегая жутких подробностей. Работа художника Хосе де Рибера. Изображение: CALVERAS/MÉRIDA/SAGRISTÀ

Напротив, более поздний холст 1644 года демонстрирует, что художник полностью погрузился в откровенную жестокость. Здесь хихикающий палач медленно сдирает кожу с руки Варфоломея с наслаждением голодного человека, облизывающегося при нарезании ломтиков хамона.

Чтобы раскрыть шаг за шагом, слой за слоем уровни воображения де Риберы, экспозиция разбита на тематические секции. Для подкрепления заявления организаторов о том, что потомки несправедливо изображали художника как гения жестокости, представлен широкий спектр материалов, демонстрирующих, что жестокость вообще была свойственна тому времени.

В разделе «Преступление и наказание», например, можно ознакомиться с рукописными документами той эпохи — хроникой жутких наказаний, к которым суд приговаривал виновных — от порки до сжигания на столбе. Что, по мысли организаторов, должно продемонстрировать, насколько обычной в дни Риберы была бесчувственность к чужим страданиям.

В подборке офортов французского художника Жака Калло из серии «Большие бедствия войны» (Les misères et les malheurs de la guerre), впервые опубликованной в Париже в 1633 г., — сцены массовых повешений, сожжений на костре. Это тоже должно подкрепить убеждение кураторов выставки в том, что воображение де Риберы питалось из общей культуры жестокости, свойственной тому времени.

В разделе «Кожа и пять чувств» исследуется страсть Риберы к плоти и его мастерство рисовальщика, набившего руку на изображении страдающего тела.

Среди наиболее западающих в память работ, представленных здесь, — загадочный рисунок красным мелом, датируемый началом 1620-х и названный «Летучая мышь и два уха».

Загадочный символизм «Летучей мыши и двух ушей» по-прежнему озадачивает знатоков искусства. Работа художника Хосе де Рибера. Изображение: THE METROPOLITAN MUSEUM OF ART/ART RESOURCE/ SCALA

На нем тщательно выписанная, ухмыляющаяся летучая мышь держит в когтях свиток с надписью на латыни: «Добродетель сияет в веках». Ниже и по бокам от мыши в воздухе парят два левых человеческих уха.

Как отмечают в красочном каталоге выставки ее кураторы, летучая мышь была на гербе родного региона художника — Валенсии (существует легенда, что она села на шлем арагонского короля Хайме I Завоевателя, когда в XIII веке он сражался с мусульманами за то, чтобы вернуть эту территорию под свой контроль).

Однако это все равно не помогает адекватно истолковать смысл рисунка де Риберы, раскрыть его символику. Пытаясь понять многоплановую мрачность темного искусства Спаньолетто, наш запутавшийся разум как будто слепнет.

Экспозиция грамотно аранжированной жестокости, кажется, уже окончательно засосала вас в свою странно притягательную трясину, когда перед вами в качестве финального аккорда вдруг предстает еще один жуткий шедевр — «Аполлон и Марсий» (1637 г.).

Здесь вновь возникает излюбленная художником тема сдирания кожи заживо, и холст изображает — с большим размахом и детально — бесчеловечное умерщвление сатира Марсия, наказанного за то, что осмелился состязаться в исполнении музыки с самим Аполлоном, покровителем музыки, и, естественно, проиграл.

Как известно из мифа, разгневанный бог велел повесить Марсия за руки и содрать с него живого кожу, и Рибера своей кистью с удовольствием участвует в этой мерзости.

Любимая тема де Риберы — сдирание кожи заживо — отражена в холсте «Аполлон и Марсий». Работа художника Хосе де Рибера. Изображение: MUSEO E REAL BOSCO DI CAPODIMONTE, NAPLES

Маэстро страдания мазок за мазком творит симфонию сладкозвучной жестокости.

Наши глаза как будто превращаются в органы слуха и с брезгливостью вслушиваются в диссонирующие ноты, которые срезает с тела Марсия, как с огромной распластавшейся перед ним и в ужасе завывающей фисгармонии, жестокий бог музыки и искусства.

«Каждая деталь, — комментировал когда-то Теофиль Готье с благоговением, смешанным с отвращением, — прописана со страшной правдивостью».

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector