Женщина художник. Chelsea Owens

Женщина художник. Chelsea Owens

Королева ночи Мишель Лами. Муза, творец, боксер или просто самая эпатажная француженка в мире?

Она — жена культового дизайнера Рика Оуэнса. Она — целая вселенная. Загадочная и умная Мишель Лами, чья харизма привлекает к ней легионы поклонников и сотни звездных друзей со всей планеты, легко относится к славе и деньгам. Она единственная в своем роде, настоящая культовая фигура в мире высокой моды, чей внутренний мир богат контрастами и самыми невероятными идеями. Но что мы о ней знаем?

Люди, которые не знают Мишель Лами, обычно называют ее «ведьмой». Несомненно, ее покрытые хной черные пальцы, щедро украшенные драгоценностями, а также пронзительно блестящие глаза на морщинистом темном лице создают пугающее и даже колдовское впечатление.

Но больше всего завораживает окружающих вовсе не ее загадочная внешность. Обычно люди ходят, а Лами, кажется, скользит. У нее неприятный скрипучий голос и ярко выраженный французский акцент. Несмотря на то что Мишель прожила в Лос-Анджелесе с 1979 по 2003 год, она так и осталась миниатюрной (и очень странной) француженкой.

Про Лами говорят, что она неприятный собеседник. Ход ее мыслей сложно понять, так как он часто сбивается и теряет нить повествования. Она открыто называет рэперов современными поэтами, что для людей ее поколения само по себе уже очень странно, ведь Лами недавно отметила 76-летие.

Также Мишель часто смотрит на собеседников с высока и с изрядной долей презрения, если считает, что тема, которую затронул ее оппонент, довольно глупа. Но в то же время она открыта, дружелюбна и отличается потрясающим чувством юмора. Женщина — контраст.

Дети, которые видят ее впервые, сначала пугаются, но уже через пару минут обнимают Лами как родную и отказываются прощаться с ней. Очаровательная женщина во всех отношениях.

Мишель Лами родилась в 1944 году во французском городе Юра, в алжирской семье, имевшей богатый опыт работы в индустрии моды. Ее дедушка делал аксессуары для одного из самых известных кутюрье Франции Поля Пуаре.

В эпоху хиппи в 1960-е и 1970-е годы Лами работала адвокатом, обучаясь у философа постмодерна Жиля Делеза. Она участвовала в акциях протеста в мае 1968 года в Париже. Затем работала танцовщицей кабаре и активно гастролировала по Франции, прежде чем переехать в Соединенные Штаты Америки в 1979 году.

Переехав в Нью-Йорк, а затем поселившись в Лос-Анджелесе, Мишель создала модный бренд Lamy и открыла два культовых ресторана/ночных клуба — Café des Artistes и Les Deux Cafés, где вечерами сама пела для гостей.

В 1996 году вместе со своим первым мужем режиссером Ричардом Ньютоном она олицетворяла собой ночной жизни Лос-Анджелеса конца двадцатого века. Ее татуировки и позолоченные зубы были неким символом и напоминанием о ее первой поездке в Северную Африку в 17-летнем возрасте.

Активно занявшись модой, Мишель наняла Рика Оуэнса, который впоследствии стал ее деловым партнером, а затем и мужем. В 2003 году Лами и Оуэнс уехали из Лос-Анджелеса, чтобы поселиться в Париже, а в 2006 году они поженились. Мишель на тот момент было 62 года, а Рику 44 года.

В 2004 году пара основала собственную модную компанию Owenscorp. Эту пару сложно назвать простыми супругами. Лами является музой и движущей силой для Оуэнса. Пока он занят одеждой, Мишель производит мебель, украшения, записывает музыкальные альбомы со своей группой LAVASCAR и снимается в музыкальных клипах.

В течение двух лет Лами занималась организацией арт-проекта под названием Bargenale, буквально превратив баржу в инсталляцию, сочетающую музыку, еду и искусство… Все это было представлено во время Венецианского биеннале.

Мишель без особых усилий втягивает в свою работу совершенно разных людей. Кросс-культурная привлекательность Лами объясняет, почему она сама по себе уже является определением современной культуры. Не совсем художник в традиционном смысле слова, она наделена творчески всеядным умом. Именно он позволил Мишель создать собственную творческую вселенную под названием Lamyland.

История одного шедевра: Почему картина «Мир Кристины» Уайета стала культовой для американцев

Получайте на почту один раз в сутки одну самую читаемую статью. Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте.

Эндрю Уайет (Andrew Wyeth)(1917-2009) — американский художник-реалист, один из самых знаменитых живописцев Америки 20 столетия. Он был сыном известного художника-иллюстратора Ньюэлла Конверса Уайета, братом изобретателя Натаниэля Уайета и художницы Генриетты Уайет Хёрд, а также отцом художника Джейми Уайета.

Тематикой своего творчества Уайет избрал быт провинции и скудную на цвет природу американских прерий. Каждое полотно живописца — повесть, а иногда даже целый роман, через которые мастер путем изобразительных средств доносит до зрителя свое мироощущение и тонкий внутренний мир.

Его работы, состоящие из мельчайших штрихов, можно созерцать бесконечно долго и каждый раз находить для себя нечто новое. И что интересно, некоторые его картины вроде бы и написаны гиперреалистично, но никто не скажет, что они похожи на фотографии. И видимо поэтому критики и дали творчеству художника определение — «символический реализм».

Итак, «Мир Кристины» — самое известное полотно американского художника. На первый взгляд ничего удивительного, немного лишь ситуация кажется нестандартной. Посреди поля с высохшей травой видим сидящую и развернутую спиной к зрителю хрупкую девушку. Она как бы пристально всматривается в постройки изображенные на заднем плане. Однако, начиная внимательнее рассматривать образ героини, видим, что перед нами вовсе не юная особа — ее пряди волос уже заметно посеребрила седина.

А когда взгляд обращается к ее рукам, то становится и вовсе не по себе. Ее иссушенные худобой руки неестественно напряжены, но особенно потрясают скрюченные пальцы — серые от пыли, которые буквально цепляются за землю. В этом жесте прослеживается невероятное усилие и борьба. Потом взгляд опускается на ноги, такие же худые, но безжизненные — и потрясенный до глубины души зритель начинает многое понимать.

История создания картины

Обратившись к официальным истокам создания полотна, можно узнать шокирующую историю жизни Кристины Олсен (1893-1968), женщины жившей по соседству с художником в Кушинге, штат Мэн. Будучи 3-летним ребенком, она заболела полиомиелитом — болезнью, поразившей нижнюю часть тела. Ей тогда удалось выжить, но состояние здоровья с каждым годом все ухудшалось и к 30 годам она могла сделать всего лишь пару шагов. А потом Кристина до конца своих дней жила с парализованными ногами, передвигаясь ползком по дому и по усадьбе. У нее конечно же была инвалидная коляска, но чтобы не утруждать своих родных просьбами перевезти ее из одного места в другое, женщина предпочитала самостоятельно передвигаться в такой способ, чтобы сохранить свою свободу.

Однажды Эндрю Уайет из окна своего дома, который стоял по-соседству с домом семьи Олсон, увидел как Кристина ползла по полю. От неожиданности художнику сразу же пришла в голову мысль помочь несчастной женщине — он впервые видел, что она в такой способ передвигается по окрестностям. А потом понял, что преодолевает она это расстояние уже далеко не первый раз, да и не последний. И сдержал свой порыв, чтобы не обидеть жалостью.

Увиденное так взволновало художника, что он решил создать картину. Однако не посмел предложить этой обиженной судьбой женщине позировать ему. Поэтому позировала художнику его жена Бетси Уайет. К слову, Кристине Олсон было 55 лет, когда Уайет создал эту картину, а прожила она после еще 20. Многие жители города, в том числе и художник восхищались силой духа этой хрупкой женщины.

Позже мастер так вспоминал работу над полотном: «Понимаете, важно постоянное присутствие на месте действия. Мне надо жить в окружении того, о чем я пишу. Тогда в какой-то момент можно ухватить смысл. Когда я писал «Мир Кристины», я пять месяцев работал над полем… Я хотел бы написать только поле без Кристины и заставить почувствовать ее присутствие. Делать фон – это как строить дом, чтобы потом там жить… Если сдержать себя, дождаться правильного момента, он может решить все дело.»

Читать еще:  Золотой век. Pat Rocha

И действительно, вначале по задумке художника не было образа обреченной женщины, все должно было выглядеть так, как будто зритель ее глазами смотрит на мир. Но потом передумал и все же написал героиню в том розовом платье, в котором увидел ее в поле.

И нужно отметить, что над своими картинами художник работал подолгу, так как скрупулезно прописывал все мельчайшие детали. А в случае с «Миром Кристины» одну лишь засохшую траву он прописывал около 5 месяцев, так как работал сухой кистью, состоявшей буквально из одной волосинки. Использовал в своей работе Уайет темперу, которая в отличие от масляных красок, и позволяла мастеру творить такие тонкие работы.

Благодаря совмещенной перспективе, у зрителя складывается впечатление, что перед ним огромное пространство, так как сооружение вдали он видит глазами сидящей на земле Кристины. А саму женщину — сверху — глазами художника, который смотрит на эту сцену со второго этажа своего дома. Этот ракурс, умышленно выбранный художником, погружает зрителя в мир человека-инвалида, в котором помещается так мало и одновременно необъятно много.

Кстати, дом, который автор изобразил на полотне, в наше время известный как «Дом Олсон». Его отреставрировали, придав вид изображенного Уаетом, включили в список национальных исторических достопримечательностей штата и открыли для посещения публики.

После написания работа живописца была весьма сдержанно отмечена критиками, и о ее существовании знали совсем немногие. Но судьба картины изменилась в корне как только она была куплена для Нью-Йоркского Музея современного искусства. После первой же выставки ее популярность стала быстро расти и на сегодняшний день ее считают американским символом современного изобразительного искусства.

Уайет писал и другие портреты Кристины, изображая ее уже в стенах родного дома.

Еще одно из лучших полотен Уайета — «Ветер с моря» — также основано на мироощущениях Кристины Олсон.

Сам Эндрю Уайет также является загадкой и для его современников и для потомков. Вся его жизнь будто была разделена на зимы, которые он жил в Чеддс-Форде и летние месяцы, которые проводил в Кушинге, штат Мэн. Художник вел затворнический образ жизни, много работая над своими произведениями. И что любопытно, в его работах часто отсутствуют образы людей, а если он все же их изображал, то они никогда не смотрели на зрителя — их взгляды были обращены то в сторону окна, то просто вдаль. Они ни то мечтали о будущем, ни то вспоминали далекое прошлое.

14 фотографий, за которыми стоит история столетия

Фотографы могут сделать то, что неподвластно ни одному кинооператору, художнику или журналисту: запечатлеть на вечную память те доли секунды, которые потрясли или перевернули этот мир.

Культовые фотографии лучше любого учебника истории могут рассказать о самом главном в нашем прошлом, будь то историческое событие, научное открытие или технический прогресс.

Первая леди интернета

Постепенно Lenna стала промышленным стандартом отрасли и до сих пор используется в научных работах для проверки и иллюстрации алгоритмов обработки изображений (сжатия, шумоподавления и т. д. ). Это же изображение было впервые передано цифровым способом в сети ARPANET, явившейся прототипом современного интернета.

Playboy поначалу грозил подать в суд за несанкционированное использование фотографии, но затем изменил свое решение, наоборот, рассказывая в своей рекламе об этом событии. Стоит отметить, что ноябрьский выпуск в итоге стал самым продаваемым в истории журнала. Журнал с «первой леди интернета» разошелся тиражом в 7 161 561 экземпляр.

Нубийские борцы

Среди их фотографий много постановочных снимков, но самыми известными стали документальные фото со спортивных мероприятий, племенных церемоний и танцев нуба. Опубликованная в 1952 году в National Geographic фотография борцов получила наибольшую известность. Она появилась везде: на открытках и в учебниках. На протяжении многих лет именно таким был портрет Африки.

Прыжок к свободе

19-летний фотограф Петер Ляйбинг, командированный к стене со стороны ФРГ, полтора часа следил за нервничающим солдатом. «Я не сводил с него глаз больше часа. У меня было чувство, что он собирается прыгнуть. Это был своего рода инстинкт… Я научился это делать на скаковом дерби в Гамбурге. Нужно сделать фото в тот момент, когда лошадь оторвется от земли, но до того, как она пересечет барьер… И этот момент пришел. Я нажал кнопку затвора, все было кончено».

Фотография Ляйбинга выиграла Overseas Press Club award в номинации «Лучшая фотография» 1961 года. Конрад Шуман поселился в Западном Берлине. После падения стены он перебрался в родную Баварию. Но родители, братья и сестры избегали Конрада, осуждая его поступок. Терзаемый депрессией Ханс Конрад Шуман 20 июня 1998 года повесился в саду своего дома.

Королева Елизавета II

Лейбовиц вспоминает о съемках так. «Она (королева) вошла в комнату так быстро, насколько позволяли ей ее тяжелые регалии, и проворчала: „Почему я должна носить все эти тяжелые одежды в середине дня?!“ А я просто восхищалась ей».

«Титаник»

Нед Парфетт, 15-летний юноша на фотографии, продает газету рядом с «Океаник-Хаус», в котором располагался офис «Уайт Стар Лайн».

Обними худи

После введения в 2006 году ограничений на ношение этой одежды Дэвид Кэмерон, лидер Консервативной партии, выступил с речью в «Центре социальной справедливости Йана Дункана Смита» и рассказал о своем видении проблемы.

Хотя в речи Дэвида Кэмерона нигде не говорилось об объятиях, эта часть кампании будущего премьер-министра была названа «Обними худи». В 2007 году Кэмерон посетил одно из самых неблагополучных поместий Манчестера. На фотографии семнадцатилетний Райан Флоренци «стреляет» в лидера партии, чтобы произвести впечатление на друзей.

«Норд-Ост»

В результате террористического акта, по официальным данным, погибли 130 человек, в том числе 10 детей. Из числа погибших заложников пять человек были застрелены до штурма, остальные скончались уже после освобождения в результате отравляющего действия газа. Хотя присутствие прессы на месте событий было ограничено, фотографу Sunday Telegraph Джастину Сатклиффу удалось сделать снимок освобожденной женщины, находившейся без сознания в автобусе сразу после штурма Театрального центра.

Фотография получила премию World Press Photo 2003 года. Журналисты Sunday Telegraph пытались узнать судьбу женщины с фотографии. К сожалению, неизвестно, чем закончились эти поиски.

Джесси Оуэнс

Теннисистка

Фото было сделано в начале сентября 1976 года. В кадре Фиона Батлер — на тот момент восемнадцатилетняя подружка Эллиотта. Сам снимок был сделан не случайно, Мартин Эллиотт попросил свою девушку, ранее не игравшую в теннис, переодеться в форму и попозировать ему на корте. Во время съемок модель приподняла юбку, чтобы было видно, что на ней нет нижнего белья. Снимок, достаточно обычный по сегодняшним меркам, вызвал бурю эмоций, когда арт-ритейлер Athena выпустил его в качестве части календаря, приуроченного к серебряному юбилею Елизаветы II. В итоге календарь разошелся тиражом более чем два миллиона экземпляров.

Фото принесло богатство Мартину Эллиотту. Фиона Батлер, которая не получила никаких отчислений от продаж календаря, в конце концов вышла замуж за миллионера и заявила, что нисколько не стесняется той фотосессии и не сожалеет о том, что не получала денег. Сюжет фотографии вошел в историю и неоднократно использовался и обыгрывался разными авторами.

Заголовки газет после 22 ноября 1963 года

Альфред Крупп

Узнав, что Ньюман еврей, Крупп отказал в съемке, однако Ньюман настоял, чтобы Крупп хотя бы посмотрел его портфолио, перед тем как принять окончательное решение. Увидев снимки, Крупп изменил решение. 6 июля 1963 года промышленник и фотограф приступили к съемкам на заводе в Эссене, том самом, где работали военнопленные.

Читать еще:  Женщина и домашняя обстановка. Amy Freeman

Когда Крупп впервые увидел портрет, он был в ярости. Ньюман же объявил: «Я — еврей, и это — моя небольшая месть».

Взрыв радости

Центральное место на фотографии занимает дочь Стирма — 15-летняя Лорри, встречающая отца с распростертыми объятьями. Остальные члены семьи следуют за ней. Несмотря на радость, запечатленную на снимке, семья не была счастлива. За три дня до прибытия в США Роберт Стирм получил письмо от жены, в котором сообщалось, что их отношения закончены. В 1974 году подполковник развелся.

После того как фото стало лауреатом премии, все члены семьи получили копии снимка. Однако Роберт Стирм так и не повесил его в своем доме, так как был «не в силах смотреть на это».

Пожарный покупает тыкву

В данном случае пожар был контролируемой тренировкой, а у самого пожарного в тот момент был перерыв. Однако этот факт прошел мимо внимания публики. Когда фото напечатали, сначала в LIFE, а затем во множестве других журналов и на выставках, в подписи к снимку указывалось лишь «Джоэль Стернфельд. Маклин, Вирджиния. Декабрь 1978». Сам фотограф упивался данной двусмысленностью. В интервью 2004 года газете The Guardian, где журналист назвал его летописцем «зловещего любопытства современной Америки», он сказал:

«Фотография всегда умела манипулировать. Каждый раз, как ты накладываешь рамку на мир вокруг, — ты уже интерпретируешь. Я могу направить камеру на двух стоящих рядом людей и не взять в кадр бездомного, лежащего справа от них, или убийство, происходящее слева. Ты берешь 35 градусов из 360 и называешь это фотографией. Существует бесконечное количество способов сделать снимок. Фотограф — это всегда автор».

Напоминаем, что БигПикча есть в соц. сетях. Хотите быть в курсе обновлений? Подписывайтесь на наш Twitter, страницу в Facebook или канал в Telegram.

Визуальные шарады Лоры Оуэнс

В музее Уитни открылась выставка художницы из Калифорнии

«Когда ваша веревка кончается, завяжите узел и старайтесь держаться». Такая нехитрая сентенция начертана на одной из работ калифорнийской художницы Лоры Оуэнс (Laura Owens), стилизованном под комикс изображении мальчика и его собачки, держащихся за канат.

Другая ее картина изображает груду лимонов, которые проходят через некое устройство, напоминающее голову человека с краном вместо носа, и вызывает в памяти еще один духоподъемный афоризм: «Если жизнь одаривает вас лимонами, делайте лимонад».

Музей американского искусства Уитни в Нью-Йорке (Whitney Museum of American Art) открыл выставку творчества Лоры Оуэнс (Laura Owens), крупнейшую за всю карьеру 47-летней художницы, живущей в Лос-Анджелесе.

От абстракции к фигуративности

«Какое удовольствие придти в галерею и увидеть всех улыбающимися», – заявил на пресс-превью директор музея Уитни Адам Вайнберг (Adam Weinberg), подчеркнувший тем самым заразительную мажорность творческого видения Оуэнс.

Эта первая выставка Лоры Оуэнс такого масштаба на Восточном побережье США, отметил Адам Вайнберг. На ней представлены примерно шестьдесят картин и инсталляций художницы, которую искусствоведы считают одним из крупнейших мастеров американского изобразительного искусства нового поколения.

На 5 и 8 этажах музея Уитни на Гансвурт-стрит выставлены произведения Оуэнс, позволяющие проследить за творческой эволюцией художницы, начинавшей в середине 90-х годов с монохромных абстракций, а сегодня активно экспериментирующей с фигуративными подходами, стилистикой поп-арта и неоэкспрессионизма.

На одной из самых изящных ранних картин, датированной 1997 годом и не имеющей названия (как и абсолютное большинство ее работ), изображен пустынный морской пейзаж с двумя чайками. Чайки отбрасывают тень, но это условная, умозрительная тень, подчеркивающая воображаемый характер удивительно элегантной и гармоничной композиции.

Постепенно концептуальная палитра Оуэнс расширяется, вбирая в себя вещественность поп-арта и плакатность гиперреализма. Под инсталляцию 1998 года в экспозиции выделена отдельное пространство, занятое комплектами минималистской мебели, изготовленной дизайнером Хорхе Пардо, бывшим бойфрендом художницы, и схематичными, по-детски наивными изображениями пчел, вылетающих из улья. А по внешнему фризу, окаймляющему верхнюю часть экспозиционной перегородки, выставлены десятки нарисованных и сконструированных циферблатов, самых разных, в основном в стиле, близком к примитиву и фовизму. На некоторых циферблатах стрелки движутся – благодаря спрятанным от зрительского глаза часовым механизмам.

Картины или скульптуры?

С началом нового тысячелетия в стилистике Оуэнс все заметней тяга к фигуративизму, игра с канонами массовой культуры, попытки переосмысления «китча» и пошлости, пронизывающих продукцию Голливуда и телевидения, в целом, шоу-бизнеса. Многие ее работы – своего рода визуальные шарады, головоломки, оставляющие простор для воображения. Она охотно использует в своих работах яркие, интенсивные краски, материалы, имеющие грубую фактуру, фрагменты фотографий, газет, новые компьютерные и онлайновые технологии.

Монументальные инсталляции, занимающие все пространство восьмого этажа музея, куратор выставки и страстный энтузиаст ее творчества Скотт Роткопф (Scott Rothkopf) назвал картинами, одновременно являющимися скульптурами, а, по сути, и тем, и другим.

Для двух этих огромных инсталляций, представляющих собой установленные параллельно серии щитов с графической символикой и, похоже, бессвязными фрагментами текстов Оуэнс, по ее признанию, вдохновлялась коротким рассказом и рисунками ее сына Генри.

«Я не помню, чтобы моя мама просила у меня разрешения использовать мой рассказ для своей картины, – эти слова Генри приведены в каталоге выставки. – Она мне, правда, это сказала, но когда уже начала работу». Впервые эта инсталляция была показана в арт-галерее Capitain Petzel в Берлине в 2015 году.

Лора Оуэнс родилась в 1970 году в городке Норуок в штате Огайо. Ее мать работала медсестрой. Родители развелись, когда ей было семнадцать лет. Отец, адвокат по профессии, умер от осложнений после операции на колене.

В 1992 году Лора получила степень бакалавра искусств в Школе дизайна Род-Айленда (RISD). Два года спустя закончила магистратуру в Калифорнийском институте искусств (CalArts). В 2003 году Оуэнс стала самым молодым художником, удостоившимся персональной ретроспективы в Музее современного искусства Лос-Анджелеса.

Автопортрет со спины

Она приехала на открытие выставки в Нью-Йорк вместе с мужем, писателем и арт-куратором Сохрабом Мохебби, иранцем по происхождению, и с детьми – 12-летним Генри, сыном от ее первого брака с художником Эдгаром Брайаном, и 9-летней дочерью Нова.

Отвечая на вопрос корреспондента «Голоса Америки» о том, кто из мастеров прошлого оказал на нее наибольшее влияние, Лора Оуэнс сказала: «Очень трудно назвать кого-то одного, их много». И после паузы продолжала: «Пожалуй, Сезанн. Он как никто уделял внимание деталям материального мира. Я очень ценю весомость, материальную природу его видения. Для меня поиск начинается с любой детали жизненного опыта, будь-то увиденная в газете фотография или реплика, брошенная кем-то из друзей».

В статье под названием «Радикальная живопись Лоры Оуэнс» арт-критик журнала «Нью-Йоркер» Питер Шелдал пишет, что она обычно работает с десяти часов вечера до трех утра в своей студии в районе Бойл-Хайтс в Лос-Анджелесе. В это время, по словам художницы, «мне легко сосредоточиться, делать ошибки и их тут же исправлять, по-настоящему отдаваться творчеству».

«Она никогда не имитирует стили или обладает исключительно одним из них, – отмечает Питер Шелдал. – Она, скорее, усваивает технику ремесла и впитывает иконографические и формальные идеи из разных направлений и жанров. Это цветовые абстракции, дигитальные образы, американское народное искусство, японские пейзажи, иллюстрации из детских книжек, графические тени, эстетика поздравительных открыток, клип-арт, орнаменты обоев, шелкография, узоры ковров, типографские знаки, трафареты для декора, звуковые фрагменты и механические движущие элементы».

Она не стесняется быть резкой и не старается понравиться. В 2003 году журнал Vogue попросил известных женщин-художниц прислать свои автопортреты для публикации, и Лору Оуэнс в том числе. Она сделала акварель, запечатлев себя со спины в маленькой лодке, обращенной к солнцу. Птица качается на гребне волны, собачка балансирует в воде на дощечке. Главный редактор журнала Анна Винтур отвергла столь необычный «автопортрет».

Не все довольны

В день вернисажа у здания музея Уитни можно было заметить группу манифестантов с плакатами, протестующих против «джентрификации» района Бойл-Хайтс в Лос-Анджелесе и районов Чайнатаун и Гарлем в Нью-Йорке. «Джентрификация» – процесс повышения социального статуса района с низкой платой за жилье, в результате чего малоимущим арендателям со временем приходится оттуда съезжать. Характерным признаком «джентрификации» считают появление в данном районе арт-галерей и бутиков, которые для лэндлордов и риэлтеров служат своего рода сигналом к повышению цен.

Читать еще:  Динамичная живопись. Grech Santos

В беседах с репортерами участники акции протеста выделили важную роль Лоры Оуэнс и ее дилера Гэвина Брауна в «джентрификации» района Бойл-Хайтс, где живут преимущественно «синие воротнички». Они призвали их закрыть просторный арт-комплекс 356 Mission, который стал магнитом для художественной богемы Лос-Анджелеса. Небольшой группе манифестантов удалось прорваться внутрь музея, где они развернули огромный транспарант «Лора Оуэнс и Гэвин Браун – вон из Бойл-Хайтс!».

Выставка работ Лоры Оуэнс открыта до 4 февраля 2018 года.

История одного шедевра: «Мир Кристины» Уайета

Одно из самых известных в американской живописи полотен «Мир Кристины» рассказывает трагическую историю Кристины Олсон. С детства страдая неизлечимым заболеванием, к 50 годам, когда была написана картина, женщина была неспособна ходить и работать руками. Однако Эндрю Уайет изобразил молодую женщину, тело которой не выдает недуга. Этот портрет считается одним из самых меланхоличных и загадочных в мировом искусстве.

После смерти отца Эндрю Уайет начал на лето приезжать в Новую Англию — в окрестности города Кушинг в штате Мэн. Здесь на семейной ферме Олсонов он написал одну из самых известных картин из всей американской живописи XX века.

Кристина Олсон, изображенная на картине, жила по соседству с Эндрю Уайетом. Художник хорошо знал ее, и она нередко соглашалась позировать. С детства Кристина мучилась неврологическим расстройством. Предположительно, это была наследственная моторно-сенсорная нейропатия (болезнь Шарко-Мари-Тута). К 26 годам женщина почти не могла самостоятельно ходить и работать руками. С годами Кристина и вовсе потеряла чувствительность в кистях и стопах. Олсон дожила до 74 лет, скончавшись в 1968 году.

Полотно было написано в 1948-м. На тот момент Кристине Олсон было уже за 50. Однако на картине мы видим молодую женщину — для нее художнику позировала его жена Бетси. Уайат написал портрет не тела Кристины, а ее души, внутреннего мира, заложницей которого была больная женщина. Художник так говорил о своей соседке: «Она была ограничена физически, но не духовно. Задача для меня заключалась в том, чтобы воздать дань ее победе над жизнью, которую большинство людей считают безнадежной».


«Мир Кристины» (1948). Источник: pinterest.ru

Мир Кристины, таинственный и волшебный, обрел плоть. Уайет в свойственной ему манере скрупулезно выписывает пейзаж и героиню. Мы не видим лица женщины, но через ее напряженную позу чувствуем, что взгляд, обращенный на дом, полон тревоги. Кажется, что Кристина рвется к дому, хотела бы вскочить и побежать, но что-то удерживает ее.


Портрет Кристины Олсон. Источник: pinterest.ru

Уайет посвятил немало работ Кристине Олсон. Одна из самых важных — «Герани». Художник так описывал замысел: «Мне нравится, каким образом вы можете видеть красные цветы — через дом и окно на другую сторону, к морю. Кстати, чёрный предмет в окне напротив — чёрно-оранжевая рабочая перчатка её брата Альваро, оставленная им там. Кристины почти не видно, виден только отсвет на её полосатой рубашке. Она была почти как пугало, когда не сидела укоренившись в этом кресле — из-за растрёпанных волос и лохмотьев рваной ткани. В ней мне было интересно то, что она всегда появлялась в странное время, в странных местах. Великий английский живописец Джон Констебл говорил, что вы никогда не должны нарочно добавлять жизнь в сцену, но если вы будете тихо сидеть и ждать, жизнь придёт сама — как случайность в правильном месте. Это случается со мной всё время, и много раз случалось как раз с Кристиной. Весь смысл этой картины, которая является довольно абстрактной, в том как вы смотрите сквозь окна и как восхитительные точки цвета на геранях ловят свет с другой стороны дома».


«Герани» (1960). Источник фото: pinterest.ru

Эндрю Уайет родился в Пенсильвании в семье известного иллюстратора Ньюэлла Конверса Уайета. Вспоминая детство, художник говорил: «Отец полагал: «Чтобы жизнь ребенка была творческой, он должен иметь собственный мир, принадлежащий только ему». Я очень рано начал рисовать, и отец считал, что колледж художнику не нужен: меня учили приходивший на дом преподаватель, сам отец и его друзья-художники. И он добился своего. Еще немного, и я навсегда остался бы в Шервудском лесу Робин Гуда. Оттуда я все-таки выбрался, но ушел в свой мир». Уже в 20 лет у него состоялась первая персональная выставка в Нью-Йорке, после которой все работы быстро были распроданы.


Эндрю Уайет на пленэре. Источник: pinterest.ru

Основным источником вдохновения была американская провинциальная повседневность. Художник часами наблюдал: за природой, людьми, одиноко стоящими домами, вещами, игрой света. «В моих картинах я не меняю вещи, а жду, когда они изменят меня», — говорил он. Любая вещь приобретала значимость на картине, стоило ей только проявить себя. Уайет: «Понимаете, важно постоянное присутствие на месте действия. Мне надо жить в окружении того, о чем я пишу. Тогда в какой-то момент можно ухватить смысл…».


«Легкий бриз» (1968). Это портрет сестры Уайета. Она была калекой, вынужденной передвигаться на костылях. И она очень любила шляпки. Уайет изобразил сестру в виде колокола. Девушка, увидев полотно, узнала себя и попросила подарить ей картину. Источник фото: pinterest.ru

Художника интересовали люди, их истории, поэтому в качестве моделей он выбирал личностей. Встретив этих людей на улице, вы вряд ли бы заинтересовались, но с помощью историй, об испытаниях, выпавших на долю людей, живописей наделяет силой их портреты.


«Патриот» (1964). Уайет нередко бывал на парадах 28 мая — Memorial Day, день памяти погибших американских военных. Однажды художник познакомился с 71-летним Ральфом Клайном, который воевал в Первой Мировой. Уайет попросил Клайна позировать. Работа заняла пару месяцев, во время которых художник впитывал рассказы ветерана. Источник фото: pinterest.ru

С конца 1940-х Уайет не покидал Восточного побережья США, в основном живя в Пенсивальвании и регулярно наведываясь в штат Мэн. Собственно, он писал только окрестности его родного города Чеддс-Форд и города Кушинг, где художник жил летом.


«Плывущий по течению» (1982). Заснувший в дрейфующей лодке Уолт Андерсон олицетворяет фантазии художника об обрядах викингов. Источник фото: pinterest.ru


«Ногишик» (1972), один из самых любимых портретов Уайета. Представитель индейского племени имел две слабости — алкоголь и женщины. Несколько раз он брал взаймы у Уайета, а однажды приехал специально, чтобы позировать. Ногишик попал в аварию, после которой стал инвалидом. Несмотря на это, он собирал деньги для своего народа. Ногишик погиб в пожаре в собственном доме. Источник фото: pinterest.ru


«Брак» (1993). На картине изображены Джордж и Хелен Сипала. Они позволили художнику нарисовать их спящими. Тогда Уайет начал приходить ранними утрами, подкрадывался к спальне и делал зарисовки. Иногда супруги клали в кровать манекенов, а сами наблюдали за художником из шкафа. Источник фото: pinterest.ru


«Оттенок» (1977). После смерти Кристины Олсон на полотнах художника появляются новые женщины, чаще других — Хельга Тесторф. Ей посвящена серия из двух с половиной сотен набросков и картин. Уайет говорил: «Я никак не мог выбросить из головы образ этого скуластого прусского лица с широко расставленными глазами в обрамлении белокурых волос». Источник фото: pinterest.ru

Эндрю Уайет в последний год жизни отказывался появляться на публике и давать интервью: «Всё, что я мог сказать, уже висит на стенах». Он скончался в 91 год.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector