Живопись "из жизни". Joseph Kresoja

Живопись «из жизни». Joseph Kresoja

Джозеф Райт: жизнь и творчество художника

Джозеф Райт из Дерби( англ. Joseph Wright of Derby) (3 сентября 1734,Дерби, Англия — 29 августа 1797, Дерби, Англия) — один из выдающихся британских живописцев XVIII столетия, специалист по портретам и ландшафтной живописи.

СОДЕРЖАНИЕ

БИОГРАФИЯ ХУДОЖНИКА

Джозеф Райт родился 3 сентября 1734 года в Дерби в семье адвоката — Джона Райта (1697—1767), который впоследствии стал городским чиновником, и его жены Ханны Брукс (1700—1764). Джозеф был третьим из пятерых детей. Райт получил образование в грамматической школе Дерби и сам научился рисовать, копируя гравюры.

Три года (1751—1753 и 1756—1757) будущий живописец учился в Лондонской студии у известного портретиста Томаса Хадсона, у которого также учился Джошуа Рейнольдс. До 1760 года ранние портреты писались Райтом в манере своего учителя («Портрет мисс Кеттон», Сант-Луис, Миссури, Гор. художественная гал.; «Портрет Томаса Беннета», музей Дерби). С 1760 по 1773 годы художник жил в Дерби.

Первую попытку пройти практику в качестве художника Райт сделал в Ливерпуле, регулярно выставляя свои картины в Королевском Обществе Искусств в Лондоне. Однако его родной и любимый Дерби навсегда оставался основным местом, где художник жил и работал.

В период с 1773 по 1775 годы Джозеф находился в Италии, где рисовал древние руины (например, могилу Вергилия), изучал прорисовку ландшафтов («Человек, закапывающий норы»), копировал классические статуи и наблюдал над захватывающим фейерверком во время карнавала в Риме.

Два года (1775—1777) художник работал в Бате, где тщетно пытался привлечь клиентуру Томаса Гейнсборо. Потерпев неудачу, вернулся в Дерби.

Начиная с 1778 года были написаны некоторые его лучшие портреты («Портрет сэра Брука Бутби», 1781, Лондон, гал. Тейт; «Портрет Юса Кока с женой и Дэниэлом Паркером Коком», 1780—1782, Дерби, музей; «Портрет Томаса Гисборна с женой», 1786, Нью-Хейвен, Иельский центр Британского искусства, а также портрет Самуэля Уорда из коллекции музея Дерби). С этого времени произведения Райта выставляются в Королевской Академии, членом которой он вскоре становится (ассоциированным с 1781 года, а в 1784 году — полным). Портреты Райт, впрочем, писал и ранее (например, Томаса и Анны Борроу).

В последние годы жизни он часто болел и лечился у своего друга Эразма Дарвина. Умер Джозеф Райт в Дерби 29 августа 1797 года в кругу семьи, и был похоронен в основании церкви святого Алькмунда.

Творческое наследие Райта собрано, главным образом, в Иельском центре Британского искусства в Нью-Хэвене, в Уодсворт Атенеум в Хартфорде, в галерее Тейт в Лондоне и в музее Дерби, включая значительное собрание рисунков и акварелей.

ТВОРЧЕСТВО

Местопроживание художника в Дерби как раз способствовало этому, так как именно здесь проявилась Индустриальная революция через кузницы, стекольные и глиняные магазинчики и местные фабрики. Дух этих мест нашел отражение во многих работах художника, например, в «Лекции о солнечной системе» (ок. 1763—1765, Художественная галерея Дерби); «Опыт с воздушным насосом» (1768, Галерея Тейт Бритейн, Лондон); «Кузница» (1773,Эрмитаж, Петербург), «Алхимик, открывающий фосфор» (1771—1795, Художественная галерея, Дерби).

Впервые героями больших композиций стали рабочие и ученые, а не античные и библейские персонажи или жанрово-аллегорические фигуры.

Райт не считал свою эпоху такой уж трудной и опасной – напротив, приход науки на смену алхимии и религии он категорически приветствовал.

На берегу Неаполитанского залива художник исследовал живописные пещеры и гроты. Свои впечатления об итальянской природе он выразил словами: «красивая и необыкновенная атмосфера, столь чистая и понятная», что впоследствии нашло отражение в его работах.

Довольно близок был Райт с Эразмом Дарвином (Erasmus Darwin) и другими членами Лунного общества (Lunar Society) – видной группировки промышленников, ученых и философов.

Ряд картин Райта, запомнившихся прежде всего умелой игрой света и тени, был создан под впечатлением от собраний Лунного общества.

Свет на картинах Райта, однако, имел и метафорический смысл – научные сообщества в те времена серьезно изменяли мир и человеческий взгляд на него, выступая одновременно в качестве путеводного света, и светового луча, открывающего сокрытые во тьме тайны. Среди его типических работ – Лекция о солнечной системе (ок. 1763–1765, Художественная галерея, Дерби), Опыт с воздушным насосом (1768, Галерея Тейт Бритейн, Лондон), Кузница (1773, Эрмитаж, Петербург).

До конца жизни Джозеф Райт оставался провинциальным художником, однако, благодаря его оригинальной манере, сочетающей элементы готики и неоклассицизма, его интересу к научным исследованиям и к современной литературе, он стал одним из предшественников романтического искусства.

ИНТЕРЕСНЫЕ ФАКТЫ ИЗ ЖИЗНИ ХУДОЖНИКА

В Дерби он познакомился с мастером по керамике Джошуа Веджвудом (англ. Josiah Wedgwood), основателем компании «Веджвуд» и химиком Джозефом Пристли. Присутствовал при экспериментах учёных и изображал их в своих работах «Планетарий» (1766), «Испытание насоса» (1768). Дени Дидро отметил эти работы Райта, назвав их «серьёзным жанром».

В Неаполе Джозеф Райт стал свидетелем грандиозного извержения вулкана Везувий, который вдохновил его на написание нескольких десятков картин, изображающих драматический эффект борьбы огня и тьмы. Впоследствии эта тема очень часто находила отражение в его работах.

У Райта и его единственной жены было шестеро детей, трое из которых умерли во младенчестве.

Гавайское Возрождение: извержения вулканов глазами художников прошлого

Сегодня, когда цифровой фотоаппарат или смартфон с камерой есть у каждого туриста, сложно представить, на что приходилось идти тем, кто во что бы то ни стало желал запечатлеть самые яростные и непредсказуемые природные явления в прошлом.

В 1880-х и 1890-х гг. Мауна-Лоа — крупнейший вулкан Гавайев — произвел серию интенсивных извержений. В результате высокой активности вулкана потоки лавы приблизились к городу Хило на беспрецедентно близкое расстояние. К Большому острову хлынули толпы местных жителей и туристов. Среди тех, кто хотел увидеть жуткое оранжевое свечение над городом, было немало художников.

Читать еще:  Железные двери как произведение искусства

Самым известным из «вулканических» живописцев считается Тавернье. Признанный мастер (он мог рисовать двумя руками одновременно), француз был любителем выпить и неугомонным искателем приключений. В 1886 году Тавернье написал круговую панораму извергающегося кратера Килауэа. 360-градусное полотно, смотреть на которое предлагалось изнутри, обеспечивало полный эффект присутствия. Картина была высотой 3,3 метра и 27 метров в длину.

Сегодня Художественный музей Гонолулу, Епископский музей и миссионерский дом-музей Лимана с гордостью демонстрируют работы Вулканической школы.

Интересно, что полотна прошлого вполне можно использовать для изучения изменений климата. Например, ученые из Греции и Германии в прошлом году сравнили доли красных и зеленых оттенков в небе на сотнях картин, изображающих закат в период между 1500 и 2000 годами. Вне зависимости от художественного стиля, на картинах, созданных вскоре после вулканических извержений, небо имело больше красных оттенков, чем на тех, что были созданы в период низкой вулканической активности.

Живопись «из жизни». Joseph Kresoja

Идея вечного движения и стремление к созданию устройств, способных преодолеть второй закон термодинамики, до сих пор будоражит воображения энтузиастов: это типичный пример использования безграничности фантазии, в равной степени обреченный и блистательный.

(слева: патентная модель вечного двигателя 1900-1905, справа: невозможное летающее приспособление)

С точки зрения законов физики, по крайней мере, на уровне их понимания в 21-ом веке, создать вечный двигатель невозможно. Тем не менее, огромное множество машин, теорий и устройств разрабатывались и предлагались на протяжении многих лет.

(изображение слева — EMS Exhibits, Вена; справа: вечный двигатель Reidar Finsrud)

(слева: типичное «вечное» водяное колесо с насосом; справа: часы на основе водяного колеса)

«Колесо Бхаскары», которое датируется серединой двенадцатого века, изобрел индийский математик Бхаскара. Изогнутые и расположенные под углом спицы колеса были частично заполнены ртутью. Как только колесо начало вращаться, ртуть перетекала внутри спиц, и колесо продолжало движение, по крайней мере, на протяжении какого-то периода.

В Национальной Библитеке (Bibliotheque Nationale) в Париже находятся зарисовки Вилларда-де-Хоннкора (Villard de Honnecourt), которые относятся к середине тринадцатого века. Его эскизы изображают различные подъемные устройства, водяную пилу, примеры автоматов и вечного двигателя, хотя и не ясно, был ли Хоннкор их разработчиком, или просто описывал объекты, которые увидел во время своих путешествий по Европе:

В 1269 году француз Петрус Перегринус де Марикор (Petrus Peregrinus de Maricourt) разработал одну из первых моделей вечного двигателя на основе магнитов. Зубчатое колесо двигалось рядом с магнитом. Зубцы, то отталкиваясь от одного полюса, то притягиваясь к другому, поддерживали движение (левый рисунок ниже):

Изображение сверху справа: Мариано ди Жакопо иль Таккола (Mariano di Jacopo detto il Taccola) — итальянский художник и инженер, работавший в начале эпохи Возрождения, его технологические трактаты наполнены зарисовками идей машин и устройств. Это колесо датируется началом пятнадцатого века.

«Водяной винт» Роберта Фладда (Robert Fludd) 1618 года создавался для приведения в действие жерновов. Вероятно, это была первая попытка применить идею вечного двигателя с практической целью (рисунок ниже слева):

Позже, в семнадцатом веке, у Роберта Бойля (Robert Boyle) родилась идея самотечной колбы (верхний правый рисунок). Задумка в том, что она должна сама наполняться с помощью сифона, хотя его входное отверстие расположено выше выходного, так что это не совсем соответствует принятым критериям вечного двигателя.

Кроме того, на рисунке выше (в правом нижнем углу) изображен магнитный генератор Эдварда Лидскалнина (Edward Leedskalnin), часть его разработки «Вечный двигатель со штативом».

Изображение сверху справа: машина для размола зерна конца 17 века на основе версии вечного двигателя Фладда, выставленная в Театре Новых Машин Боклера.

В Германии в начале восемнадцатого века Иоганн Бесслер (Johann Bessler) построил «Колесо Орфиреуса» (Orffyreus’sWheel), которое, по его утверждению, двигалось исключительно за счет собственной энергии. Тогда, по завершению большого числа тестов и официальных инспекций, был сделан вывод о подлинности изобретения. Видимо, механизм мог выполнять тяжелую работу, и, по итогам одного из тестов, действовал на протяжении пятидесяти четырех дней. Сегодня эксперты не верят, что колесо могло двигаться вечно, но даже теперь, помимо данных, что механизм использовал грузы, невозможно понять, что являлось источником энергии в «Колесе Орфиреуса».

Так называемый генератор, изобретенный в Филадельфии в 1812 году Чарльзом Редхеффером (Charles Redheffer), как предполагалось, должен был стать источником питания для другой техники. Тем не менее, он был разоблачен, когда обнаружилось скрытое соединение с другой машиной, спрятанной в соседней комнате (рисунок слева). Изображение справа: сэр Уильям Конгрев (Sir William Congreve) разработал это устройство, которое также считалось «вечным двигателем», в 1827 году:

Радиометр Крукса (Crookes Radiometer), также известный как световая мельница, был изобретен в 1873 году химиком сэром Уильямом Круксом (William Crookes). В стеклянной колбе, где располагались лопатки на шпинделе, создавался почти идеальный вакуум. Лопатки начинали крутиться под воздействием света, увеличивая скорость вращения вместе с яркостью света, и ученые долго обсуждали, что же вызывает вращение:

Джеймс Кокс (James Cox) изобрел часы, получившие название «Хронометр Кокса» (Cox’s Timepiece) в 1760 году. Также провозглашенный машиной с вечным двигателем, он на самом деле имел за источник энергии изменения планетарного атмосферного давления, используя ртутный барометр. Принцип действия механизма такой же, как и у других механических часов, кроме того, что он не требует подзаводки. Первые экземпляры часов, питающихся за счет атмосферных колебаний, датировались началом семнадцатого века, и один из них принадлежал королю Англии Джеймсу I:

Справа — знаменитые «Часы с павлином» (Peacock Clock) Джеймса Кокса, выставленные в Санкт-Петербургском Эрмитаже.

Джон Джозеф Мерлин (John Joseph Merlin) работал с Джеймсом Коксом над «вечным двигателем». Эта реплика часов 1776 года, сделанных Мерлином, воссозданная Тревором Бетсоном (Trevor Beatson) из Калгари, Канада, — завоевала золотую медаль Национальной ассоциации коллекционеров часов:

Читать еще:  Исламское искусство и культура и Венеция

Atmos – это хорошо известный бренд механических часов, начало которому положил Жан-Леон Ройттер (Jean-Leon Reutter), выпустив первые часы в 1928 году. Как и изобретение Кокса, часы работают от изменений в окружающей среде, их не нужно заводить вручную, порой на протяжении многих лет:

А это «Вечный двигатель Рейдара Финсруда» (Reidar Finsrud perpetual motion machine), в котором набор магнитов используется для притяжения стального шарика. По-видимому, так и не было установлено, как эта вещь действительно работает, так как единственным источником энергии являются магниты. В теории, устройство могло бы работать в течении многих лет или десятилетий и, возможно, стало бы отличным источником электричества, кто знает. 🙂

Несколько машин со «свободной энергией», как предполагается, были разработаны инженером Джоном Бедини (John Bedini). Однако эти устройства не были официально исследованы независимыми учеными.

1934 год. Этот чудовищный рельсовый автомобиль якобы работал на «воздушно-электрическом вечном приводном механизме»:

Это «Униполярный Генератор N1» (N1 Homopolar Generator), который якобы способен «брать энергию из космического энергетического поля, которое всегда нас окружает»:

Изображение сверху справа: в 1980-е провозглашалось, что «Машина Джозефа Ньюмана» (Joseph Newman’s Machine) производит больше энергии, чем тратит при работе – утверждение, которое характерно для вечного двигателя.

«Генератор с эффектом Серла» (Searl Effect Generator) описывается как «машина с открытой системой преобразования энергии, которая использует понижение температуры в окружающем воздухе с помощью устройства для преобразования окружающей энергии в электрическую». Выглядит довольно интересно:

Эффект Серла открыл Джон Роберт Рой Серл (John Roy Robert Searl) в 1946 году. Эффект Серла базируется на магнитных сигналах, которые создают постоянное движение намагниченных роликов вокруг намагниченных колец. Преобразование энергии при работе предполагает переработку случайных квантовых флуктуаций и кинетической энергии внутри атомной решетки в когерентную струю электронных пар, образующихся между двумерными границами материалов различных типов. Фуфф, не запоминайте этот абзац текста! 🙂

«Перепитея» (Perepiteia) это вечный двигатель, предложенный Таном Хейнсом (Thane Heins), который рабоает на электромагнитных силах. Испытания показали, что двигатели, подключенные к аппарату, увеличили скорость и создавали энергию более эффективно, хотя ученые до сих пор имеют диаметрально разные мнения по поводу всего этого:

Китай не отстает и также строит «невозможный космический приводной механизм» (также известный как «привод электромагнитной относительности Роджера Шоуера»). Это двигатель, который не использует никакого другого топлива кроме электроэнергии:

«Мотор Перендева» (Perendev Motor) также работает от силы отталкивания магнитов. Уже были сконструированы рабочие модели, которые, правда, показали переменчивые результаты, но теория признана заслуживающей внимания и испытания продолжаются:

«Вечный двигатель Уроборус» (Ouroboros Perpetual Motion Machine), работа австрийского художника Отто Репа (Otto Rapp):

ngasanova

Вспомнить, подумать.

Живопись среди волн — 1

Марина — это вид пейзажа, на котором изображено море.
Также маринами называют конкретные картины или гравюры морской тематики.
Слово «марина» (итал. marina) произошло от латинского marinus — морской.

Иван Айвазовский. Среди волн

Самая ранняя марина, дошедшая до наших дней, создана раньше 79 года н.э. — года извержения Везувия.
Тогда был разрушен древнеримский город Стабии. В одном из патрицианских домов обнаружена роспись,
изображающая морской порт.

Фреска «Морская гавань», найденная при раскопках Стабий.

Итальянцы и голландцы в XIV—XV века писали море не ради него самого,
а в рамках религиозных сюжетов.

Сцены из жизни Святого Николая. Деталь: Святой Николай, чудом наполняющий трюмы
кораблей зерном
Амброджо Лоренцетти
1330-е

«Португальский флот на фоне скалистого берега».

Эта картина размером считается самым ранним случаем, когда художник счел море достойным того,
чтобы изобразить его просто так, ради него самого, а не как фон для религиозного сюжета.
Попросту говоря, это первая марина. Ее датируют 1540-м годом. Морской музей (Лондон), где картина
хранится, не берется назвать имя художника. В разное время работу приписывали Корнелису Антонису
и Питеру Брейгелю.

Как отдельный жанр морской пейзаж сформировался в XVII веке в Голландии. В стране, населенной
мореплавателями и рыбаками, марины пользовались спросом. По сохранившимся картинам той эпохи
мы можем получить представление о кардинально разном подходе живописцев к изображению стихии.
В начале XVII века голландец Корнелис Хендрик Вром показывал морские сражения против испанцев.
Море оставалось «местом, где нечто происходит», просто теперь это нечто историческое, а не
мифологическое.

Хендрик Корнелис Вром
Флотилия в море
1614


Его соотечественник Ян Порселлиссделал решительный шаг: море стало основным объектом изображения.
Порселлис считается одним из основоположников морского направления в пейзажной живописи.

Море в пасмурный день
Ян Порселлис
1630

К кораблям Порселлис, похоже, относился с большим уважением и блестяще передавал их строение и
оснастку. Само море у него почти монохромное, очень мягко изображенное.
В изображении морской стихии голландцы (и фламандцы) были не чужды и символизма. Стихия могла
обозначать как жизненный простор, так и захлестнувшую волну чувств и т. д. Находилось место
воде и в религиозных сюжетах.

Святая Вальбурга и чудо спасения в шторм
Питер Пауль Рубенс
1611

К определению «марина» не стоит подходить слишком узко. К примеру,венецианская форма марины — не
совсем марина. Особенно в этом направлении отличились Каналетто и Гварди, хотя называть их
маринистами не совсем корректно — они писали Венецию и омывающее ее Адриатическое море (впрочем,
Гварди иногда все же обращался к большому морю).

Джованни Антонио Каналь (Каналетто)
Вид гавани Сан Марко
1745

Франческо Гварди
Бучентавр на траверсе Сан Никколо в Лидо

А Клод Лоррен с формальной точки зрения куда больше внимания уделял изображению портов и
мифологических сюжетов, нежели собственно морской стихии. При этом на него едва не молился
величайший маринист Тёрнер. Именно Лоррен внес в морские пейзажи сияющее солнце.

Отплытие царицы Савской
Клод Лоррен
1648

Максимально востребованы марины оказались в первую очередь не классицистами, а романтиками. И в
самом деле, что лучше изобразит бурю чувств, нежели морская буря? А поскольку в романтизме особо
ценили предельные состояния, то марина оказалась очень удобным в этом смысле жанром: идеальный
способ показать максимальный эмоциональный накал, поместив человека в разбушевавшуюся стихию.

Читать еще:  Жанры и стили в искусстве

Кораблекрушение Дон Жуана
Эжен Делакруа
1840

Крушение плота «Медузы»
Теодор Жерико
1819


В стилеромантизма, а позднее — реализма работал Айвазовский. Пожалуй, его имя первым вспоминается
при слове «марина». Айвазовской оставил порядка 6 тысяч морских пейзажей. Марины молодого художника,
впервые выехавшего за границу, очень высоко оценил уже признанный британский маринист Уильям Тёрнер.

Американские суда у скалы Гибралтара
Иван Константинович Айвазовский
1873

Кстати, о Тёрнере. Мало того, что он залил холст сияющим солнечным светом, соединив его в
невероятный коктейль с морем, мало того, что создал на своих картинах сияющие туманы, из
которых вышли импрессионисты — а значит, задал направление всему последующему развитию живописи…
Главное — Тёрнер провозгласил море самоцелью. Его интересовало только море, солнце над ним и
небо. Пейзаж — более не «среда, в которой», скорее это как раз люди — статисты, позволяющие
оттенить мощь и красоту стихии.

Восход солнца сквозь туман. Рыбаки чистят и продают рыбу
Джозеф Мэллорд Уильям Тёрнер
1807

Штормовое море с дельфинами
Джозеф Мэллорд Уильям Тёрнер
1830-е

Бурное море
Джозеф Мэллорд Уильям Тёрнер
1840-е

В этом же направлении работает Эжен Буден, прозванный королем небес.



Пляж в Трувиле
Эжен Буден
1893

Ян Стен. Жизнь,
как она есть

Говоря о самом ироничном и веселом художнике «золотого века» голландской живописи, невольно вспоминаешь Яна Стена (Ян Хавикзоон Стен (Jan Havickszoon Steen, около 1626—1679), совсем немного уступающего Рембрандту, Вермееру и Халсу. Его творческое наследие составляют около 400 картин, большинство из которых хранятся в Амстердаме. Он – непревзойденный мастер бытового жанра, смотревший на жизнь, как на калейдоскоп забавных ситуаций.

Стен прославился своим умением показывать жизнь такой, какая она есть. Его полотна пропитаны добрым грубоватым юмором и беззлобной иронией, а герои – живые люди, с присущими им достоинствами и недостатками.

Некоторые исследователи называют Яна Стена кутилой и пьяницей. Так, один из них, Арнольд Хоубракен, утверждает, что на картинах «из жизни беспутных семей» художник изображал жизнь своего собственного семейства. Биограф отмечает: «Можно сказать, что Стен писал так, как жил, и жил так, как писал». Но поводом для такого предположения может послужить лишь содержание картин, других доказательств нет. Правда, художник часто изображал себя на переднем плане, в самом эпицентре веселья, кабацких попоек и неприличных сцен.

Но тогда возникает вопрос: если он вел такой образ жизни, то когда же успевал творить? Видимо, правы все же другие биографы Стена, которые в один голос говорят, что он писал очень много и быстро, буквально погружаясь в работу с головой.

Стен родился в семье пивовара в Лейдене. Он поступил в университет, но так и не закончил обучение. Состоял в Лейденском обществе художников. Его первым учителем живописи был Николас Кнюпфер, а, переехав в Харлем, Ян испытал влияние Дирка Галса и Адриана Остаде. Позднее, уже в Гааге, его талант развивался «под присмотром» Яна Гойена.

Проживая в Гааге, Стен держал на аренде пивоварню в Делфте, но о живописи не забывал. После смерти отца он окончательно переехал в Лейден и открыл там корчму с гостиничными номерами.

Несмотря на то что художник отдавал предпочтение бытовому жанру, на многих его полотнах изображены библейские мотивы. Также он писал портреты и пейзажи. И хотя рисунок на этих полотнах не всегда отличался правильностью, зато реалистичность, оригинальность и искренность — не говоря уже о юморе!- были неизменно на высоте. Причем иронии не избежали ни знатные голландские бюргеры, ни зажиточные модницы, ни простые селяне, изображенные на его картинах.

Пик известности Стена как художника-жанриста пришелся на 1660-1670 годы. Еще при жизни ему подражали многие голландские художники.

А как личность он был настолько популярен на родине, что в Нидерландах до сих пор бытует выражение «семья Яна Стена» — так голландцы называют семьи, где родители пренебрегают воспитанием отпрысков, которые растут как «трава на пустыре».

«Гуляки» — это полотно так же имеет названия «Выпивохи» или «Пьяницы». Название менялось при продаже в XVII и XVIII веках. Предположительно, Ян Стен изобразил на картине себя и свою жену Маргарет. Это своего рода автопортрет, в котором раскрываются детали жизни художника: занятия живописью не покрывали расходов большой семьи, и главе семейства приходилось держать трактир.

Как и многие работы Стена, это произведение пропитано беспечным настроением и благодушным юмором.

Уснувшая на краю стола молодая женщина и иронически улыбающийся мужчина – художник дает точную характеристику обоим героям благодаря достоверно прописанным деталям и предметам.

С годами смысл каких-либо действий или поговорок меняется или теряется вовсе. Так, картина «Мужчина, предлагающий устрицы даме» сейчас кажется нам вполне приличной. Но каких-то четыре века назад она считалась вульгарной, так как устрицы являются сильным афродизиаком. Соответственно, мужчина, предлагая даме устрицы, предлагает нечто иное…

Также яйца, которые художник неоднократно изображал на своих картинах, во времена Стена о многом говорили голландцам. Выражение «разбить яйца о сковородку» означало вступление в любовную связь.

Сцена, изображенная на полотне, повествует о только что заключенном браке. Нотариус составляет контракт, невеста грустит, мать ругается — и только жених весел. Стоит снова обратиться к недвусмысленным намекам голландского художника: разбитые яйца — образ потерянной невинности, а коромысло и клетка – символ счастливой семейной жизни.

Точная дата смерти Яна Стена не установлена, как и ее причина. Известно лишь то, что Стен был похоронен в семейной могиле на окраине Лейдена в феврале 1679 году.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector